Ковчег Времени, или Большой побег Рафала из Когда-то в Сейчас через Тогда — и обратно

— Не смейся! — сердито говорю я.
— Ой, я сейчас умру! — стонет она. — Видел бы ты свою физиономию! Ой мама! Это просто бомба!
Я отворачиваюсь. Глупая она какая-то. Я здесь только зря время трачу.
— Эй ты, подожди! — окликает меня девочка. — Сорри, но ты был такой смешной. Погоди.
— Это вообще никакая не музыка, — говорю я. — Музыка — это совсем другое. Я точно знаю, потому что Дедушка… потому что знаю, и все!
  
— Ну хорошо, не все любят рэп, — она пожимает плечами, — но зачем так психовать-то? Без фанатизма! Меня зовут Аська. Ты один сюда пришел?
— Один.
— И я тоже, — улыбается девочка. — Папа на работе, а мама сидит дома с моим братом, потому что он заболел. У него ангина. Но на следующей неделе мы поедем в Африку, вместе с дедушкой и бабушкой. Мы договорились встретиться тут в час дня — в смысле мы с дедушкой и бабушкой, — но у них там случилась какая-то фигня в последний момент, они мне прислали эсэмэску. А ты?
— Что я?
— Поедешь куда-нибудь на каникулы?
— Нет, — отвечаю я и, подумав, добавляю: — Это я сюда приехал на каникулы.
— Ты уже видел фламинго? — спрашивает она. — А то я как раз к ним иду. Фламинго такие лапочки! Если хочешь, пошли со мной.
А почему бы и нет? Пойду с ней.
Мы шагаем по аллее, я вижу разных людей из будущего. Они все почти совсем голые! И почти все что-то едят. Какие-то золотистые палочки в бумажных пакетах, мороженое в стаканчиках, леденцы… Я чувствую, что снова ужасно проголодался.
— Пошли, купим чего-нибудь поесть, может, хот-догов, — говорит Аська, будто читая мои мысли.
Стелла же дала мне кучу денег! Но… но они остались в куртке, в погребе… И вообще — а вдруг здесь наши деньги ничего не стоят…
— Нет, не хочу, — отвечаю я.
— Что, денег нет? — догадывается девочка. — No problem, я тебя угощу. Мне в воскресенье бабушка с дедушкой дали пятьдесят злотых, а сегодня мама еще дала две десятки на билет. Так что у меня куча бабла.
Мы подходим к киоску на аллее. Внутри сидит молодая женщина в красном фартуке и чудно́й кепке с длинным козырьком. Я глотаю слюну. Аська заказывает таинственные хот-доги — что это может быть? — и еще какую-то «колу».
— С каким соусом? — спрашивает продавщица.
— Кетчуп и чесночный, — отвечает Аська. — А тебе?
— Мне тоже, — быстро говорю я.
Женщина берет длинные булки с дырками и наливает в эти дырки разные густые жидкости из цветных бутылок, а потом щипцами вынимает из котла две тонкие колбаски, вкладывает в булки и подает нам в бумажных пакетах. Аська расплачивается — ее деньги совсем не такие, как мои, они цветные и по размеру гораздо меньше. Потом она берет у продавщицы булки и дает одну мне. Продавщица наливает в бумажные стаканчики черную жидкость — наверно, кофе, — закрывает сверху белыми крышками, а потом засовывает в них полосатые трубочки.
— Держи.
— Спасибо, — отвечаю я и тут же вгрызаюсь в булку.
Это самая вкусная штука, что я ел за всю свою жизнь! Колбаска упругая и гладкая — ни одного хрящика! А булка мягкая как пух!
— А ты здорово проголодался, да? — говорит Аська, покосившись на меня, затем берет бумажные стаканчики, переносит их на столик, стоящий сбоку от будки, садится на стул и начинает есть. Я киваю в ответ и запихиваю в рот остатки булки. Как жалко, что она была такая маленькая… А вот Аська откусывает от своего хот-дога крошечные кусочки — смотреть не могу! Я отворачиваюсь и разглядываю людей, которые идут мимо нас. У мужчин очень странные прически, даже попадается один с волосами почти такого же цвета, как мои! Вдруг из-за киоска выглядывают старушка и старичок — у него лицо точь-в-точь как у Дедушки! Я таращу глаза, но старички, видя, что я на них смотрю, тут же прячутся. Наверно, мне просто показалось, он не мог быть настолько похож…
— А почему ты не пьешь? — спрашивает Аська, хватая стаканчик и засовывая в рот конец трубочки.
