Поймай ветер в поле. Книга 1
Ирина Снегирева
Поймай ветер в поле. Книга 1
Пролог
С чего началось мое взросление?
Не с нежного взгляда, подаренного мне тем, кому нравятся другие.
Не с рождения сестры Лели, ведь это произошло несколько лет назад, и уж ей – то я всегда была очень рада.
Не с твердого моего решения не менять свою изначальную фамилию Хадерсон, пусть бы она и не принадлежала моему родному отцу. Человек, попытавшийся спасти мою маму всеми способами, достоин того, чтобы я не отказывалась от этого дара хотя бы до своего замужества.
Не с мягкого отказа в удочерении князю Радомиру Видару, заменившего мне отца, его-тоя как раз очень люблю и уважаю, и он это чувствует и понимает.
Не с каких – то физиологических процессов, возникающих в определенном возрасте с каждой девочкой. На тот момент мне исполнилось всего лишь двенадцать, и все непознанное было еще впереди.
Моя жизнь круто изменилась с того самого момента, как на нас напали. На нас, это на семейство Видар , проживающего в Белогории, замечательной стране с кристально чистыми озерами, окруженными белоснежными вершинами.
Глава 1. Вкратце обо всем
Несколько лет назад моя мама, Ярослава Хадерсон, вышла замуж за князя оборотней, Радомира Видара, к тому времени уже имеющего двух сыновей Властислава и Ярополка. На тот период старшему княжичу было восемнадцать лет, младшему девять, ну, а мне всего лишь пять, что ничуть не мешало нашей дружбе и привязанности.
Не прошло и года после официального заключения брака между мамой и князем, как в семье появилась Оля, Лелечка, как мы все ласково звали ее. Девочка – одуванчик с пушистыми светлыми волосами и медовыми глазами восхищала всех, включая бабушку и деда из далекой страны Тарсмании. И то, что Леля родилась оборотнем – рысью, как и ее братья и отец, ничуть не отдаляло нас с ней. Я полюбила сестричку, хотя уже знала, что она надолго сохранит свою красоту и молодость, равно как и моя мама, и как братья, а я состарюсь. Обычные люди живут меньше, чем оборотни или те, кто является их парой. Конечно, никто не говорил мне об этом напрямик, но разве человеческие примеры не были у меня перед глазами? Князь, по сути, был старше деда, герцога Алекса, но выглядели они как сын с отцом. И сыном казался оборотень Радомир.
Пролетели одним мгновением беззаботные годы и мой друг по играм и забавам Ярик, выросший и как-то резко возмужавший, все чаще стал проводить время с отцом и старшим братом, а не со мной. И мне оставалось лишь встречать их всех с неизменной улыбкой во время завтрака или ужина. Конечно, я не была бездельницей, бегающей по улице со своими ровесниками или напрасно протирающей штаны во время скачки на лошади, что мне подарил князь. Я прилежно училась как обычным классическим школьным наукам, так и домоводству, включая ознакомление с содержанием и обеспечением такого большого замка, как наш. А мамина подруга и моя няня Марфуша, у которой подрастал сынок Василек, ровесник Леле, даже учила меня печь пироги и варить вкусные щи. Но сейчас Марфа снова было в положении, и наши занятия временно прекратились, да и много других дел вокруг, кроме кухонных.
Все, кто приезжал к нам в замок говорили, что я расту истинной леди, и для меня не составит труда найти жениха. Мама на подобные речи смеялась, отвечая, что еще рано и мне нужно подрасти и очень многому научиться. Князь сразу предупреждал меня, что захочу – выйду замуж, не захочу, значит, они с мамой примут любое мое решение. А Властислав с Ярополком, когда слышали о замужестве для меня, фыркали и шипели, заявляя, что не родился еще тот, за кого они могли бы меня выдать.
Вот так и проходило все мое свободное время, а потому я была весьма рада, когда в один из летних дней от Ярика поступило очень заманчивое предложение:
– Ксюша, как ты смотришь на то, чтобы прокатиться? – спросил княжич как раз в то время, когда я старательно вышивала вороного коня , прикусив язык от усердия.
– А что? Разве ты сегодня свободен? – обрадовалась я, подняв глаза на Ярика, и тут же вскрикнула, уколов себе палец. – Ой!
– Аккуратнее, мелкая, – посмеялся оборотень. Младший княжич теперь был ровно на полторы головы выше, чем я, и ведь он все еще рос!
