Поймай ветер в поле. Книга 1

– Властислав сказал, что перед тем как скрыться, морянин выкрикнул, будто бы еще вернется за ней. И именно поэтому я привезла Ксению сюда. Оказывается, чтобы заявить права на нее , чтобы хоть как-то подчинять, ему нужно периодически подновлять эту проклятую метку.
– Я слышал о таком, – подтвердил дед.
– А что ты знаешь об этих змеях, пап? Радомир рассказывал , но в последний день после произошедшего с Ксюшей и переживаний, я, думаю, что многое пропустила. А расспрашивать охрану при детях не стала.
  
– Во- первых, змей может не воспользоваться своей меткой никогда. Но на это не стоит надеяться. Во- вторых, чем выше морянин, тем больше оборотней среди них, живущих не с одной, а с несколькими женами. Точнее одна законная, остальные – наложницы.
– Кажется, именно это и говорил мне муж! – прошептала мама, а потом еще Что-то добавила. И мне, чтобы услышать все получше, мне пришлось приблизиться к двери, по-прежнему делая вид, что копошусь с туфлей. Периодически я осматривалась, потому что боялась быть застигнутой врасплох. Но любопытство брало свое.
– В – третьих, – продолжал сыпать подробностями дед, – у высших змей есть ритуал, в результате которого даже у человека может появиться чешуя.
Возникла пауза, продлившаяся несколько томительных секунд . А после заговорила бабушка:
– Ярослава, может, стоит девочке остаться у нас навсегда? Змей нет, охрану наймем, не переживай.
– Мам?! – тут же раздался возмущенно – обиженный голос моей мамы, – я не смогу ее оставить.
Зашелестело платье, и я метнулась к запасному убежищу ,вжавшись между стеной и раскидистым полосатым фикусом. Сейчас я очень жалела, что его листья пусть и очень крупные, но не могут прикрыть меня полностью.
– Девочка моя, – голос бабушки прозвучал несколько дальше, значит, это именно она прошла к маме. – Никто и не говорит, чтобы ты бросила Ксюшу, такое в принципе невозможно. Но ты подумай сама. Ей нужна безопасность и покой, нужно учиться, получать достойное леди образование.
– Понимаю, к чему ты клонишь. И в этой части я с тобой согласна, – вздохнула мама. – И мы в состоянии оплатить любого преподавателя. Только сердце сжимается от мысли, что через сорок лет я останусь такой же, а моя дочь..
– Все, леди! – прервал этот поток маминых слов дед, – слушайте мое слово. Пока самое главное – это безопасность. Необходимо переждать военные действия на границах вашего, Яра, княжества. Одновременно я найму охрану для вас, усилив ее относительно Ксюши. Если твой муж и его сторонники быстро справятся с захватчиками, то ты, конечно же, уедешь домой. Ксюша вернется в Белогорию как только заживет ее рана и полностью пропадет привязка змея. Пусть любое действие станет ее собственным выбором, а не навязанным действием яда. Ну что, – последние слова дед добавил уже мягче, – согласна?
– Да, пап! – всхлипнула моя мама, а я едва не разинула рот от удивления. Чтобы мама и плакала? – Ты абсолютно прав. Мы с Радомиром тоже так решили.
– Твой муж знает, что говорит, – весомо добавил дед, а я поняла, что пора уходить. Иначе попадусь на глаза если не своим родственникам, то слугам.
***
Марфа
День с утра был хороший солнечный. Но душа не лежала радоваться такой красоте. А все потому, что любимый муж уезжал в Белогорию, домой. Марфа присела на край постели в своей большой просторной комнате, расправила уголок тут же смявшегося покрывала и вздохнула. Нет, не хочется отпускать Росляра, как ни крути. И ведь умом понимала, что будет только помехой смелому зверю, а сердце словно рвало на части. И ведь с ней остается Василек, а с Росом?
Скрипнула дверь. А затем, легко ступая, вошел любимый муж.
– Марфуша, – обратился он, вероятно приметив на лбу своей пары складку, означавшую задумчивость, – не переживай, все образуется.
Рос встал перед своей ненаглядной на колени, с благоговейным трепетом коснулся рукой выпирающего живота. И тот, кто находился внутри ее, словно понял, что подобного прикосновения мужской шершавой ладони еще долго не будет. А потому малыш толкнул Роса изнутри живота Марфы, как бы отвечая.
– Вот видишь, даже маленькая настаивает, чтобы ты не волновалась, – уговаривал оборотень ненаглядную.
– А если не дочка, а сынок? – в очередной раз распереживалась Марфа.
