"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
– Все будет хорошо.
Милена смотрит, не отводя глаз, и только сейчас вижу, что она беззвучно плачет. Я вытираю слезу с ее щеки и кивком прошу ехать:
– Зеленый. Последний рывок.
Она газует, мы проскакиваем перекресток, выезжаем на встречку, обходя поток, и втискиваемся в промежуток в паре машин позади джипа Гречкина. Прямо перед следующим светофором. Милена включает аварийку, мы одновременно выскакиваем из машины и бежим к джипу. Его стекла затонированы, и сложно определить, есть ли в машине мальчик…. Без интерфейса. Но я вижу – мальчик внутри.
Забегаю вперед и встаю перед джипом, чтобы он не смог уехать. За лобовым стеклом вижу красное лицо Гречкина. Система говорит, что он напуган, но за линзами роговых очков я вижу злые, ненавидящие глаза. Впрочем, он быстро берет себя в руки и на требование Милены открыть двери опускает стекло и невозмутимо спрашивает:
– Вы что-то хотели?
Милена заглядывает в салон и, обнаружив племянника, радостно восклицает:
– Борька!
Малыш что-то отвечает, но я не слышу. Девушка безуспешно дергает заблокированную дверь. Индикатор страха Гречкина резко подскакивает процентов на пятьдесят – его поймали с поличным. Интересно, как выкручиваться будет?
– Ах ты, мразь! Педофил! – взрывается девушка, впивается ногтями в лицо киднеппера, сбивает с него очки, шляпу, невозмутимость и тащит его наружу. – Гад! Гад! Ребенка украл! Сволочь!
– Отстань от меня, ненормальная! – в панике кричит Гречкин. – Никого я не крал!
Представляю, что могло случиться с ребенком, вспоминаю многочисленные «останки» на карте интерфейса в моем поиске пропавших детей, перед глазами встает безмерное горе родителей… Система фиксирует адреналиновый всплеск, повышенное сердцебиение и уведомляет о новом бафе:
Праведный гнев
Вы испытываете ярость, столкнувшись с явной несправедливостью.
Внимание: высокий уровень социальной значимости ситуации!
+3 ко всем основным характеристикам.
+100 % бодрости.
+50 % уверенности.
+75 % силе воли.
+75 % силе духа.
– 50 % самообладания.
Эффект активен, пока справедливость не будет восстановлена, а вы уверены в своей правоте.
Вот это баф! Где же он был, когда на меня налетел Жирный? Как бы там ни было, понимаю, что пора вмешаться.
Под взглядами заинтересованных соседей по пробке я мягко, но в то же время жестко отодвигаю взбешенную девушку, левой рукой придерживая педофила за ворот, а следом резкими короткими ударами через окно впечатываю кулак правой в его нос, скулу, челюсть. Голова болтается, а под конец запрокидывается, и из соседних машин выплескивает народ – поглазеть. Кто-то улюлюкает, кто-то сигналит, кто-то спрашивает у Милены, что случилось.
Слышу многочисленные гудки автомобилей, чьи водители требуют продолжить движение.
В толпе начинают перешептываться: «педофила поймали», «пацана украл», «мочить на месте!». А ведь могут и самосуд устроить – хотя разве не тем же самым я только что занимался? У нас в народе снисходительно относятся ко многим нарушениям закона, но в отношении педофилов нам еще пока далеко до «просвещенной» Европы – единодушно и все как один готовы карать мразей.
Кто-то начинает раскачивать машину, требуя, чтобы «урод вышел сам и выпустил ребенка».
Слизываю кровь с костяшек кулака, похоже, я поранился о гречкинские зубы. С меня спадает баф праведного гнева, и приходит жесткий откат. Колени подгибаются, чувствую накатившую слабость.
Дверь с водительской стороны джипа открывается, и оттуда, с трудом сохраняя равновесие, вываливается виновник инцидента. Придерживая разбитый нос и подслеповато щурясь, он натягивает очки и сплевывает кровь на асфальт. Видок у него неважнецкий, но боевой.
Валерий Владимирович Гречкин, 47 лет
Текущий статус: чиновник.
4 уровень социальной значимости.
Класс: лицемер 9 уровня.
Женат. Жена: Анжелика Гречкина. Дети: сын Владимир, 23 года; дочь Маргарита, 13 лет.
