Я – Легенда 2: геном хищника (СИ)

Я сначала подумал, что геном переживает, что нам ничего не достанется. И что пора менять команду, за которую мы болеем. Но различил те самые нотки, которые кричали только об опасности. Замер, прислушиваясь. Попкорна-то у меня не было, чтобы хрустеть за оба уха, но, признаюсь, фокус внимания был на лесопилке.
А вот теперь развернулся, полностью спрятавшись за пнем, и осмотрелся. Уже совсем тёмный лес. Ночное светило выходить не торопилось, заблудившись где-то в облаках. Прожекторы уже не отсвечивали. Так что деревья вокруг практически тонули во мраке. Постепенно что-то начало проясняться, но на том дурацком уровне, когда в ночном лесу каждая тень кажется не тем, что она есть на самом деле. Безобидные ветки превращаются в скрюченные руки, редкие кусты обретают очень даже конкретные плечистые силуэты, а каждый шорох лишь усиливает это впечатление.
  
— Бр-р, — я потряс головой, притупляя разыгравшееся воображение.
Но всё равно прицелился в тёмную кочку, неожиданно увеличившуюся в размерах. Чуйка молчала, но как-то странно. В духе: всё, что я могла сделать, я уже сделала. Присмотрелся к кочке, заметив лёгкое движение на верхушке — фигня, может, там и листик колышется. Вторым глазом сканировал округу, толком ничего не видел, но был готов среагировать на любое движение.
И оно произошло. Только не оттуда, откуда я ждал. Ещё и с некоторым рассинхроном. Левый глаз едва заметил небольшой чёрный комочек, а правый — тот, что в оптике, разглядел жуткую сморщенную морду, занявшую почти весь прицел. Ещё и по лицу неприятная щекотка прошла, будто шёл по лесу и зацепил паутину.
Отдельные куски сложились в целую картину — толстый, гадкий паук спрыгнул с ближайшего дерева прямо на винтовку. Он скалился в прицеле перед правым глазом, уже выпустив что-то зелёное из жвал. А левый в периферическом зрении уже видел, как с веток падают новые комочки. Та самая странная кочка тоже сдвинулась, верхушка скатилась с неё буквально волной, вмиг разбившись на пару десятков пауков.
— Мужики, я к вам… — только и буркнул я, стряхивая паука с прицела и перескакивая через пень.
Через несколько ударов сердца и всего пару вдохов я уже жался к стене лесопилки. Меня никто не догнал и вроде бы даже не коснулся, но ощущения были такие, будто я несколько раз влетел в липкую паутину. Желание отряхнуться и посрывать с себя всё на свете глушилось только потому, что я слышал за стеной тяжёлое дыхание и скрип половиц. Монстр был внутри — крался в абсолютно тёмном доме в поисках оставшихся жертв. Их я тоже слышал, но с другой стороны дома. Обрывистое сопение, будто астматик пытается задержать дыхание. Шорохи и нервные попытки покрепче сжать оружие липкими и потными от страха пальцами.
В общем, кошки-мышки продолжаются. И с близкого расстояния я уже не мог с уверенностью сказать, кто здесь кошка. Монстр или седой. В отличие от его банды он сейчас светился чуть ли не раскалённым металлом. Чуть ли не шипел, от переполнявшей его мощи. Я учуял сильный незнакомый запах, доносившейся из лаборатории. Что-то он такое себе успел сварить, пока остальные сектанты отвлекали монстра.
Может, у меня опять воображение разыгралось, но, кажется, они оба одновременно посмотрели в мою сторону. Через несколько стен. Один откуда-то со второго этажа, а второй из сарая с пилой, которая всё ещё тарахтела. Я лишь виновато пожал плечами, типа судьба-злодейка вынудила, сам бы я к вам не пришёл.
Мысленные гляделки оборвались довольно резко. Выстрелом и криком одного из фриков. Я почувствовал запах свежей крови. Чуть более свежей, чем вся остальная, которой по моим ощущениям здесь уже весь дом пропитался. Я сбросил с себя наваждение, а вместе с ним почувствовал, как геном выставил защиту.
Я перестал чувствовать монстра и седого, но понял, что и они потеряли меня. Единственное, я не понял саму механику процесса. Это вокруг меня образовался некий защитный кокон, который перекрыл чуйку в обе стороны? Или наши ауры объединились, закрыв нас общим куполом? Я знал, что на самом деле они никуда не исчезли. Чувствовал, что они рядом, но конкретные координаты исчезли, будто природа уравняла наши шансы.
