Любимый цветок... ромашка?! (СИ)
— Закончил? — спросил кок, что-то помешивая в котле.
— Да. Спасибо.
— А теперь бери поднос и отнеси его в каюту капитана.
— Что?
— Я что-то непонятно сказал? — угрожающе повернулся ко мне кок, сжимая в руке половник.
— А разве не… — половник перекочевал в другую руку, — понял.
Подхватив поднос, немного согнулась под его тяжестью и вышла на палубу. Осторожно ступая, подстраиваясь под качку, достаточно быстро дошла до двери в капитанскую каюту. За неимением свободных рук как можно деликатнее постучала ногой. И только после ответа поняла, в какую глупую ситуацию попала. Дверь открывалась в мою сторону, а руки были заняты тяжелым подносом. Ситуацию спас подошедший сзади Бром. Все еще с половником.
— На будущее, — шепнул он мне тихо, — там есть бочонок. — и взглядом указал в нужную сторону.
Кивнув, вошла в каюту. Капитан и Лонгран стояли у стола, согнувшись, и о чем-то тихо спорили. Вот почему любопытство просыпается всегда так не вовремя?
— Ты не понимаешь, Лонгран. Если мы их не перехватим здесь, другой возможности может и не представиться.
— Понимаю, приказ есть приказ, но это рискованно. Весьма. У меня нет никакого желания ждать спасения или болтаться на виселице на потеху безумной толпе!
— Кхм-кхм… — это я подала голос, боясь, что дальнейшее промедление плохо скажется на моей репутации.
— Чего тебе, Кракен тебя пожри?! — рыкнул боцман.
— Завтрак, — как можно спокойнее ответила я, чуть приподняв поднос в уже одеревеневших руках. — Кок просил отнести.
— Поставь там, — кончик пера в руках капитана указал в сторону маленького столика возле окна.
Сделав все, как было велено, замерла на том же самом месте, ожидая дальнейших указаний, но, казалось, обо мне все забыли.
Переминаясь с ноги на ногу, принялась изучать каюту капитана. Пусть убранство и было скромным, но каждая вещь находилась на своем месте. Небольшая лампа, чуть покачиваясь, освещала большой темный стол с ворохом каких-то бумаг и карт на нем. У окна — прикрученный к полу стол и пара стульев. В углу за полузадернутой шторой был виден угол кровати. У стены рядом со мной — книжный шкаф, по другую сторону — пара кресел. Большой глобус, к которому мне нестерпимо захотелось подойти.
— Риан, — я аж подскочила от неожиданности, чувствуя, как начинаю краснеть.
— Да?
— Риан, — вновь протянул капитан, глядя на меня задумчиво, чуть наклонив голову вбок, — а ты хорошо стреляешь?
— Я… эм… — замялась я, не имея сил, чтобы отвести взгляд от черных глаз, — неплохо.
— А если честно? — прищурившись, пробасил боцман.
— Хорошо. Даже очень. Но проверял только на суше.
— Вот как… — капитан потер гладко выбритый подбородок. — А пойдем, проверим. Лонгран, если получится, это решит большую проблему.
— Не думаю, что стоит…
— Лонгран, мачту тебе в зад! Думать будем потом, — вот не знаю, почему, но как же чужеродно прозвучали морские ругательства из уст капитана. — Идем-идем!
А завтрак так и остался стынуть…
Глава 11
С появлением капитана шум на палубе мгновенно стих. Все замерли, ожидая новых приказов. И они последовали.
— Рик, неси пустые расколотые бутылки. Джейсон, одолжи Риану свой мушкет. Выполнять!
— Так точно!
Не прошло и минуты, как все было готово. На фальшборте красовались видавшие виды бутылки, а в моих руках был заряженный мушкет друга. Матросы тихонько переговаривались в ожидании представления и занимали лучшие места… подальше от линии огня.
— Риан, можешь приступать, — отдал приказ капитан.
Мушкет Джея оттягивал руки и был тяжелее, чем мой, но я все равно его вскинула, приготовившись. Качка мешала, но достаточно быстро мне удалось ощутить ее ритм и подстроиться. Матросы загомонили еще больше. Выдохнув, выстрелила. Бутылка разлетелась на осколки. Для еще большего эффекта выдернула из-за пояса пистоль и опять выстрелила. Еще одной бутылки не стало. С азартной улыбкой повернулась к капитану и боцману и замерла. Черные глаза, странно прищурившись, следили за каждым моим движением.