– Значит , будет сынок, – терпеливо отозвался Росляр, поглаживая выступающую крошечную то ли пяточку, то ли попку собственного младенца.
– А дочка? Как же мне без помощницы? – вздохнула молодая женщина.
– В другой раз, значит, еще раз попробуем.
– А если и там будет сын? – вновь засомневалась беременная Марфа. Она и сама понимала, что иной раз вела себя с Росом непонятно и странно. То ночью посылала его за свежим молоком, то хотелось чего-тохолодного, и тогда разбуженный оборотень спускался в глубокий погреб и доставал специально намороженных сливок с клубникой. Причем иной раз стоило лизнуть это лакомство, как недавно разыгравшийся аппетит куда-то пропадал, и Марфа спокойно засыпала. Ведь ее потребности были удовлетворены.
– Марфуш, милая, – мужчина, не отрывая глаз, смотрел на свою переживающую пару, – ну что ты волнуешься раньше времени. Сколько захочешь раз, столько и будем пробовать. Пока у нас не родится дочка. А родится последней, так мальчишки ее на руках носить будут и радоваться. Наша жизнь длинная с тобой – все впереди.
– Росик, – начала Марфа, не зная, как лучше обратиться к своему мужу и озвучить просьбу. – А может быть, ты меня с собой заберешь? Ну как там будешь без меня один – то?
– Родная, мы это уже обсуждали. Так нужно для вашей безопасности. Ты и сама все знаешь, – спокойно и твердо отозвался обротень.
– А кто тебе щи сварит? А пирогов напечет? – привела свои аргументы молодая женщина, пытаясь быть убедительной. Она прекрасно знала, что муж высоко ценил ее кулинарные способности. Надо сказать, что это досталось от умершей матушки, не иначе.
– Я и сам смогу сварить, если надо, ты ведь помнишь, я столько лет жил один. Да и мало я буду дома – то находиться – все в разъездах. Но с твоей стряпней ничего и нигде не сравнится, это правда, – мужчина взял руки жены в свои руки и прижался губами к ее ладошкам.
– А постирать – заштопать? Как тренируешься, то все как на огненном горит! – вздохнула Марфа, прекрасно понимая, что он , любимый муж, прав. И не место сейчас ей с Васей там, в Белогории. Да как сердцу прикажешь, если дом, а главное любимый оборотень, будут далеко. А будь она дома, так все бы легче стало.
– Постираю и заштопаю, не волнуйся, – усмехнулся мужчина, – ты ведь видела, я рваным не ходил.
– Не ходил, – подтвердила Марфуша, ласково взъерошив волосы своего Роса, – и все же я буду скучать.
– И я, родная тоже, – прошептал оборотень, снова нежно поглаживая животик жены, и по детям своим, и по тебе.
***
Ярослава
День промчался , словно в ускоренном темпе. Княгиня поговорила с родителями, погуляла вместе с Марфушей с детьми и охраной. А потом настал поздний вечер, грозивший вернуть все страхи и переживания, касающиеся судьбы мужа, Ксюши и полюбившихся ей княжичей.
Поцеловав на ночь Ксюшу и Олю, Ярослава отправилась в свою спальню, снова оставшись наедине со своими мыслями. А они были вовсе не веселыми. Она сидела перед зеркалом, но свое отражение словно и не видела. Все потому, что мысли были заняты только им, Радомиром. Как он достигнет победы, если постоянно будет бороться сам с собой? Яра ведь слышала рассказы, что некоторые после смерти своих пар сходили с ума. А ему придется бороться с врагами, а еще и с самим собой и днем, и ночью. Плюс тысяча обязанностей и некому будет поддержать, приласкать. Может быть, Кто-то по незнанию захочет прыгнуть к князю в постель, но ни человеческая сущность, ни звериная подобного не допустят. В это Ярослава верила свято, как в то, что завтра непременно настанет новый день.
  
Положив расческу на столик и облокотившись, она задумалась. А если оставить детей тут, а самой пробраться к Радомиру? Это был не самый лучший вариант, но сильная тревога за своего зверя не давала покоя все две недели, что добирались сюда. Целых две недели…. Да он и из поездок, длящихся всего-то, пять – семь дней возвращался напряженный и голодный до ее тела. Муж и сам признавался, что даже спать не всегда мог, настолько тоска одолевала его. Иной раз говорил, что хотелось все бросить и бежать, через леса и поля к своей паре. А как дело обстоит теперь? Когда такая колоссальная ответственность. И ведь она не будет никуда лезть, лишь бы стать как всегда его помощью, защитой и успокоением. Трезвый рассудок и острый ум нужны князю.