Неестественный отбор

– Нет, на эту тему мы с тобой уже говорили. Я не блатной, и ваш мир мне не интересен.
– Знаю, – вздохнул он. – Ладно, пожрите хоть в дорогу.
– Это само собой, – усмехнулся я и направился к котелку.
Плов ещё какое-то время смотрел мне в спину, привалившись плечом к дереву. Я чувствовал его взгляд, но оборачиваться не стал.
 
Глава 5
 
Склеп
Европейцы основательно подошли к организации лагеря. Хотя при взгляде на то, что они успели создать, на ум приходило совсем другое определение: посёлок. Здесь во всём ощущалось долгое и тщательное планирование. Огромные машины вовсю печатали полимерные дома и не абы как, а по чётко выверенному проекту. Уже было понятно, где пройдёт главная улица, в каком месте станут выращивать овощи. Ближе к окраине, там, где часть домов полностью закончили и даже отделали, возвышалась водонапорная башня.
В отличие от них, у нас всё выстраивалось экспромтом, методом проб и ошибок. Минимум техники – максимум человеческих ресурсов. Да что там говорить, мы за неделю всю округу засрали, прежде чем поняли, что нужно определить место для нужника. С другой стороны, наша экспансия состояла из особого контингента. Синие явно летели на Элпис совершенно иным составом.
Нет, я не восхваляю их подготовленность, как может показаться на первый взгляд. Напротив, их привычка планировать каждый шаг в итоге может сыграть нам на руку. Достаточно внести в строгий порядок всего немного хаоса – и всё пойдёт по одному мохнатому месту. Работы остановятся, начнутся совещания, обсуждение вариантов решения возникших проблем. А нам останется лишь периодически подливать масло в огонь. Партизанские войны в своё время умудрились остановить и более подготовленного противника.
– Да хорош ты ёрзать уже! – зло зашипел я на Жухлого.
– Мне какая-то ветка в пузо колет, – попытался оправдаться он.
– А мне насрать. Ещё раз зашуршишь, я тебе челюсть сломаю.
Напарник обиженно запыхтел, но хотя бы перестал двигаться. А я снова припал к биноклю, продолжая наблюдать за жизнью противника. Цель их прилёта была всё ещё непонятна. Нет, освоение новых горизонтов – это само собой, плюс я уже знал о существовании богатых месторождений редкоземельных металлов. Однако неясно назначение этого конкретного лагеря.
Бо́льшая часть людей в нём – военные. Да и само обустройство – проект, если угодно – больше походило на опорный пункт. Зданий явно больше, чем людей, а их количество я уже примерно прикинул, когда наблюдал за столовой. А значит, следует ждать подкрепления.
И, собственно, вопрос: а чем занимаются наши? Что вообще творится на Земле? Как синюшные получили доступ к технологиям, да ещё и внаглую напали на наш лагерь, при этом нисколько не опасаясь мести со стороны России? Нет, самомнения им, конечно, не занимать, но инстинкт самосохранения тоже должен присутствовать. Опять же, почему нет связи с родной планетой?
Эх, взять бы одного в плен и допросить с пристрастием. Вот только как с ним разговаривать? Я ведь за свою жизнь так и не удосужился овладеть каким-либо языком, хотя в тюрьме времени для этого более чем достаточно.
– Ладно, уходим, – наконец решился я.
Мы медленно поползли назад, и как только выбрались из кустов, пригибаясь спустились с холма. Примерно через двадцать минут у противника должен начаться обход. Они проверяли ближайшие подступы к лагерю, каждые два часа, что, опять же, прямо говорило о военной выучке. В общем, лучше не рисковать.
Пошёл третий день, как я осматривал позиции со всех возможных ракурсов. Припасы уже подходили к концу и пора было принимать какое-то решение: или уходить, или начинать развивать атаку. Естественно, речь не идёт о том, что мы вдвоём с Жухлым набросимся на хорошо вооружённый лагерь противника и разнесём его в щепки, как герои какого-то кино. Всё это время я не только наблюдал и изучал врага, я также искал хоть какие-то остатки древних поблизости. Если сегодня не удастся их обнаружить, придётся отступать, а этого мне ой как не хочется.
  
