Три богатыря 5 (СИ)

Впрочем, несмотря на гнетущую атмосферу, Муром понял, что имеет ввиду Алеша.
— Горыныч играет в свою игру, — негромко отозвался Муром, крепко сжимая Огненный меч.
Клинок был всего лишь редкого класса и уступал по многим параметрам другим мечам, но зато имел огненный урон и пятипроцентный шанс испепелить противника.
Илья, как и Алёша, не спускал глаз со своей стороны тропы, но был в отличие от друга более расслаблен.
  
Во-первых, кристалл выступал в данный момент в роли радара, подсвечивая всех разумных в радиусе версты, а во-вторых, Муром откуда-то знал, что пока они с Алешей не дойдут до конца тропы, на них никто не нападет.
— И что у него за игра? — нужды в поддержании беседы не было, но Алешу это ни капельки не смущало.
— Ты же лучше меня все понял, — нахмурился Муром, осторожно двигаясь по тропе.
— Ну а левая и правая? — не сдавался Алеша. — Их зачем надо было вырубать?
— Да кто ж его знает, какие между ними договоренности? — удивился Муром. — Зуб даю, Горыныч живет по принципу, меньше знаешь, крепче спишь. Может у них раздельное хранение информации? Каждая голова отвечает за что-то свое?
— Возможно, — согласился Алеша. — А что думаешь, насчет доспеха, который он тебе подогнал?
— А это, как я понимаю, его инвестиция в успешное выполнение его личного задания, — хмыкнул Муром. — Вот только, я очень сомневаюсь, что базовая версия его доспеха лучше моей текущей броньки.
— Так сравни. Делов-то — сжал кристалл, и готово!
— Пробовал уже, — покачал головой Муром. — Не выходит. Скрыто, и все тут.
— Да уж, — протянул Алеша, не зная, о чем ещё поговорить. — Что думаешь насчет этой тропы?
— А что тут думать? Зуб даю, нас там ждут.
— Не разделяю твой оптимизм, — проворчал Алеша, который с каждым шагом испытывал непонятную тревогу и растущее желание докопаться до друга. — Зачем откладывать на потом то, что можно сделать прямо сейчас?
— На засаду намекаешь? — сообразил Муром.
— Дошло наконец, — скривился Алеша.
— Ты на меня бочку не кати, Алеш, — миролюбиво посоветовал Муром, — Я же знаю, что, когда тебя что-то беспокоит, ты постоянно срываешься на окружающих. Мне тоже страшно.
— Страшно? — тут же взвился Алеша, — это ты меня трусом сейчас назвал⁈
— Что-то ты совсем не свой, — нахмурился Муром. — Обычно ты… более сдержан.
— Ррррр! — согласно рыкнул Топтыгин и ткнулся своей полыхающей огнем башкой эльфу в бок.
— Да отстань ты! — отмахнулся от фамильяра Алеша. — И не надо тут меня жизни учить!
— Что-то тут нечисто, — Муром замедлил шаг. — Ты какой-то слишком раздаржительный, Алеш.
— Нормальный я! — буркнул Алеша.
Он и сам понимал, что перебарщивает, но ничего не мог с собой поделать.
Тревога и страх захлестывали его с головой, и ему жутко хотелось как-то выплеснуть этот неприятный коктейль из пожирающих его изнутри эмоций.
Алеша жаждал боя.
— Так, — принялся вслух рассуждать Мур, — возможно, это действие какой-то ауры… Но почему не действует на меня и Топтыгина?
Илья задумчиво покосился на огненного медведя, но тот в ответ лишь пожал плечами.
— Может быть, огонь? — предположил Муром, окончательно останавливаясь. — Слушай, Алеш, выпей зелье ментальной защиты?
— Вот ещё! — эльф не только не замедлил шаг, вслед за Муромом, но, наоборот, ускорился. — Без сопливых солнце светит!
— Точно аура, — вздохнул Муром, глядя в спину друга. — Топтыгин, помоги-ка…
Огненный медведь послушно рыкнул и, в два прыжка догнав своего хозяина повалил его на землю.
— Ты чего творишь, животное⁈ — возмутился Алеша. — А ну живо слез с меня!
— Сейчас слезет, — прогудел Муром, подходя к друг и опускаясь на колени. — Только выпей для начала эту склянку…
— Отравить меня вздумали! — прищурился Алеша, всеми силами пытаясь высвободиться из стальной хватки Топтыгина. — Ух я вас сейчас! Я ж вас…Кха-кха-кха!