Скорее всего, седой с монстром уже бродили в неизвестности, а моё появление на краткий миг приоткрыло завесу, представив нового участника. Потому что за пару секунд до выстрела, я различил шёпот седого: он наверху.
Радовало другое — то, что к нам не стали приближаться пауки. На мгновение выглянула луна, осветив поляну с вырубленными деревьями, и я заметил несколько мелких уродцев — из той самой породы, что прикончил фрика на дороге. Топтались на пеньке, вытянувшись в сторону лесопилки.
Ага, вот что значит круговорот хищников в природе! Теперь им только попкорна не хватает.
Надо было что-то решать. У нас здесь классическая мексиканская дуэль намечается. Фриков я не считаю — только, что ещё один хрюкнулся, встретившись с монстром. Нам на троих соображать нужно. Мы, считай, в кружок встали и друг на дружку стволы направили. Кто первый выстрелит, тот вторым и умрёт. А победителем выйдет последний.
Я улыбнулся. У меня здесь обдолбанный мутагенами наркоман и гибрид медведя с тигром, а я про какие-то патовые ситуации размышляю.
Выдохнул, полностью успокоив дыхание после бега. Проверил, как быстро и легко могу выхватить револьвер или нож. И начал тихонько красться вдоль стены, обходя здание. Может, показалось, но пауки зашуршали как-то даже торжественно. Типа давай, мы на тебя поставили!
Остановился под небольшим окошком, прислушался, а потом заглянул внутрь. Небольшая пустая комната, заваленная одеялами. Ночлежка фриков с кучей мусора и таким ядрёным запахом, что он даже кровь перебивал. А её было много. Как минимум два сектанта здесь пытались спрятаться от монстра. У одного даже двустволка была, но и в темноте было видно, что её переломили. Но не для того, чтобы перезарядить, а в обратном направлении. Это интересно, лапой или клыками?
Уточнять не полез, двинулся дальше. Услышал в глубине дома рычание, быстро сменившееся на чавканье. Тот, кто попался, даже пискнуть не успел. Я прислушался к ощущениям — теперь нас точно осталось трое. Проскользнул дальше, нашёл ещё одно окно, через которое открылась ещё более жуткая картина. Помимо поломанных сектантов, ещё и дверь выбита, а в стене две характерных отверстия от дроби с очень близкого расстояния. В глубине темно, вроде бы тень замерла. Шелохнулась и взвинтила мне дозу адреналина, обернувшись на меня и зыркнув одним красным глазом. Я тут же отскочил от стены, вскидывая своё «весло», но внутри уже никого не было.
Всегда ли у зверя был один глаз, или его уже в доме подранили, я не знал. Но то, что правого глаза у него не было — это факт, который надо учитывать. Я прошёл мимо основного дома, приблизившись к сараю. Внутри гремела пила, а чуть дальше тарахтел генератор. Добравшись до дыры в стене, разглядел то, что осталось от сектанта, который так и не вылез. Размер когтей впечатлил, у меня в ноже столько длины лезвия не будет.
Долго стоял, всматриваясь, вслушиваясь и тренируя чуйку. Уже даже пауки поближе подобрались. И не поймёшь, намекают, чтобы я не передумал, или теперь здесь будут первые ряды? Без каких-либо проблем я протиснулся внутрь и тут же пригнувшись, проскочил к низкой, но широкой ленте, на которой лежало толстое бревно. Впереди, не доставая до него, крутился диск пилы. Сбоку лежали брёвна-заготовки и сразу два мёртвых сектанта. Я уткнулся спиной и присел, вглядываясь в проход.
Скорее почувствовал, а не услышал за спиной чьё-то присутствие. А потом и хриплый, возбуждённый голос, старающийся не орать, но перебить грохот оборудования.
  
— Слушай. Я не знаю, кто ты и какого хрена тебе надо. Но поодиночке мы его не завалим. Это гребаный ши-тау и он обожрался наших усилителей.
 Глава 12 
То, что это ши-тау — это прекрасно. То, что обожрался — уже хуже. Я не стал отвечать сектанту, пока просто пытаясь понять, где он находится. Кажется, сидит ровно так же, как и я, прямо с другой стороны ленты.