Замечен в противоправных действиях!
Отношение: Враждебность 10/30.
Интерес: 100 %.
Страх: 76 %.
Настроение: 9 %.
– Я этого так не оставлю! Вы все будете свидетелями! – он водит пальцем по толпе и останавливается на мне. – А ты, подонок, ответишь! Ты знаешь, кто я такой?!
– Да известно кто, тварь, – отвечаю я ему и говорю, уже обращаясь ко всем: – Граждане, перед вами – насильник и педофил! Он обманом увез из торгового центра племянника этой девушки. Повезло, что я видел, с кем и на чем уехал мальчик, иначе случилась бы жуткая трагедия!
– Точно! Бей гада! – кричат из толпы, но никто не рвется пока бить чиновника, всем интересно, что тот ответит в свое оправдание.
Милена помогает Боре выйти из машины и прижимает к себе. Из нее словно выпустили воздух, но она находит в себе силы подтвердить мои слова:
– Все так и было. Мы…
– Позвольте! – возмущенно вмешивается Гречкин. – Я встретил этого мальчика в торговом центре. Он сказал, что потерялся. И тогда я решил отвезти его к нему домой по тому адресу, который он мне сообщил! Именно так все и было! А не та мерзость, что вы тут все подумали!
– Милена, я вызываю полицию, – говорю я.
– Давайте, вызывайте… – хрипит Гречкин. – Пусть фиксируют побои!
– Не надо никого вызывать, – жестко говорит Милена. – Сами разберемся.
Не понял: в смысле «не надо никого вызывать»? «Чем дальше, тем страньше и чудесатее [80]»… Ладно, разберусь по ходу развития событий. Главное, мальчик цел.
Люди в толпе, которая еще больше увеличилась – из дальнего конца пробки собрались водители выяснить, что происходит, – кажется, не удовлетворены объяснениями чиновника. Вперед выдвигается здоровый лысый мужик в майке и спрашивает:
– Слышь, ты… А какой адрес он тебе сообщил?
– Кто? – моргает Гречкин.
– Пацан, которого ты типа домой вез! – угрожающе уточняет мужик.
– На Лесную поляну, – уверенно отвечает чиновник.
– Девушка, а какой правильный адрес?
– Адрес верный, – кивает Милена.
– Э… – следствие в лице лысого в тупике, но его озаряет: – Мальчик, куда тебя вез дядя?
Боря уже не тот странный мальчик, которого я видел на парковке. Он спокоен, отстранен, и его лицо не выражает эмоций.
– Боря, ответь дяде, – просит Милена.
– Хорошо, тетя Аглая. Дядя вез меня домой, – говорит Боря. – Я потерялся, а он купил мне Lego и повез к маме.
Аглая? Оговорился малой?
– Вроде все сходится, – жмет плечами лысый. – Расходимся, мужики! Ошибочка вышла.
– Что за народ! – восклицает кто-то в сердцах. – Человек помочь хотел, а его чуть не убили!
Толпа рассасывается, и возле джипа остаемся только мы с Гречкиным.
– Фил, тебе, кажется, лучше извиниться перед… – говорит девушка и, обращаясь к нему, спрашивает: – Простите, как вас зовут?
– Валерий Владимирович, – с готовностью отвечает тот. – Я все понимаю, эмоции, страх за ребенка. Лучше бы я просто передал мальчика службе безопасности торгового центра!
Как же мне не хватает сейчас «Распознавания лжи»! Но, черт возьми, со стороны все выглядит очень натянуто – странный дядя везет незнакомого шестилетнего мальчика якобы к нему домой. Да какой шестилетка знает свой адрес? Почему он просто не объявил через громкую связь торгового центра о потерявшемся Боре? К чему было покупать конструктор? Больше похоже на то, что он целенаправленно заманивал мальца и повез вроде как к матери, а на самом деле к себе. А иначе почему он испытывал страх? Нет, что-то здесь нечисто.
– Филипп? Ну? Мы ждем! – вырывает меня из задумчивости Милена.
Активировать «Познание лжи»? Даже если пойму, что мужик врет, ничего не сделать. Доказательств ноль. Да и не факт, что активация навыка моментальная, возможно, опять понадобится состояние сна и много часов на перестройку организма…