Основные Больные Вещи (ЛП)

Тревожное выражение появилось в детских голубых глазах Дженнифер.
- Мне так нравились наши совместные ужины. Ты был восхитителен.
На какое-то дикое мгновение в нем поднялась тошнота, затем медленно прошла. После первоначального отвращения остался только голод. Необузданное и ненасытное влечение, которое он так и не смог подавить.
Дженнифер достала из кармана куртки серебряную вилку и наколола на нее единственный кусочек ткани, который остался у него под брюхом. Зубцы вонзились ему в паховую область, оставив прибор стоять вертикально.
  
- Приятного аппетита, Боб, - сказала она, повернулась и пошла по земляному полу сарая. - Наслаждайся жизнью.
Его рука уже лежала на рукоятке вилки, копая, разрывая, принося ему неимоверную боль, когда потрепанная ветром дверь бесшумно закрылась, и она оставила его обедать в одиночестве.
 "Деликатное положение мисс Эбигейл" 
Большинство людей в маленьком городке Нью-Бейнсвилл, штат Вирджиния были уверены, что мисс Эбигейл Бичер уйдет в могилу старой девой, хотя ей было всего девятнадцать лет.
Не то, чтобы мисс Бичер была ужасно невзрачной; напротив, она была довольно милой. И не то, чтобы она происходила из бедной семьи и не имела приданого, чтобы заинтересовать потенциальных женихов. Нет, юная леди происходила из одной из самых богатых и уважаемых семей в Нью-Бейнсвилле. Скорее, природа физического состояния мисс Эбигейл делала ее менее вероятным кандидатом на замужество.
С детства Эбигейл была болезненной, страдающей множеством физических недугов. Ходили слухи, что ее проблема началась в девятилетнем возрасте. Ее семья устраивала пикник у бурлящей волны Честнат-Крик на участке Бичер, когда юная Эбигейл встала на колени и начала пить из русла ручья. Пикник прошел хорошо, но, вернувшись домой, ребенок сильно заболел. Она пролежала с высокой температурой в течение многих дней, не имея возможности ничего есть, прежде чем ее температура наконец спала и упала до нормы. Но, к большому разочарованию родителей, ее проблемы на этом не закончились. Лихорадка возобновлялась регулярно, сменяясь периодами тошноты, удушья и судорожных припадков. Они считали, что она поглотила какие-то странные бактерии из ручья.
Она выросла в молодую женщину, унаследовав каштановые волосы и карие глаза своей матери, но ее кожа была бледной от отсутствия солнца, белой, как алебастр. К тому же она была мучительно застенчивой и очень нервной; ее хрупкие белые руки постоянно ерзали друг с другом. Неудивительно, что все чопорные, болтливые дамы считали ее потенциальной старой девой.
Так что для многих стало настоящим шоком, когда красивый молодой джентльмен по имени Джереми Берк начал регулярно навещать девушку-затворницу.
Их пути пересеклись благодаря сотрудничеству с "New Bainesville Bank & Trust". Эбигейл была единственным бенефициаром состояния своего покойного отца, а Джереми недавно вернулся с войны в Европе и занял пост президента банка. Именно во время исполнения завещания Бичера молодой Джереми полюбил скромную девушку, которая, казалось, была довольна сидеть в своей тенистой гостиной со своими книгами и "Виктролой"[26]. Мисс Эбигейл казалась столь же очарованной общительным джентльменом с улыбающимися глазами и легкой хромотой - травмой на поле боя, которую он исправил с помощью трости c конской головой.
Итак, в январе 1920 года, к удивлению многих, начались отношения этих двоих.
Все началось с ужина в доме Бичеров, а затем с тихих вечеров приятной беседы перед огромным камином в главной комнате. Когда Джереми узнал ее лучше и погода стала теплой, он предложил устроить пикник только для них двоих у озера Хейверстон, граничащего с его собственным имением. Эбигейл, будучи затворницей, поначалу сопротивлялась. Но не в силах больше разочаровывать своего кавалера, она наконец согласилась. Ее медсестра, миссис Хендерсон, также согласилась, полагая, что смена обстановки принесет ее хозяйке большую пользу.