Муром хладнокровно дождался, когда Алеша наберет в легкие новую порцию воздуха, чтобы продолжить ругаться, и ловко влил ему в рот зелье.
Алеша закашлялся, но в следующую минуту его взгляд прояснился, и он скривился так, будто откусил пол-лимона.
— Все-все, я в порядке…
— Точно? — не поверил Муром.
— Да точно-точно, — поморщился Алеша. — Топтыгин, слезь с меня.
— Рррра?
— Да в норме я, кому говорят!
— Слезь с него, — кивнул Муром, не спуская с друга напряженного взгляда. — Опиши свои ощущения, Алёш.
Стоило Топтыгину ослабить хватку, как эльф тут же оказался на ногах.
— Сейчас будто вату в уши напихали, — поморщился Алеша. — Шёпот слышу дурацкий. Что-то бормочет, типа: «Ты боишься», «Тебя сейчас убьют», «Бей, беги, убивай»…
— Точно ментальное воздействие, — кивнул Муром. — Зуб даю, чем дальше пойдем по тропинке, тем сильнее будет эффект.
— Сейчас проверим, — решительно произнес Алеша и пошёл вперед по дороге. — С каждым шагом голоса все громче!
— Может выпить ещё одно зелье? — предложил Муром.
— Не поможет, — заявил Алеша. — Вот что, Муром, вяжите меня. Да хорошенько!
— Уверен?
— На все сто. Иначе быть беде.
— Ну как скажешь…
Муром не пожалел на друга высокопрочного эльфийского каната, а под конец ещё и обмотал Алешу золотой цепью Горыныча.
Причем, хоть последнее было и необязательно, его как будто что-то под руку толкнуло. Надо и всё.
— Вот, что, братцы, — проворчал связанный по рукам и ногам Алеша. — Если буду на вас ругаться всякими нехорошими словами, вы на меня не серчайте, лады?
— Лады, — с тяжестью на сердце согласился Муром, закидывая друга на Топтыгина и фиксируя огнеупорным тросом. — Ты, главное, до выхода продержись, брат.
— А если там заслон?
— Ему же хуже, — Муром недобро улыбнулся и хлопнул Топтыгина по плечу. — Погнали!
И они погнали.
Через десять шагов Алеша начал вырываться, через двадцать — сквернословить, через тридцать попытался укусить своего фамильяра за загривок.
Муром с Топтыгиным, не сговариваясь ускорили шаг, и спустя минуту мчались по дороге что было духу — несмотря на то, что Алеша был связан, находиться рядом с ним было… неуютно.
Увы, но тропе не было конца и края. Более того, чем глубже в чащобу углублялись богатыри, тем мрачнее становился лес.
Но уже не просто нависал, но, казалось, выпивал жизненные силы путников.
Муром уже всерьез задумался о том, чтобы не пожалеть взятых с собой зелий и свитков, и устроить здесь небольшой пожар, как внезапно лес кончился, а ему на смену пришла… опушка.
Мгновенно отступила тяжесть, которая все это время давила на плечи, исчезло чувство тревоги и, что самое главное, перестал буянить Алеша.
— Ты как, брат? — прогудел Муром, не спуская глаз с девяти переплетенных между собой дубов, которые величественно возвышались над опушкой с противоположной стороны.
Судя по их размеру, их возраст исчислялся столетиями.
— Норма, — прохрипел Алеша, — вот только я бы на твоем месте не торопился меня развязывать.
— Это ещё почему? — Муром внимательно смотрел на сросшиеся ветви дубов, но как он ни старался не мог понять, кто же там скрывается.
— Да что-то тлеет на краю сознания, — неохотно протянул Алеша. — Будто засада или ловушка чья-то. Да и опушка эта… Слишком уж разительный контраст.
— Жаль… — обронил Муром, меняя меч на булаву. — Что-то мне подсказывает, что твой лук бы здесь ой как пригодился.
— Ну его к черту! — сплюнул эльф. — Береженного и Бог бережет.
— Ладно, я на разведку, — Муром покосился на Топтыгина и понизил голос. — Будет возможность, прорывайтесь вперёд. А я догоню.
Топтыгин что-то недовольно рыкнул, но спорить с богатырем не стал. В отличие от Алеши.
  
— Ты эту ерунду бросай, Илюш, — поморщился Алеша. — Никаких догоню потом. Вместе пришли, вместе и уйдет. Что до разведки, я бы на твоем месте на эту полянку не выходил.
— Я бы тоже, — вздохнул Муром. — Но другого пути нет.
И он, не дожидаясь ответа друга, шагнул вперед.