– Чё, опять будем круги по лесу нарезать? – смахнув со лба пот рукавом, поинтересовался Жухлый.
– Угу, – кратко ответил я и сверился с компасом.
Затем выудил планшет из рюкзака и убедился, что мы в нужном месте. Почти вся территория вокруг европейцев была уже закрашена в синий цвет. Этот участок – последний. Хотя можно попробовать увеличить площадь поиска. Животные здесь имеются, источников воды мы обнаружили аж семь штук, и наверняка на этом квадрате найдётся ещё. Вопрос в другом: а достанет ли рой до европейцев? По идее должен, если прикинуть поведение животных возле нашего бывшего лагеря. Там диаметр зоны отчуждения составил чуть больше шестидесяти километров. Но попусту рисковать не хочется, ведь неизвестно, будет ли у нас второй шанс.
Мы двигались по спирали, останавливаясь у каждого камня. Я всё пытался обнаружить на них следы обработки, но каждый раз приходил к выводу, что это обычные дикие валуны. Некоторые, наиболее подозрительные, откапывал и снова убеждался в тщетности труда. Но к вечеру нам наконец-то повезло. И как это ни прискорбно понимать, строение древних обнаружил Жухлый.
– Смотри, это нора, что ли? – окликнул меня он, указывая на провал в земле. – Я чуть башку себе не свернул. Хотел посрать в кустах, а там яма.
– Ну-ка подвинь жопу, – заинтересовался находкой я.
Присев перед ямой на корточки, я посветил внутрь фонарём, и улыбка невольно наползла на моё лицо. Внутри отчётливо просматривались ровные линии уложенных друг на друга блоков. Прежде чем лезть внутрь, я запустил туда дрон. Оценил глубину провала и, закрепив верёвку за ближайший ствол дерева, незамедлительно приступил к спуску. Первым делом в яму нырнули рюкзаки, затем Жухлый, и только в самом конце спустился я.
– И чё здесь? – спросил напарник, освещая фонарём ровные стены.
– Пока не знаю, – ответил я и бросил к его ногам лопату. – Будем копать, пока что-нибудь не найдём.
– Хернёй какой-то страдаем, – пробормотал Жухлый, но инструмент всё же поднял. – И глубоко копать?
– Отсюда и до обеда, – ответил я крылатой армейской фразой. – Бери ту стену, я с противоположной начну.
– А землю куда девать? – резонно заметил он.
– Пока на середину кидай, завтра с утра подумаем, как её выносить.
– Может, тогда с завтрашнего дня и начать? Я и так заебался по лесу шастать.
– А ты ничего не попутал?
Жухлый буркнул что-то непонятное и отошёл к стене, на которую я указал. Вскоре с его стороны доносилось лишь мерное сопение. Помещение сразу заполнил запах сырой земли. Я осмотрел свою сторону, прикинул, откуда лучше начать, и тоже взялся за дело.
Как и следовало ожидать, с ходу мы так ничего и не нашли. Провозившись до полуночи, грязные и уставшие, мы распотрошили первый сухой паёк и вырубились возле свежей земляной кучи. А наутро, когда я смог оценить объём проделанной работы, стало ясно, что от грунта действительно следует как-то избавляться.
Не придумав ничего лучше, я освободил рюкзаки и в них, при помощи верёвки, принялся вытаскивать землю наружу. Точнее, мы оба взялись за дело. Я нагружал, а Жухлый вытягивал и вытряхивал всё это, находясь на поверхности. Провозились почти до обеда, зато знатно расчистили середину, даже слегка её углубив.
Напарник вновь спустился ко мне, и мы взялись откапывать нетронутые стены. Работа шла довольно быстро, потому как мы не разбирали слои, как это делают археологи. Нас не интересовали осколки посуды или какие-то другие предметы быта древних цивилизаций. Честно говоря, я вообще не понимал, что конкретно мы ищем. Я знал лишь одно: дойдя до определённого места, мы должны наткнуться на охранную систему и активировать рой. Если он здесь, конечно, имеется.
– Тень, я, кажется, что-то нашёл, – уже в который раз привлёк моё внимание Жухлый.
На его первые призывы я реагировал с любопытством и сразу срывался посмотреть на находку. Но вскоре мне это надоело, потому как ничего достойного внимания ему не попадалось.