Три богатыря 5 (СИ)

Ставку на простых смертных.
  
Глава 2
 
— Ну что, Муром, как в старые добрые? — улыбнулся Алеша, шагая по широкой дороге.
Как только Плехан получил от Мурома добро на экспансию в сторону Свободных земель, он немедленно развил в этом направлении бурную деятельность.
Прокладывались широкие дороги — такие, чтобы могли разъехаться минимум четыре телеги, осуществлялась разметка, ставились придорожные трактиры.
  
Трактиры, правда, использовались пока что не по назначению, а для размещения гарнизонов, но никто не возмущался.
У всех перед глазами был пример тракта Сибурск-Алдоил, и народ понимал, что все эти нововведения — разметка, трактиры, мощенная камнем дорога — это намерение.
Намерение клана Три богатыря обосноваться в Свободных землях всерьез и надолго.
— Как в старые добрые, — отозвался Муром, не забывая крутить головой по сторонам. — Добрыни только не хватает.
Места были разведанные и, можно сказать, безопасные, но береженного и Бог бережет.
— Сколько нам до чащобы в этих чудо-сапогах? — Алеша, прищурившись, посмотрел вдаль. — Часа два-три?
— Примерно так, — подтвердил Илья.
Чудо-сапоги выдал Иван Иваныч под роспись, с непременным условием вернуть в казну клана. Назывались они сапоги-скороходы и давали +50% к скорости движения.
Топтыгину такой обновки не досталось, и медведь был вынужден бежать за богатырями.
Ну а чащобой называли дремучий лес, который разделял условно безопасные территории Свободных земель от по-настоящему опасного края.
Сколько бы разведчиков ни отправлял мэр Плехан все они твердили одно:
Через чащобу не пройти. Есть лишь одна дорога, но и её защищает невидимая преграда.
В принципе, клану и городу с лихвой хватало места и на разведанных территориях Свободных земель, но богатыри точно знали — их путь лежит через чащобу.
— Как думаешь, — протянул Муром, не сбавляя шага. — Что за испытание там будет?
— А чего гадать-то? —лениво отозвался Алеша. — Придем — узнаем. А сейчас, Муром, прости, у меня куча писем, которые нужно успеть прочить, а на некоторые даже ответить. Тебе, кстати, тоже не помешает.
— Я все свои дела уже сделал, — усмехнулся Муром. — Все вопросы либо решены, либо поставленны на контроль Иван Иванычу.
— Даже кольчуга? — не поверил Алеша.
— Какая кольчуга? — не понял Муром. — А-а-а, кольчуга… Которую Горыныч обещал? Из чешуи дракона?
— Она самая, — кивнул Алеша. — Если мне не изменяет память, разговор шёл о трех днях…
— Ты-то откуда знаешь? — удивился Муром.
— У меня свои источники, — уклончиво отозвался Алеша. — Ну так что с кольчугой-то?
— Да пока ничего, — Муром пожал плечами. — Не так-то все просто оказалось. Чешую-то Горыныч, как и обещал, за три дня доставил, но шибко крепкая она оказалась, никак ковке не поддается.
— Серьезно?
— Абсолютно, — подтвердил Муром. — Кузнецы что могли сделали, но окончательная спайка никак не идет. Даже Викуло выкроил денёк в своем плотном графике и заглянул в кузню к Дамиру, и все равно бестолку.
— Даже так? — Алеша покачал головой. — А Топтыгин помогал?
— А то как же! — Муром бросил на бегущего рядом огненного медведя благодарный взгляд. — Но жара все равно не хватило.
— Ого… — Алеша с сомнением посмотрел на своего фамильяра. — Уж если Истинного пламени оказалось недостаточно, тогда я не знаю…
— Вот и я не знаю, — Муром развел руками. — Там работы-то осталось на пару часов, огня только не хватает.
— А Горыныч? Ему же достаточно разок дыхнуть, и дело в шляпе!
— А Горыныч, сам знаешь, летает, бдит, золото у народа под процент принимает.
Алеша коротко хохотнул и согласно кивнул.
— Ага, под отрицательный, помню-помню.
— Так что буду танковать в своем старье.
— Ну-ну…
Алеша покосился на Мурома, но ничего говорить не стал.