Я беру второй стаканчик и следую ее примеру. Втягиваю жидкость через трубочку и закашливаюсь. Это же ситро с соком, но почему оно такое черное? Очень вкусно, куда лучше того, что Стелла купила на Маршалковской. Глаза слезятся, но я все равно одним махом выпиваю почти весь стакан — не могу сдержаться.
— Не хочу больше, — морщит нос Аська. — Хотдог у них так себе.
В ее пакете осталась почти половина булки! Чего она привередничает?..
— Ты не будешь больше? — спрашиваю я.
— Нет.
— А можно тогда я?..
— Ты что, хочешь доесть остатки моего хотдога? — Аська удивленно смотрит на меня. — Это же противно!
— Ну раз ты не хочешь…
Она какое-то мгновение думает, а потом с гримасой отвращения протягивает мне пакет.
— А как тут вообще? — спрашиваю я, доедая ее булку.
— Где?
— В Варшаве.
— Все о’кей. А как тут может быть? — пожимает плечами Аська. — Много народу.
— А… А Квартал?
— Какой квартал? Который?
— Ну, Квартал. — Я вожу пальцем по столу и не смотрю ей в глаза. — Гетто.
— Гетто? — удивленно переспрашивает она. — Нет такого района. Есть Жолибож, Средместье, Прага. А про Гетто я никогда не слышала.
Не слышала.
— А морлоки… то есть немцы?
— Что немцы?
— Немцев уже нет?
— Ну, где-то есть, — пожимает плечами Аська. — Ты какой-то странный. Пошли к фламинго.
Фламинго розовые и очень красивые. Их целое множество, стоят в воде на тонких длинных ногах, рядом с оградой, и совсем не боятся людей.
— Класс, скажи? — спрашивает Аська. — Мне уже бежать надо, потому что скоро обед. Мы живем рядом с парком, на Ягеллонской. Если хочешь, дам тебе мой имейл, и можешь меня добавить на ФБ. Хочешь?
— Не знаю, — осторожно отвечаю я.
Аська слегка хмурится:
— Но ты хоть знаешь, что такое Фейсбук?
— Знаю, — отвечаю я. (Ну а что я мог сказать?)
— Ну хорошо, — говорит она. — Набери «Иоанна Полисюк». Там в профиле стоит моя фотка, так что ты меня узнаешь. О’кей?
Я киваю. Аська стоит с нерешительным выражением лица.
— Ну, я пошла.
— До свидания, — отвечаю я.
Аська продолжает стоять.
— Слушай… — вдруг говорит она, — а может, зайдешь к нам на обед? Мама разрешит.
У меня в животе снова бурчит. Обед! И можно будет посмотреть, какие у них сейчас квартиры. Но как я потом вернусь в зоопарк? Мне же надо будет добраться до машины. Мы стоим недалеко от ворот зоопарка. Высокий забор, решетка. Возле узкой калитки стоит человек в форме, проверяет билеты. Но может, удастся как-то проскочить…
— А твоя мама точно разрешит? — уточняю я.
— Да конечно! Она будет просто счастлива! Мама готовит без передышки, у нас еды всегда больше, чем надо. Вообще-то она ведет кулинарный блог. Собирается стать rich and famous. Она и правда готовит очень вкусно, но я не уверена, что прямо лучше всех на свете.
Я ничего не понимаю из Аськиных слов, но улыбаюсь и поддакиваю. Мы выходим из ворот, пробираемся сквозь толпу. У края тротуара стоит человек с палкой, к концу которой прицеплено несколько десятков больших цветных воздушных шаров. Какие красивые! Выглядят они так, будто сделаны из металла, но при этом легко колышутся в воздухе, парят…
— Стой! — кричит Аська и хватает меня за ворот рубашки. — Ты сдурел?
Прямо передо мной проносится сверкающий красный экипаж. Поднятый им вихрь раздувает мне волосы. Что это? Автомобиль? Такой маленький? Я же знаю, как выглядят автомобили. Их иногда видно с моста над Хлодной, когда они проезжают внизу. В основном, конечно, военные, но иногда попадаются и обычные. Чаще всего — черные и огромные… Я оглядываюсь по сторонам и вижу вокруг множество экипажей самых разных цветов!
— Это автомобили?
— А что же еще? Ты машину не увидел, что ли? Она же могла тебя задавить!
  
— Как их много! Кто на них ездит?
— Как кто? — удивляется Аська. — Люди.
— Обычные люди?
— Нет, блин, необычные, — раздраженно отвечает она. — Люди как люди. У всех есть машины. Ну, почти у всех. У нас «тойота», но папа хочет ее продать и купить внедорожник. Мама пока что не соглашается, но мы все равно купим, потому что папа всегда стоит на своем. А я только за, это будет клево. Пошли.