Найденный дампир (ЛП)

— Большинство из них, — ответил Деймон. — Некоторые пытались сохранить их в качестве любовников, а другие пытались сделать партнерами, но в конце концов дампиры всегда теряли контроль.
Волна отчаяния захлестнула меня. Неужели мне суждено было погибнуть, как бешеной собаке? Было ли это единственным будущим, на которое я могла рассчитывать? Боже, я надеялась, что нет! Я потратила всю жизнь на то, чтобы преодолеть свою эксцентричность и стремиться к будущему, с которым смогла бы жить. Это было тяжело, и слишком часто я хотела просто сдаться, но я справлялась.
  
У меня была работа и жизнь. У меня была стабильность, черт возьми. Я не позволю зверю, живущему во мне, лишить меня всего этого. Я клянусь, что никогда этого не допущу.
— Обещай, что никому не позволишь разбудить моего дампира, — потребовала я, поймав взгляд Кенрида, который наблюдал за мной в зеркало заднего вида, а затем сосредоточился на Деймоне. — Я не могу стать монстром. Я хочу жить нормальной жизнью и иметь будущее.
Деймон обхватил мое лицо своей большой рукой, и я не отстранилась.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы у тебя были жизнь и будущее, Лорна.
16. Кенрид
Я прислонился к изголовью кровати, отведенной для меня в нашем гостиничном номере. Отведенной нашим дампиром. Как только мы зарегистрировались в отеле, Лорна взяла все на себя. Она взяла у портье ключ-карту и направилась к лестнице, предполагая, что мы с Деймоном последуем за ней. Она отказалась позволить мне донести ее сумку, будто совершенно забыла, что несколько часов назад я донес и ее, и сумку до машины.
Я покачал головой и улыбнулся, а затем послушно последовал за ней. Деймон чувствовал себя не лучше. Она заставила нас подождать в холле, пока «разбирала» гостиничный номер. Я понятия не имел, что нужно было разобрать. Это был проклятый гостиничный номер. Но я все равно позволил ей это сделать. Деймон не сказал ни слова.
Когда мы наконец добрались до комнаты, она сказала нам, где мы будем спать, куда поставить наши сумки, где положить туалетные принадлежности в ванной и даже куда поставить нашу обувь.
Деймон все это время тихонько посмеивался. Она изводила меня до чертиков. Как бы это ни раздражало, она была милой и располагающей к себе. В ней не было злобы или резких слов. Казалось, ей нужно, чтобы все было именно так. Ее аккуратность только дополнила загадку, которой была Лорна Скотт.
В комнате воцарилась долгожданная тишина. Лорна заснула пятнадцать минут назад в постели, на которую она претендовала. Поднятие и опускание одеяла, которым она была укрыта, успокоило меня. Эта женщина была ходячим противоречием, но, очевидно, именно та, которая мне была нужна.
— Она сказала мне, что согласие всегда важно, — тихо произнес Деймон из кресла, в котором развалился его демон. Он оставил свой человеческий облик, как только она заснула.
— Что это значит?
— Она хотела укусить меня, — сказал он. — Даже спросила, разрешу ли я ей.
Я удивленно посмотрел на друга. Я бы спросил, не шутит ли он, но Деймон никогда ни над чем не шутил. Я понятия не имел, как он мирился с почти постоянными выходками Эллиотта.
— Она выросла человеком, — продолжил Деймон. — То, что другие дампиры никогда не имели возможности сделать.
Я размышлял над его теорией, хотя он никогда не считал это теорией. Для него все было таким черно-белым. Таким логичным. Но он вполне мог быть прав. Я пытался определить генетическую причину ее контроля, но, возможно, все было проще.
— Думаю, ты прав, — признал я. — У нее было время решить, кто она и чего хочет. Она выросла в любящей семье, которая заботилась о ней.
— Другие были вынуждены пробудиться в период полового созревания, — добавил Деймон. — У них никогда не было возможности даже попытаться контролировать свои гормоны, не говоря уже о голоде.
Я посмотрел на демона с большей благодарностью, чем когда-либо с тех пор, как присоединился к «Святая Святых» Натана.
