Моя. Я сказал! (СИ)

  
Оливия Лейк
 
Моя. Я сказал!
   
Глава 1
 
Ярослав
К урологу, так к урологу. Эх, не люблю врачей, но в сорок пять мужик хоть и ягодка еще, но медицинские чекапы пропускать нельзя.
— Спасибо, Олежик.
— С вами поехать?
— Сам разберусь, — буркнул, хмурясь. Одна хорошая девушка и по совместительству моя бывшая личная помощница после перехода на другую должность посоветовала нанять ассистентом мужчину. Вроде как ему мой кошелек и содержимое штанов будет неинтересно. Я взял на работу Олега. Месяц работаем, вроде ничего, но порой проскакивали смутные сомнения насчет моего «ниже пояса», слишком он заботливый.
— Андрюх, подъезжай к парадному, в больничку мне нужно.
По московским пробкам я едва успел к назначенному времени и каково было мое удивление, когда вместо моего врача, специалиста по мужским приборам со стажем, прием вела хорошенькая женщина.
— Я наверное перепутал, — застыл в дверях. Обычно я показывал член дамам в ином интерьере и при других исходных.
— Дверь закройте, — ответила она. — Или вы хотите консилиум с другими пациентами? — вздернула бровь.
Это типа врачебный юмор? Ну так и я умею шутить.
— Присаживайтесь, — сухо и повелительно кивнула. Симпатичная. Не юная, но аппетитная особа. Жаль, что врач, не люблю их. — Жалобы?
— Здоров, как бык, — естественно грудь колесом, харизма в лоб, энергетика самца в силе. — Работает как часы.
— На семнадцать тридцать? — все тот же деловой бесстрастный тон.
Ха! Уела! На полшестого намекает.
— Извините, как вас зовут? Запамятовал.
Она так посмотрела: мол, немудрено дядя, возраст клонит в старческое слабоумие.
— Эва Сергеевна Добронравова.
— Ну что с добрым нравом я бы поспорил, — хмыкнул, разглядывая красоту напротив. — Колючая вы, Эва Сергеевна.
Она откинулась на спинку кресла и внимательно на меня посмотрела, затем улыбнулась.
— Вы правы, Ярослав Игоревич. Сложный пациент был, не перестроилась, — она поднялась и подошла к маленькой раковине в углу. — Раз жалоб нет, приступим к визуальному осмотру, — повернулась ко мне и спокойно велела отправляться на кушетку за ширмой. — Снимайте все ниже пояса.
Я разделся как велено, но полы рубашки закрывали причиндалы, да и выглядело это крайне глупо: без портков, но в галстуке!
— Вам жарко? — Эва Сергеевна прошлась по мне скептическим, но оценивающим взглядом. Бля, уже рубеж сорок пять перемахнул, а в первый раз перед женщиной как школьник дрожал и блеснуть телесами хотел. Врачей и учителей всегда уважал, побаивался и обходил стороной, по струнке они меня вытягивали.
— Душновато, — сложил руки на груди. Мне было не стыдно раздеться полностью, но Эва Сергеевна не выглядела сильно впечатленной.
Она взяла стул и села прямо напротив моего члена. Глаза в глаза буквально. Не со мной, с ним!
Пухлые губы, очень красивые. Шальные мысли против воли полезли в голову. Мой змей начал поднимать свою тяжелую голову, а когда Эва начала осмотр тонкими пальчиками, еще и с комментариями…
— Внешнее состояние удовлетворительное, кожные покровы целостные, цвет… — обнажила головку, — розовый, однородный, без характерного запаха и выделений. Мошонка, — взвесила мои яички в ладони, — средней наполненности. Яички правильной формы, без патологических особенностей.
— Хорош? — не выдержал я. Ну хорошо же! Такая красивая женщина и такая равнодушно серьезная! Но, конечно же, я имел в виду здоровье одного из важнейших своих органов.
— Неплох, — и подняла на меня насмешливые светлые глаза. Чистая лисица! — Чтобы взять мазок мне нужно, чтобы эрекция спала. Подумайте о чем-то нейтральном.
Да как?! Такие губы рядом!
— Извините, Эва Сергеевна. Обычно мужские руки, а тут…
— Вы привыкли, что ваш пенис держат мужские руки? — чуть удивленно. — Анальный секс? Даете, принимаете? — ровно поинтересовалась.
— Да ты что, Эвелина! — от возмущения назвал полным именем. — У меня даже хрен упал от таких кощунственных предположений!
  