Комплект, в котором щеголял друг, был уникального класса, и представлял из себя сборный комплект из семи вещей, каждая из которых давала серьезный бонус к Выносливости.
В загашниках у Иван Иваныча хранились и легендарные броньки, но этот комплект давал самую высокую защиту.
— Ты-то, Алеш, проверил корону принца Намаха́?
— Проверил. Только до дороги не дошел. Рванул к ближайшей чащобе, убедился, что можно пробиться и назад в замок.
— Пробиться?
— Не знаю, как по-другому объяснять, — поморщился богатырь. — Наши разведчики, несмотря на защитные амулеты, даже к краешку чащобы подойти не могут, а я спокойно дошел.
— А корону пробовал снимать?
— Пробовал. Сам не заметил, как в десяти метрах от границы чащобы оказался.
— Ясно, — Муром бросил взгляд на виднеющийся вдали дремучий лес, — ну, будем посмотреть.
По истечению двух часов, когда до входа в дремучий лес оставалось всего-ничего, богатырей накрыла тень, обернувшись в следующий миг Змеем Горынычем.
Трехглавый дракон в сверкающем доспехе грузно приземлился в аккурат между богатырями и лесом и, недовольно фыркнув, выпустил из всех трех своих носов струйки пламени.
— Никак не привыкну к тяжести этих железяк! — пожаловалась левая голова, с любопытством осматривая остановившихся богатырей.
На её шее болталась здоровенная золотая цепь, но, видимо, этот вес в категорию «тяжести» не шел.
— Непривычно, — согласилась правая, бросив на Илью оценивающий взгляд. — Хотя, вон, Мурому и этого мало! Смотри сколько железа на себя навьючил!
— Один-в-один ходячая консерва! — хохотнула левая. — Заколеблешься потом железо из зубов выковыривать.
— Вот да, — с видом знатока кивнула правая. — Никогда рыцарей из-за этого не любим.
— Чего пожаловали? — невежливо проворчал Алеша.
— Ой, как грубо! — поцокала левая голова.
— Ай-ай-ай, — согласно закивала правая, — где же твои манеры, Алешенька?
— Давай по сути, — отрезал богатырь. — Некогда нам, торопимся мы.
— Мы к ним с подарками, — левая огорченно покачала головой. — А в ответ…
— Ноль внимания, фунт презрения, — горестно вздохнула правая. — Ну как тут в человеках не разочароваться?
— Технически я эльф, — напомнил Алеша.
— Разницы-то! — хмыкнула левая.
— Ну не скажи, — возразила правая. — Мясо у эльфов жёстче.
— Это да, — вынужденно признала левая. — Тут не поспоришь. Эльфы — жесткие, гномы — сухие, орки — горчат!
— Наш выбор — человеки! — подытожила правая и, не сводя с Мурома плотоядного взгляда, облизнулась.
— А если в бубен? — нахмурился Алеша, доставая из поясной сумки горсть шишек.
Рядом предупреждающе зарычал Топтыгин.
— Смотри-ка! — деланно удивилась левая. — Говорящий шашлык!
— Да ты что! — возмутилась правая. — Какой шашлык! Люля-кебаб!
Неизвестно, сколько бы ещё продолжался этот балаган, если бы не центральная голова Горыныча.
Поймав взгляд Мурома, она кивнула сначала на левую голову, потом на правую, затем закатила глаза.
Илья же, надеясь, что правильно понял намек, наклонился к уху Алеши и едва слышно прошептал.
— Выруби-ка этих болтунов.
— Что ты там сказал? — тут же напряглась левая.
— По-моему… — правая открыла было рот, но договорить ей не дала прилетевшая в лоб шишка.
Данг!
— Ах ты…
Данг! Данг! Данг!
На этот раз Алеше повезло не так сильно, и на то, чтобы вырубить боковые головы Горыныча у эльфа ушло аж четыре шишки.
— Я же правильно тебя понял? — Муром вопросительно посмотрел в глаза центральной голове.
— Правильно, — поморщился Горыныч. — И не спрашивайте меня, зачем. Так надо.
Алеша, у которого на языке так и крутился этот вопрос, поморщился, но докапываться до Горыныча не стал.
Он ограничился пожатием плеч и проворчал.
  
— Думаю, ты сейчас вам нам все расскажешь.
— Это хорошо, что ты думаешь, — Горыныч кинул на Алешу неприязненный взгляд. — Думать — полезно.
Алеша усмехнулся и только было хотел ответить, но Муром, оттеснив друга за себя, шагнул вперёд.