Бывший. (не) разведенка
Поднялась на наш этаж и осторожно открыла дверь. На заднем фоне слышались мультики и смех. У нас была такая фишка, что во время просмотра телевизора мы все время дурачились, чтобы не залипать в экран как зомби.
Хотя, не скрою, мультики не раз в сложных ситуациях спасали мою психику от перегрева. Все же, человек, который придумал всякие цветные трактора и милые грузовички – гений!
Эта парочка валялась на диване и щекотала друг друга. Я же постаралась стряхнуть с себя наваждение и праздничным тоном сообщила:
– А вот и я! Кому вкусняшек?
– Мамочка! – завизжала дочь и с каким-то странным, я бы даже сказала, надрывным воплем бросилась в мои объятия.
Я прижала малышку к себе, а она у меня, и правда, была малышкой по сравнению с другими детьми ее возраста, и вдохнула ее непередаваемый волшебный аромат.
Нет, я никогда не стану рисковать ею и нашим маленьким миром. Надо сделать все возможное, чтобы развод на этот раз прошел полностью, без осложнений и сюрпризов. Я не готова больше к таким аттракционам.
– Я так волновалась! – призналась дочь.
Вот откуда в ней эта эмпатия? Ей же всего пять лет! Точно не от меня унаследовала. Но и Осипов никогда не отличался прозорливостью и хорошей интуицией.
– Все хорошо, моя маленькая! Я все решила, – как можно спокойнее ответила я.
– Точно все? – обеспокоенно вклинилась в наш разговор Диана.
– Да, но мне будет нужна твоя помощь для… Уточнения некоторых нюансов, – прошептала я, внимательно глядя на подругу.
Мне показалось, что та поняла все без слов. Но пока ничего не стала говорить. Мы лишь пошли пить чай с картошкой, а дочь была счастлива любимым пирожным.
Спустя часа полтора смеха, игр и лечения, так как куда уж без него, малышка уснула. Я укрыла ее одеялом и вернулась на кухню, где Диана разливала чай.
– Рассказывай! – просто, но в то же время с серьезностью сказала она.
– Я была замужем. За отцом Юли. Это была сделка или фиктивный брак для… В общем, я вряд ли могу это разглашать, да и не знаю всех нюансов. Мы развелись и разошлись как в море корабли. Но он вернулся. Диан, он заявляет, что с разводом произошли сложности, и мы до сих пор числимся супругами. Но… Что мне делать?
Глава 8. Ульяна
Разговор с Дианой вышел не из простых. Моя подруга не была лучшим в столице юристом, она лишь недавно устроилась на работу в крутое агентство, что специализировалось как раз на таких случаях.
Выслушав меня внимательно, она задавала вопросы, смотрела что-то в интернете и в целом хмурилась. Как по мне, слишком много хмурилась!
– Вообще я про такое даже не слышала. Бред какой-то! Он точно уверен, что там закралась такая ошибка? Ты пойми меня правильно, в наш век Госуслуг, современных технологий и прочего без цифрового следа и мышь не проскочит, – она развела руками.
Я же прикусила губу. Сама ничего не понимала, но какой смысл Осипову выдумывать такую чушь? Он же не стал бы искать меня, вытряхивать прошлое из закромов? Тем более при невесте.
Почему-то именно мысли о его невесте раздражали больше обычного. Как будто у меня перед глазами вставала алая пелена. Это ненормально! Я не хочу так чувствовать! Можно мне уже вырвать всю эту историю из сердца с корнем?
– Может, дело в том, что я создала и подтвердила свою запись на Госуслугах уже после рождения Юли? До этого мы просто пользовались документами, но для оформления всяких пособий… Я больше всего боюсь, что меня могут признать мошенницей! – призналась я.
Диана снова полезла в недра интернета и лишь тяжко вздыхала. При этом у нее в глазах даже какой-то азарт проснулся. Наверняка мое дело ей нравилось своей необычностью и сложностью.
– Ну, в целом твои опасения далеко не беспочвенны. Кроме того… Ты можешь сказать, когда у вас был развод, а потом когда родилась Юля? – спросила она.
– Да, конечно. Вот даты, смотри, я все на листочке подробно написала, а при чем тут это?
