Влюбись в меня себе назло (СИ)

Слегка растерявшись, я не нашла подходящих слов, чтобы уколоть Крысу. А когда пришла в себя, он уже скрылся в подъезде.
- Почему этот парень сердится на тебя?! - не на шутку удивился Рич. - Кажется, это Крылосов из одиннадцатого углубленного!.. Какое он имеет к тебе, Женя, отношение?
- Никакого! - процедила сквозь зубы я. - Кроме того, что мы с ним с сегодняшнего дня в паре танцуем в звёздной феерии хореографа из края. И это ничегошеньки не значит! Он ко всем так цепляется, не обращай внимания! Потому что сам по себе грубый и невоспитанный!
- Никогда не замечал! И ни от кого не слышал такого о нём, - недоумённо протянул Рич. - Спасибо, что предупредила. В следующий раз не позволю ему тебе грубить, хотя его уважаю... Но теперь я - твой защитник!
Хотелось крикнуть: "Ни в коем случае!" Ещё не хватало добродушного, доверчивого Лакмана втянуть в драку с Крысой! Да тот свалит его с ног одним толчком, хотя ниже на полголовы. Допустить этого никак нельзя! И мне пришлось изворачиваться, противоречить сказанному самой же.
- Знаешь, - залепетала виновато, - я это загнула о постоянной грубости Крылосова. Всё не так! У него, наверное, сегодня нет настроения. У всех ведь так бывает. Может, девчонка бросила или в семье нелады, или танцевать хотел с другой... Да, мало ли, что может быть! А так он вежливый вполне, здоровается со мной.
- Понятно, - протянул миролюбиво Рич. - У всех бывает муторно на душе - срываешься на ком-нибудь без причины.
 Глава  X V 
Не успела я подняться к себе в комнату, плелась еще по лестнице после радостных объятий няшек - чуть мои сладкие мармеладки, соскучившись, не задушили меня - как позвонила Дашка. Оказалось, её отец опять перепил и забуянил.
- Можно, я у тебя переночую? - жалобно попросила. - Мама с сестрёнкой и братом ушли к соседям, мне же там спать негде.
- Конечно, подружка, - согласилась охотно. - За тобой приехать? Папа Дима дома. Я его попрошу.
- Не надо, я уже у ваших ворот, - печально ответила Даша. - Ждала за углом, когда вы попрощаетесь с Ричем и он уйдёт.
- Я сейчас спущусь и открою тебе! - крикнула в трубку и, мигом скатившись с лестницы, бросилась к двери, успев по пути крикнуть маме, разогревающей нам с Никитой еду на кухне - оказалось, он вернулся другой дорогой вперёд меня: - К нам Дашка пришла с ночёвкой!
Мама нисколько не удивилась. Уже не в первый раз моя подруга приходит поздно ночью к нам переночевать в случае запоя отца.
- Он не всегда был таким, - поведала мне Даша однажды, - после того, как остался без ноги, резко изменился. А до этого был весельчак и шутник. Маму и нас с сестрой прямо обожал, братика тогда ещё не было. И не пил совсем, а теперь постоянно срывается.
Дашин отец в молодости работал пожарным. Много лет назад в одной из девятиэтажек в центре нашего города случился пожар, который охватил почти весь дом. Он был среди тех, кто вытаскивал из огня людей. В какой-то квартире неожиданно произошёл взрыв, хотя электричество было отключено. Говорят, что хозяин держал в ванной японскую газовую водонагревалку. Дашкин отец вместе со своим сослуживцем и одним из спасателей ГО и ЧС попали под завал. Только ему удалось остаться живым, двое других погибли. Но ноги он лишился, хирурги не смогли ничего сделать.
С тех пор в Дашиной семье всё пошло наперекосяк. Несмотря на то, что её мать очень любила мужа, даже родила ему сына вскоре после этой трагедии, поддерживала его и помогала, он всё равно обозлился на всех и вся, можно сказать, ожесточился на весь свет.
Администрация города тоже не оставила семью без поддержки. Выделена была Нахимовым трёхкомнатная квартира в новом доме, мебель была куплена за счёт спонсоров. Направили отца на учёбу в краевой центр. Он выучился на сапожника. Наградили его государственной медалью "За отвагу на пожаре". Много о нём писалось в местной газете и краевой.
