Влюбись в меня себе назло (СИ)
Походный наш вояж получился выше всяческих похвал. Мы нехило оттянулись. Жарили шашлыки, пекли картошку, пели песни, лазили по пищащим камням и кричали во всё горло, вызывая эхо. Словом, гульбище или пикник вышел на славу.
Когда бродили по камням, папа Дима заметил:
- Подростком я вон между тех скальных камней загадывал тайные желания, - и указал на каменистые громадины, высившиеся неподалеку от берега. - Странно, но желания сбывались!
- Но скалы в воде. Как же ты до них добирался? - недоверчиво спросили Юляшик с Анечкой.
- Во время отлива к скалам можно пройти, - пояснил отец. - Они оказываются почти на суше.
Глава VIII
Следующим утром, в понедельник, мы с Дашей встретились на обычном нашем месте на полчаса раньше. Об этом сговорились с ней вчера. Никита после возвращения с бухты ушёл к своей бабушке со стороны мамы, Екатерины второй, с ночёвкой. Так что в школу сегодня я пошла одна. Встретившись, мы по дороге в школу заглянули в один из дворов и уселись на детские качели. Чуть покачиваясь, принялись секретничать.
Я рассказала подруге гораздо больше, чем брату. В красках описала, как потешался надо мной Крыса и что я ему ответила.
- Он в тебя влюблён! - неожиданно заявила Дашка. - Я давно это подозревала.
- Да, ты что! - искренне поразилась я. - Наверное, я тебе неправильно всё рассказала, если ты такой вывод сделала. Он меня терпеть не может, на дух не переносит! И я его взаимно! Хамит мне, оскорбляет!.. Бесючий раздражитель, одним словом. А ты говоришь о любви! Где тут любовь, скажи?
- Хорошо, хорошо, - миролюбиво сдалась подруга. - Может, мне только показалось. Извини, в жизни всякое бывает!
- Ладно, проехали! Поверь, уж любви такого человека, как Крыса, мне не нужно!
- А потрясно бы было, - хихикнула Даша, тряхнув своей белёсой чёлкой. - Самоуверенный гордец, отвергший многих девчонок, дерзкий и неуязвимый Крылосов, вдруг будет по тебе страдать, начнёт ходить за тобой как хвостик и глаз не сводить. Крепкий орешек расколется...
- Такого мне не вынести, легче задушиться, - рассмеялась я и перевела разговор на поиск кандидата на роль моего парня.
Мы всех знакомых юношей перебрали и обсудили, решили остановиться на Риче. Сначала следует провести разведку. Ведь близко я видела его давно, может, два года назад, и то на сцене - в гриме и наряде принца. Позже, когда наталкивалась на него, больно-то не рассматривала. Заметила лишь, что ходит в очках. А разговаривать не приходилось ни разу. Как оказалось, и Дашка плохо знает его.
Разведывательную операцию, так сказать, мы решили провести на большой перемене. Секретных агентов по части изучения личностей у нас, само собой, нет. Пожалуй, в список можно было бы внести Никиту, но он, что было в его силах, уже доложил. Его следующая миссия будет заключаться в налаживании контактов между мной и Ричем, если он нас с Дашкой, ой, ошиблась, если меня - именно меня - устроит.
Как только прозвенел звонок на большую перемену, мы с подругой бегом ринулись в кабинет, где занимался класс Никиты - десятый углубленный. С братом я уже всё согласовала по сотовому телефону. Он должен был подойти к парте Лакмана, чтобы я его быстрее нашла, не блуждала бы глазами по всему классу.
Прямо с порога я увидела Никиту, он стоял у ближнего к окнам ряда. Заговорщически улыбнувшись, показал мне глазами на сидящего за партой перед ним парня в очках, увлечённо беседующего с какой-то симпатичной девчонкой. В этом классе все выглядели нарядно и одинаково: парни - в костюмах и светлых рубашках с галстуком, девушки - в синих сарафанах или юбках с жилетами и белых кофточках. Я медленно двинулась к Никите, не отрывая глаз от Лакмана. Даша осталась у дверей.
То, что я увидела, мне понравилось. Светлые кудрявые волосы были подстрижены в аккуратную шапочку. Тёмно-серый костюм на Риче сидел хорошо, не висел, как на вешалке, получается, не такой он уж тощий, обычный худощавый парень. Не портили и очки, наоборот, придавали его красивому лицу интеллигентности и мужественности.