* * *
Был солнечный день в середине марта, день новой весны, нарциссов, зеленых деревьев и певчих птиц. Они переправились на каноэ через озеро. Джереми в соломенной шляпе с подвязками на рукавах, Эбигейл была одета в прозрачную вуаль, чтобы защитить свое прекрасное лицо от солнечных лучей. Их путешествие на дальнюю сторону было неторопливым. В какой-то момент Джереми положил весла и сыграл пару популярных мелодий на своем пятиструнном банджо. Его игра была ужасной, и она засмеялась так, как не смеялась много лет. Воодушевленный тем, что день начался хорошо, Джереми возобновил греблю, и вскоре они уже разложили свой обед на траве под цветущим деревом магнолии.
Они болтали и ели жареного цыпленка, жареные ушки и кукурузный хлеб. Но вдруг что-то со стороны озера отвлекло взгляд спутника от молодой леди. Мужчина обернулся и, к своему большому удивлению, увидел, как из кромки воды вылезла змея. Это была обыкновенная змея, которые часто встречается на юге, часто обитающиe в местных озерах и реках. Он с удивлением наблюдал за тем, как змея была настолько смелой, что покинула безопасный водоем и скользнула прямо к ним.
- Тебе не стоит волноваться, моя дорогая, - заверил он, но когда он повернулся к Эбигейл, он обнаружил в ее глазах не страх, а скорее странное очарование.
Она выглядела довольно загипнотизированной уродливой рептилией, которая пересекла весеннюю траву и направилась к ним.
Он встал и своей тростью отогнал черную змею обратно к берегу озера.
- Мерзкий дьявол! - крикнул он, глядя, как она плывет над водой в тихую ширь озера Хейверстон. - Теперь, дорогая Эбигейл, мы закончим наш обед и...
Он был потрясен ходом своих мыслей, когда он повернулся и обнаружил ее лицо ужасно бледным, а глаза широко раскрытыми от внезапного шока. Она начала задыхаться, ее дыхание прерывалось поверхностными вздохами, ее тонкие руки дрожали, когда она рухнула на землю.
Его сердце сжалось от страха, Джереми отнес свою даму к лодке и поплыл на другой берег. На полпути снова появилась проклятая змея, склонив голову над краем лодки. С криком Джереми злобно ударил змею широким концом весла, отправив ее в бегство по волнам. К тому времени, когда Джереми греб к берегу и с помощью садовника перенес ее внутрь к дивану в гостиной, ужасный приступ Эбигейл Бичер прошел своим чередом. Именно в тот момент, когда она лежала перед ним бледная и испуганная, Джереми понял, что действительно любит эту хрупкую женщину. Он взял ее крошечные ручки в свои и нежно поцеловал.
На следующий вечер он сделал ей предложение в ее гостиной, встав на одно колено. И со слезами счастья на глазах мисс Эбигейл Бичер с радостью согласилась.
* * *
Они поженились в первый день апреля. Это была пышная церковная свадьба, и на нее, похоже, пришел весь городок Нью-Бейнсвилл. После того, как церемония провозгласила их мужем и женой, они удалились в поместье Берк, которое стало их постоянным домом после того, как они продали собственность Эбигейл. В ту ночь они завершили церемонию своей любовью друг к другу - нежно и терпеливо, а Джереми относился к своей новой невесте так же нежно, как к фарфоровой кукле.
Медсестра Эбигейл переехала к ним, чтобы позаботиться о приступах болезни, которые, казалось, становились все реже по мере того, как недели превращались в месяцы. Джереми обрадовался, увидев, что его жена больше времени проводила на свежем воздухе, и что она даже занялась масляной живописью. Много раз по вечерам он возвращался домой с берега и обнаруживал, что она работает на веранде, рисуя набережную озера. Как-то в один из таких вечеров он взглянул на ее последнее полотно и заметил змею, пробирающуюся к крыльцу со стороны лодочного домика.
  
Он снова прогнал его своей тростью. И снова очевидное увлечение Эбигейл ядовитой змеей перешло в приступ кашля и конвульсий. Смотритель с помощью медсестры Хендерсон и Старого Джорджа отправился в свою комнату за доктором.