Сначала, как рассказывала Дашка, отец смирился с инвалидностью и попытался строить свою жизнь, согласно обстоятельствам. Его даже назначили заведовать мастерской, он выучился бухгалтерии в техникуме. А потом словно с катушек слетел: плевать ему стало на семью и на всех, пристрастился к алкоголю.
 
Иногда думаю, какая же я всё-таки счастливая: у меня есть прекрасных два отца, не пьющих, не агрессивных, без приступов ярости, любящих и заботливых. Они по-разному относятся ко мне. Папа Дима - как к части себя самого, по его представлению, я должна быть всегда рядом, под его крылом, он заклюёт любого, обидевшего меня, но при этом видит мою душу и мысли насквозь, знает, когда хитрю или когда меня мучают переживания.
Для папы Кости я - большая его обязанность и долг перед собственным родом, поскольку я - главная ветвь Лапушкиных от семейного дерева или древа, как он говорит. Больше своих детей, как я знаю, у него нет, а сестра его продолжает другой род - французского семейства. Папа Костя не столь мне близок, при нём я - почти на полной свободе, в его доме меня мало замечают. Однако он бросится мне на помощь, если я позову.
Хотя позову я, скорее всего, в первую очередь папу Диму.
После ужина мы с Дашкой забрались ко мне в комнату. Сели по углам доделывать домашку. Я не заводила никаких разговоров, видела, подруге не до них. Она нервничала, в ней билось беспокойство. По опыту знала, что подружка успокоится лишь после звонка матери, которая сообщит, что отец уснул. Невольно я тоже этого ждала, наконец, мать ей позвонила, и Даша облегчённо вздохнула.
- Мама сходила в нашу квартиру, отец затих, спит... Знаешь, он может что-нибудь с собой сделать! - произнесла с несчастным видом.
Я невольно хмыкнула про себя: как же, не дождётесь! Сколько раз уже грозился, что покончит с собой, пугая семью - жив-живёхонек до сих пор и выпивать не перестал! Ему нравится повергать в ужас близких.
Мне так хотелось сказать подруге, что лучше бы он сгинул, провалился куда-нибудь, ведь мучает и издевается над семьёй. Соседям с ним тоже несладко живётся: вечные от него крики и скандалы! И куда полиция смотрит? Почему мер не принимает?
Тем не менее смолчала. Моё возмущение не принесло бы облегчения подруге, наоборот, она бы ещё больше расстроилась. Расплакалась бы и стала вспоминать те времена, когда отец был хорошим.
Ну, почему так всё несправедливо получается! Отчего слабости одолевают людьми наперекор разуму? И какого чёрта никто не вмешается в семью Нахимовых и не тряханёт главу семьи так, чтобы мозги встали у него на место!
Понимаю, печально и неприятно остаться без ноги, но ты же живёшь, не в могиле лежишь! Что ж ты духом пал, расквасился и гадишь жизнь тем, кто тебя любит! Некоторых вовсе никто не любит, у них нет опоры, никто им не помогает, но они сами выкарабкиваются из беды и переносят несчастья достойно и стойко. Ещё и добиваются успехов. Я где-то читала, что одним из лауреатов Нобелевской премии стал английский учёный, кажется физик, который был практически парализован в двадцать лет, у него двигались лишь пальцы одной руки.
Выполнив уроки, мы легли спать. Пошёл уже двенадцатый час ночи, но нам обеим вдруг захотелось посекретничать. Я рассказала о разговоре с Ричем, а вот о болтовне с Крылосовым промолчала: мне почему-то она показалась слишком личной, да и чувства я тогда испытывала какие-то странные, непонятно-волнующие.
Не влюбилась же я в него? Это же Крыса! Мой враг номер один с детства! Прежде чем с подругой делиться о беседе с ним, следует во всём разобраться самой.
Дашка одобрила моё решение не отталкивать от себя Лакмана.
- Ничего страшного не случится, если он с тобой будет дружить, - глубокомысленно рассудила она. - Может, и правда к тебе чувства к нему придут в общении, бывает же такое. Он красивый и не дурак. А главное - не грубый, спокойный, очень покладистый, - и грустно вздохнула. - Я бы за такого вышла замуж. Мне всё равно не заполучить твоего брата. Понимаю, я для него слишком крупная, уже сейчас во мне метр семьдесят пять, а через год что будет - наверняка в мать и отца стану каланчой.