- Ты забыла дома свои записи, я захватил их, - отвлёк меня от нелепого разглядывания парня Никита. - И протянул листок бумаги - такова была договорённость.
- Спасибо, - произнесла я, не отрывая глаз от красивых светлых кудрей, так похожих на есенинские.
Взяла бумажку и легонько кивнула брату, показывая, что кандидатуру одобряю. Он широко открыл глаза и почесал затылок, из чего следовало - всё понял, дай соображу, как действовать!
Но ситуация сложилась для нас не очень благоприятная.
Рич Лакман всецело увлечён был соседкой и на меня абсолютно не обращал внимания. Та взахлёб рассказывала ему о какой-то колхозной доктрине и десяти правилах, которыми должны руководствоваться программисты. Для меня тёмный лес - программистская мудрость, а для Рича, похоже, любимая область, он с интересом слушал одноклассницу. Мне ничего не оставалось, как уйти.
Выйдя в коридор, я послала эсэмэску Никите, и мы договорились встретиться на следующей перемене. Он пообещал отвлечь "объект" от любых притязаний со стороны. Нам на руку было ещё то, что кабинет, куда класс Никиты должен перебраться на следующий урок, находится рядом с нашим.
За пять минут до перемены я попросилась у Людмилы Павловны выйти, другая учительница бы не отпустила, но Милочка в этом никому не отказывает: а вдруг да кто-нибудь напрудит в штаны! Такое бывало уже в нашей школе.
За пять минут я успела подкрасить ресницы и губы в туалете, внимательно оглядеть свой прикид. Он сегодня был почти как у "углубленников". Салатовая шёлковая кофточка и короткая тёмно-зелёная юбка-карандаш делали меня стройной, женственной и необыкновенно зеленоглазой.
С бьющимся сердцем остановилась у лестницы, ожидая появления класса Никиты со второго этажа. Собственно говоря, я не сомневалась в своём везении: оно всегда меня выручало в трудный момент, только нужно не растерять свой воинственный пыл и справиться с волнением и страхом.
После звонка из всех кабинетов посыпались ребята. Вот, наконец, показалась на лестнице группа десятиклассников, в которой я заметила брата. Он шёл с Ричем. Увидев меня, приостановился, задержав за рукав Лакмана.
- Познакомься, Рич, это моя сестра, - произнёс излишне торжественно.
- Женя, - протянула я Лакману руку и посмотрела прямо в глаза.
Но за блеском очков я выражение их не увидела. Парень несколько мгновений медлил и не сразу пожал мою ладонь. Рукопожатие его было поспешным и вялым. К тому же он не назвал себя: то ли растерялся, то ли посчитал необязательным. Скорее последнее. Мне стало понятно: следует действовать и напористо, и деликатно одновременно, иначе не проймёшь его. Добавив бархатистых ноток в голос, мягко произнесла:
- Вас зовут Ричард? Я помню, вы играли принца!
- Я давно его не играю, - равнодушно буркнул "кандидат" в мои женихи.
И тогда, разозлившись на его неучтивость, я произнесла с вызовом:
- Можно и не играть принца, но оставаться им внутри!
Мой объект для завлекания невозмутимо снял очки, достал из кармана брюк платочек. Протирая стёкла, принялся беззастенчиво разглядывать меня. Я уже хотела было признать проигрыш и ретироваться, как вдруг в коридоре, вдалеке, заметила Крысу. Ну, уж нет, я не сдамся, мне по силам увлечь этого глупого бесчувственного мальчишку.
И я запустила моё главное оружие - улыбку. Оно у меня, небезызвестно, заряжено чарующими ямочками. Я завораживающе улыбнулась, посмотрев парню прямо в глаза, которые оказались, кстати, серо-голубыми с длинными тёмными ресницами. Оружие сработало прекрасно, выстрел оказался метким, снаряд ударил точно в цель. К тому же колдовская мощь его была такова, что парень, до этого не проявляющий ко мне никакого интереса, оторопел. Изумлённо захлопав ресницами, уставился на меня в растерянности. В глазах мелькнуло восхищение.
Я тоже несколько мгновений не отрывала от него взгляда, пока не решила, хватит пялиться на него, можно перестараться, на первый раз достаточно. Интерес к себе у него вызвала. Надо сматываться. Ещё раз улыбнулась, но уже не Ричарду, а своему брату, и не так лучезарно и обольстительно, сказала: "Пока, Никита, после уроков увидимся!" И побежала к своему классу.