— Ты великолепен, Деймон. Тебе следует чаще высказывать свое мнение.
Он пожал плечами.
— Мы оставим ее у себя.
Я с ним согласился, но Натан, возможно, и нет. За последние несколько часов я смеялся больше, чем за всю свою жизнь. Ее энтузиазм был подобен солнцу, согревающему мою кожу. Она принимала все, что мы рассказывали ей о нашем мире, без осуждения. Если у нее и было свое мнение, она держала его при себе.
Но дело было не только в этом. Казалось, она все систематизировала. Сначала это было в ее телефоне, но после первых двадцати минут ее мозг впитывал, как губка. Ученый во мне захотел узнать, как ей это удавалось. Была ли у нее фотографическая или эйдетическая память? Или это было связано с ее магией фейри?
И тут я понял, что только что сказал Деймон.
— Ты претендуешь на нее? — спросил я, зная, что он поймет, что я имею в виду как на пару.
— Если она согласится, — ответил он.
Я подавил смех, не желая будить объект нашего обсуждения.
— Ты, вероятно, будешь ее ужином, — сказал я. — Ты не против стать ее донором крови?
Демон наклонился вперед на своем стуле, его глаза сузились, глядя на меня.
— Ты никогда не кусал любовника-фейри?
Я не кусал. На самом деле, я отказался из-за смысла, стоящего за этим. Должно быть, выражение моего лица было достаточным ответом, потому что он продолжил.
— Для демонов это не отличается, — сказал он. — Я могу только надеяться, что с нашим дампиром все будет так же. Более важный вопрос в том, поделишься ли ты ею?
Была ли моя привязанность к Лорне настолько очевидной? Я думал, что хорошо скрывал это во время нашей поездки. Я даже ни разу не зарычал на Деймона за то, что он сидел так близко к ней на заднем сиденье.
Когда я не ответил, демон продолжил, что продлило мой приступ безмолвия. Он никогда так много не разговаривал.
— Ты знаешь, сколько раз я видел, как ты улыбаешься? — спросил Деймон. — Не той хищной улыбкой, которая тебе нравится.
Я покачал головой, потому что не мог ответить.
— Семнадцать. И все это сегодня. — Он откинулся на спинку стула и с самодовольным видом скрестил руки на груди.
Я хмуро посмотрел на него, отказываясь признавать, что он, возможно, прав. У меня никогда не было ничего, что делало бы меня счастливым, пока не появилась Лорна. Она заполнила пустоту в моей душе, сделав меня целым. Я еще даже не знал ее по-настоящему, но она звала меня так, что я не мог ее проигнорировать.
Очевидно, я был не единственным, кто слышал ее зов.
— Волк Эллиотта не хочет делиться, — ответил я, вместо того чтобы прямо ответить на его вопрос. Фейри не похожи на волков и других сверхъестественных существ. Технически, я должен был бы поделиться. Я просто не был уверен, что хочу этого. — Натан может решить, что она не может остаться.
Деймон покачал головой.
— Нам придется бороться с Натаном, чтобы не дать ему пробудить ее магию. Но ты прав насчет Эллиотта.
Был ли Деймон прав насчет Натана? Я подозревал, что наш босс завидовал моей близости к Лорне в ее гостиной, но неужели я только что все понял?
— Я не так уверен насчет Натана, — уклонился я от ответа. — Он занял позицию с обеих сторон. Он боится ее, но я могу сказать, что его также влечет к ней.
— Когда он увидит, что она владеет собой, он не захочет расставаться с ней, — заявил Деймон, будто это уже было сделано.
— Что, если она потеряет контроль, когда ее магия пробудится? — возразил я.
— Мы не можем этого допустить. — Деймон повысил голос, и мы оба посмотрели на Лорну. К счастью, она не двинулась с места. — Если Натан внезапно станет более могущественным, что подумают остальные? — спросил он, понизив голос до шепота.
  
Он был прав, мы не могли позволить Натану пробудить ее магию. У нашего клана и так была серьезная цель из-за нашего разнообразия и способности мирно сосуществовать. Не то чтобы все было так радужно. Мы просто не терпели никого, кто не мог принять остальных членов клана.