– Так что там про поездку? – переспросила, ничуть не обидевшись, что меня назвали мелкой. А я и в самом деле была обыкновенной девочкой, совсем не похожей на тех, за которыми теперь сам Ярик гонялся, не говоря уже про тех фигуристых женщин, которых видела с Властиком.
– Собирайся, говорю, пока брат меня отпускает, – усмехнулся Ярик. – Или будешь вышивать?
– Нет! – завертела я головой и тут же воткнула иглу в подушечку, а затем, уже на бегу в собственную комнату, прокричала: – Жди меня внизу, я быстро, только переоденусь!
Я мчалась мимо Властислава, разговаривающего с охранником Данко, мимо горничной, но тут навстречу попалась мама с Лелей и пришлось остановиться.
– Ксюша, – обратилась она ко мне, – ты куда-то собралась?
– Да! С Яриком прокатиться! – я подбежала и поцеловала маму, а затем легонько пощекотала Лелю, которая тут же засмеялась и прижалась ко мне.
– Будьте осторожны! –произнесла мама, тем самым давая разрешение на эту поездку. Она знала, что братьям Видарам можно доверять. – И далеко не уезжайте, пожалуйста.
– Хорошо, – согласилась я. И только собралась было продолжить свой путь, как в мою голову снова пришла мысль. – Когда вернется князь с переговоров?
– Надеюсь, что в течение недели, – грустно вздохнула мама, которая всегда очень переживала расставание с мужем. – Беги, пока Властислав отпускает Ярополка.
– Спасибо! – улыбнулась я своим любимым и отправилась переодеваться.
Князь уехал на какие-то переговоры к оборотням-лисам, а за безопасностью наших владений следил Властислав. Ему было это не в первой и в такие моменты он обязательно брал с собой подрастающего Ярика. И тем радостнее нам было сегодня скакать по полям, быть свободными, словно ветер, кричать, срывая голоса и падать на траву от усталости, наслаждаясь этими мгновениями.
Синее небо, редко плывущие облака, легкий ветерок, волнующий траву, которая от этих движений касается наших голых рук и ступней…. Это ли не счастье?
– Скажи, Яр, – мне в голову пришла очередная мысль, и она требовала немедленной озвучки, – а ты кого-нибудь любишь?
– Люблю, – совершенно серьезно отозвался Ярополк. А я после этих слов перевернулась на живот и с прищуром уставилась на оборотня. – Отца, брата, Лельку, леди Яру.
– А меня? – переспросила я в тот момент, когда поняла, что княжич подозрительно замолчал.
– Куда ж без тебя, мелкая? – рассмеялся Ярик и стукнул травинкой меня по носу. – Пошли купаться.
– А Варюху? – поинтересовалась я, припомнив, что уже в который раз вижу, как эта дочь лавочника отчаянно строит глазки Ярику. Это все началось с того момента, как он согласился сопроводить меня в лавку за цветными карандашами.
– Ты еще мала про такое судить! – с насмешкой заявил Яр и бросил в меня соцветием тысячелистника.
– Ага, значит любишь? А потом поженитесь? – не отставала я со своими расспросами. А что, мне ведь было интересно.
– Ох, и мысли у тебя, Ксюха! – отозвался Ярик и снова бросил в меня плотное соцветие. – Не собираюсь я на ней жениться, даже не выдумывай!
– Ничего себе! Вы с Властиком каждый вечер куда-то уходите, и я даже догадываюсь зачем.
– Что-то твоя голова заполнена все не тем. Может, все-таки купаться?
– А что, я с удовольствием, – тут же подскочив и вырвав пучок травы, я бросила его в Яра. – Догоняй!
Река была рядом, на мне длинная плотная рубашка, так от чего бы этим не воспользоваться?
***
Властислав Видар
Властислав вышел от пожилого управляющего Осипа. Старому оборотню нездоровилось, и он снова жаловался на свои ноги, а потому не смог подняться на доклад в отцовский кабинет. Княжич подошел к окну и задумался. Можно было давно освободить старого оборотня от всех замковых дел и найти кого-нибудь порасторопнее и помоложе, но сам Осип просил этого не делать. И леди Яра как могла, помогала ему, постепенно взваливая все заботы на свои хрупкие плечи. Отцу не нравилось, что она всегда была занята, то преподавала, то занималась с Лелей (а ведь для сестрички все-таки нашли няньку, пусть и на половину дня), а теперь еще решила и поддерживать Осипа, перенимая у него какие-то навыки… Но ведь она леди! Она добивалась всего, в чем видела толк для себя и семьи, и это качество очень нравилось отцу, да и самому Властиславу тоже.