— Вот и отлично, — улыбнулась хитро. Точно лиса. — Теперь возьму мазок, — снова открыла головку. — Может быть неприятно.
— Подуй, — хрипло предложил. Ситуация абсурдная, но меня вело не по-детски: никогда не испытывал такого к женщине.
Если быть честным, я делил женский пол на две категории — шлюхи и Мадонны. Вторых мне хотелось защищать и беречь, были незабываемые экземпляры в жизни, а первых… Ну с ними понятно, да?
Эва Сергеевна не подходила не под одну из категорий. Ледяная лисица. Холодная снаружи, горячая внутри — так мне казалось.
— Виагру принимаете? — сухо спросила, надевая перчатки и зачем-то смазывая палец гелем.
— Не-ет… — опасливо протянул.
— Правильно, сердце беречь нужно.
— А вы что делаете, Эва Сергеевна?
Она так жестко на меня посмотрела и велела:
— На кушетку, на левый бок, ноги к животу. Простату прощупаю.
Что?! Это прекрасная женщина, губы которой возбуждали с первого взгляда, полезет пальцем мне в задницу?! Нет! НЕТ!
— Нет, — объявил жестко. Я генеральный директор огромного холдинга, у меня в подчинении несколько тысяч человек и это в одной Москве, молчу про филиалы, и мне в жопу ни одна живая душа не проберется! — Нет! — застегнул штаны и накинул на плечи рубашку. Эва только разочарованно покачала головой.
— Печально, Ярослав Игоревич. Думала вам сорок пять не только по документам, — со вздохом стянула перчатки и бросила в отходы класса «А». — Список анализов, — протянула мне бумажку. С результатами через два дня подходите, как раз мазок готов будет.
Я одетый и приличный сел на стул напротив своего прекрасного доктора. В одежде чувствовал себя более защищенным.
— Эва Сергеевна, простите за нескромный вопрос: вы замужем? — кольца нет, но все же.
— С какой целью интересуетесь?
— Жениться хочу.
— На ком? — нахмурилась она.
— На вас, — просто ответил. Чувствую, моя женщина. Не думал, что так бывает. Не собирался жениться в принципе. А сейчас иного выхода и предложить не мог. Моя, чую всеми своими органами чувств, уж простите за тавтологию.
— Я не замужем, но…
— Я тоже, — довольно вставил.
— Тоже не замужем? — саркастично заметила. — В нашей стране это запрещено, Ярослав Игоревич.
— Эва Сергеевна, вы меня буквально вынуждаете доказать мою сексуальную ориентацию. Сегодня вечером. В семь заеду за вами.
Она удивленно распахнула раскосые светлые глаза. Не привыкла к подчинению. Мне это нравилось.
— Ярослав Игоревич, идите, — снисходительно махнула, — и таблеточку от самоуверенной наглости примите.
Я поднялся. Ну не сейчас же мне ее силком на свидание тащить, потом в постель, а утром в загс. Успеется!
— Моя будешь, — обернулся в дверях. — Я сказал.
Эва только фыркнула. Я слов на ветер не бросал. Сказал, женюсь, значит, женюсь!
  
Глава 2
 
Эва
Бог ты мой ну что за экземпляр! Невероятное сочетание наглости, самоуверенности и харизмы! Хорош, конечно. Для возраста за сорок — просто невероятно. У меня бывшему мужу тридцать семь и там уже брюшко, озеро в лесу, характер поганый, но это, наверное, не от возраста, а от сути. Жаль, что тринадцать лет я не замечала, в какое дерьмо он обернулся.
Душок от него пошел давно, но я думала это последствия нашего не свершившегося родительства. Нет, это оказалось другое. Это предательство и низость.
В восемь вечера я закрыла кабинет и сдала ключ. В клинике при правительстве Москвы я работала неделю: им срочно нужен был квалифицированный уролог, а мне деньги. После развода с ними стало туго: нет, концы с концами сводила, но Сергей в прямом смысле оставил меня в пустой квартире, удивительно, что обои не содрал.
Декабрь пришел со снегом, морозом и десятибалльными пробками, и тем не менее я любила снежную зиму, пышные сугробы, деревья в серебре. Город перед новогодними праздниками сверкал и переливался, обещал чудо, а мне так отчаянно не хватало последние полгода чего-то волшебного. Хотя нет, мне этого не доставало гораздо дольше.