— Просто прекрасно, — удовлетворенно произнес капитан и ушел обратно в свою каюту.
— А теперь убери за собой, — кивнул Лонгран на осколки и удалился вслед за капитаном.
Матросы загоготали. Кто-то подошел сзади и хлопнул меня по плечу. Рик.
— Слушай, Риан, не зря я за бутылками ходил. Хорошее представление.
Кивнув, тяжело вздохнула и потопала за ведром и всем прочим. Приходилось работать аккуратно, но все равно я порезалась.
— Черт!
Кровь потекла тонкими ручейками по ладони. Плюнув на все, пошла к Джею, с сожалением глядя на кровавые пятна на палубе.
— Джейсон, ты не очень занят? — постучавшись, спросила я, заглядывая за дверь.
— Нет, а что ты хотел? — я показала руку. — Садись. И как тебя угораздило?
— Осколки, — махнула я рукой в сторону палубы.
— Понял.
Пока друг колдовал над моей пострадавшей рукой, я принялась, вытянув шею, рассматривать его рабочее место и бурую кашицу на деревянной досочке.
— Слушай, Джейсон, а у нас у кого-то зубы болят или ты про запас готовишь? — друг замер и в упор посмотрел на меня.
— Ты сейчас это к чему? — подозрительно спросил он.
— Вот эта каша у тебя на столе. Если я не ошибаюсь, то это полынь, верно?
— Верно. Как ты это понял?
— У тебя несколько листиков осталось, да и запах у этой травы уж очень узнаваемый.
— Ты лекарь?! — воскликнул, вскакивая, друг.
— Не то чтобы бы, — я почесала затылок, внутренне злясь на появляющуюся привычку, — но кое-что в этом смыслю.
— Рассказывай.
Я и рассказала все, что знала, мысленно благодаря за полученные знания тетушку Мэри. Она была нашим городским врачом. Учитывая мои увлечения, первое время наш особняк она посещала очень часто. В конце концов, мне стало стыдно перед этой уже немолодой женщиной, и я попросила ее обучить меня основам врачебной премудрости. Она с большой радостью согласилась. С тех пор я сама себе готовила припарки, отвары и мази, периодически что-то спрашивая и даже иногда предлагая некоторые изменения тетушке Мэри или ее ученице.
— У тебя знаний больше, чем должен иметь судовой врач. Якорь мне в глотку, если тебя с руками не оторвут, чтобы заполучить на любой корабль!
— Ты преувеличиваешь, — начала было я, сильно смущаясь.
— Тебе все равно пока руку не стоит мочить. Порез глубокий. Так что поможешь мне.
И это был не вопрос.
Разогнулась я лишь к вечеру от оглушающего крика боцмана и, бросив недоощипанную ромашку, побежала на палубу.
— Риан, разорви тебя гром! Недоумок сухопутный, где ты?!
— Я здесь! — крикнула я, выскакивая на палубу.
Лонгран, оскалив желтые, видимо, частого жевания табака, зубы, орал на весь корабль, уже собрав возле себя небольшую толпу.
— Это что?! — и он отошел в сторону, показывая неубранные осколки и уже побуревшие пятна крови. — Я тебя, щенка сухопутного на корм Кракену пущу! — в подтверждение своих слов Лонгран вытащил из-за пояса пистоль и направил в мою сторону.
В этот момент я осознала, что все, привычная беззаботная жизнь богатой аристократки закончилась. Впереди меня ждет непростое выживание, которое, если я сейчас что-то не сделаю, слишком быстро закончится.
— Я…
— Лонгран! Стой! Риан — лекарь! Я об этом случайно утром узнал и все это время проверял его знания и подготовку. Так что это только моя вина, что отвлек его от работы. — на палубу, размахивая руками вылетел, словно ядро из пушки, Джейсон.
Повисла абсолютная тишина.
— Еще один… — простонал Лонгран, прикрывая ладонью уставшие и покрасневшие глаза, — … на мою голову, — совсем уж тихо добавил боцман, но из-за повисшего молчания его услышали почти все, — А ну-ка марш к капитану! Пусть он сам с вами разбирается! — махнул он на нас рукой и повернулся к столпившейся команде. — А вам тут что, медом намазано?! Быстро за работу! И уберите это кто-нибудь!