Диана все внимательно изучила, прикинула, достала калькулятор даже, пересчитывая какие-то цифры. Мне же вообще было непонятно, зачем она это делала.
– Да, как ни крути, но получается, что Юлю твою обязаны были в загсе зарегистрировать как дочь бывшего мужа. У вас от развода до ее рождения прошло меньше трехсот дней.
– В смысле, это как? – похолодела я.
Нет, нет, нет! У Юли нет и никогда не было отца. Я мать-одиночка со всеми вытекающими! На каком основании? Не позволю!
– А так. Если женщина после развода в течение трехсот дней родила, то отцом ребенка автоматически записывается бывший муж. На основании закона. По общему соглашению вы можете установить отцовство и отменить это по взаимному согласию. Или он может оспорить решение через суд. Юлю должны были записать на него.
Вся наша столь тщательно выстроенная жизнь рушилась с каждым словом Дианы. Каждое новое открытие словно ставило жирный крест на том маленьком и безопасном мирке, в котором мы с дочерью жили.
– Но он же тогда узнает о дочери! – воскликнула я.
– А может, это и к лучшему? – тихо спросила приятельница.
Я посмотрела на нее как на сумасшедшую. Но, судя по всему, она, и правда, не понимала причин, почему я не стала осчастливливать Осипова «хорошими» новостями.
– Ну, сама посуди, Уль. Ты вертишься как белка в колесе без продыха и выходных. Может, он не такой плохой вариант, как кажется. Может, не все так печально, и алименты станут весомым подспорьем для жизни? Я вообще искренне считаю, что женщины зря от них отказываются.
– Ты не понимаешь… – тихо простонала я, отворачиваясь к окну.
Прошлое и боль снова нахлынули на меня как нечто неотвратимое. Вот никак эта история не желала отпускать, а напротив, все теснее опутывала своими щупальцами.
– Так объясни! – просто развела руками Диана.
– Нечего тут особо объяснять. Я жила в деревне, мать болела, а тут он. Весь такой красивый, городской. Предложил легкие деньги за брак и помощь маме. Я согласилась. А потом…
Потом мне даже стыдно было рассказывать про ту мерзость, которая началась после заключения брака. Я к тому моменту уже влюбилась как малиновка.
– Потом я поддалась на его чары, отдалась, втюрилась по самые уши. А через непродолжительное время появилась его родня, и начался ад. В итоге он и его родители выгнали меня как нахальную приживалку с таким скандалом и унижением… А он просто кинул мне деньги и сказал, чтобы больше не беспокоила. Арс не тот человек, которому я бы доверила своего ребенка.
Диана молчала. Мне показалась, что она не была согласна с таким вот решением. Наверняка думала, что можно все равно стребовать с наглеца свое. Но я ни за что бы не согласилась.
– Я тебя поняла. Но учти, что сейчас ситуация такая, что у тебя есть несовершеннолетняя дочь, которая по документам родилась либо в браке, как он говорит, либо до трехсот дней после него. Ваш второй развод возможен только через суд и то… С установлением отцовства и всего вытекающего. Мне очень жаль, Ульяна.
Глава 9. Ульяна
Следующие два дня я металась как птица в клетке. Одно радовало – дочери было значительно лучше. Мы даже сходили в поликлинику и взяли справку для посещения детского сада. Спрей из Турции, и правда, очень помог. Хотя кто его знает…
– Мама! Пойдем в кафе! – тащила малышка в сторону того самого места, где еще недавно мы сидели с ее отцом.
У меня сердце заходилось от страха. Казалось, неотвратимое знакомство было неизбежно, и я ничего не могла с этим поделать. Мне нужно было как-то решить этот вопрос, что-то предпринять!
Диана обещала в случае чего связать меня с юридическим агентством, где она работала. Там были самые лучшие специалисты в городе, да и, наверное, в стране в целом.
Мы с ней договорились, что если что-то пойдет не так, то я рискну к ним обратиться. Ценник там был космический, а по социальным программам я проходила со скрипом как раз из-за самой ситуации. Нет, у Трофимовой Мирославы Илларионовны для женщин, попавших в сложную ситуацию, были специальные предложения, но… (Мира – героиня моей первой книги «Подари мне меня»)