Омега для Альфа Мужей (СИ)

– Наша мианесса… – выдыхает мне в губы Ордел и тут же буквально берёт меня порывистым ярким поцелуем. Я отвечаю. И нервно смеюсь в своих мыслях: я всё ещё в уме!
Как так? Эффект таблеток? Или… Или… может ли быть такое, что я…
“Мианесса”, – врывается в моё псионическое поле слово, произнесённое голосом Ханта. А затем его также не произнеся ни звука повторяет Ордел.
Я замираю, понимая… что даже без омега-гена они меня так называют. Что они учуяли у шеи? Что-то что дало им уверенность… Мой обычный запах? Но они не собираются меня отталкивать.
  
Значит, дело не только в омега-гене?
И словно тепло разрывается в моей груди – внутренняя самка посылает волну восторга по моему телу. Удовольствие оседает пульсирующим узлом желания внизу живота. И распирающим счастьем в груди. И ещё – вокруг словно ореол тепла: я – рядом с моими капитанами – в абсолютной безопасности.
Каждый из нас троих – совершил свои ошибки на пути общения друг с другом. Но… мы на пути к тому что бы всё решить.
Чудесные таблетки, Ди!
Теперь мне не просто всё ясно – в голове всё лежит так чётко на своих полочках, как никогда.
И в этой позиции мне как бы открывается другой угол зрения: возможно ли, что я и впрямь – мианесса этих двоих… шиарийцев. Грозы флота. Правда? Правда?!!! К сожалению, только самцы нашего вида могут определить идеальную пару. А я… могу только поверить. Не стали бы шиарийцы произносить столь важное слово впустую. Так не бывает. Тем более сейчас, когда ген нейтрализован.
А что чувствую я? Я хочу быть их мианессаой?
По телу прокатывается жар. И я вдруг осознаю — я должна ощутить капитанов ближе. Я хочу этого… — чтобы понять свои эмоции. Почувствовать, как это быть с ними, когда я полностью в своём уме. Когда и они не под влиянием феромона. Тогда я окончательно пойму себя. Осознаю, хочу ли быть с ними…
Хотя, похоже, сомневается только мой разум. Реакция моей внутренней самки на звание мианессы однозначна — она растеклась лужицей от счастья. И мой хвост тоже выражает лишь удовольствие и радость.
И только мой разум продолжает тревожиться и гонять по кругу мысли… Если это правда… и я их мианесса, то как быть? Ведь омега ген – всё равно есть. Как и беременность…
И однажды они узна́ют и о том и о другом. И как изменится тогда их отношение? Должна ли я и дальше скрывать, или…
– Мы не смеем врываться в твой разум, Ария, – шепчет Хант мне в шею между поцелуями.
“Но прекрати так тревожиться, наша красавица, – говорит Ордел уже через пси-поле, – или посвяти нас, чтобы мы решили все твои проблемы…”
Я обмираю вновь.
Я на волоске.
Они подобрались ко мне так близко.
И лишь понятие Ордела и Ханта о чести и моих границах – удерживает хрупкую ширму. Да, таблетки Ди подавили физиологический запах моей беременности, которые могли различить шиарийские самцы, если бы знали, что искать. Подавили вместе с феромоном. Но моя мысль – слишком громкая, а хвосты в плотном контакте — а значит, ментально я абсолютно не защищена от псиоников такого высокого уровня. Им стоит лишь пожелать.
Ширма в моём сознании для них как полупрозрачная бумага. Смять и отбросить. Но они благородно этого не делают.
– Открой нам, что тебя так взволновало? – дыхание Ханта обожгло мою кожу.
Я нехотя отстранилась от губ Ордела.
– Я не хочу об этом говорить… – сипло выдохнула я, – потом…
 – Желание мианессы – для нас закон, – мурлыкнул Ордел.
Я ничего не ответила.
Коротко кивнула.
И просто разрешила себе. Потянуться к вороту формы Ордела.
Мне достаточно было лишь намекнуть, чего я хочу.
И как только мне хватило на это смелости? Может, я всё же не в здравом уме?..
Мысли и тревоги пролетали, и я отпускала их без сожалений.
Просто смотрела, как мои шиарийцы быстро расстёгивают свои форменные космийки.
И мне не надо было быть сильным псиоником, чтобы предсказать, чем это закончится.
 Глава 15 
Сильнейшие псионики флота – мои капитаны – сейчас оба стояли передо мной.
Они назвали меня мианессой.
Наказали негодяя-профессора, который перешёл границы. А он в ответ выдал им все мои тайны.
 Все, которые знал. 
А теперь… я сама дала понять, что желаю близости с капитанами.
И было поздно сдавать назад. Хотя они бы и позволили мне покинуть капитанский мостик, не отдавшись каждому из них… по несколько раз. Я знала, что капитаны благородны и не стали бы меня принуждать, если бы я передумала – несмотря на очень спорное начало нашего общения.
Но уже я – я! – не была готова дать задний ход.
Мне было необходимо почувствовать: каково это, без влияния омега гена?
Каково это, если меня возьмут будущие отцы моих детей?
Я смотрела, как Ордел и Хант скидывают форму на пол. Пока капитаны обнажились только сверху.
Мой взгляд блуждал, прочерчивая воображаемые линии, от внимательных золотистых глаз шиарийцам, по мощным шеям. Ниже – по сильной груди и рельефному прессу Ханта, а затем – перетекал на Ордела.
Я металась.
И взгляд мой также. И наконец я остановилась на пряжках их ремней.
Клянусь, если бы мужчин не было двое – я бы остолбенела. А так – мой взгляд метался от одной пряжки к другой.
– Выбирать не обязательно, – хмыкнул Хант.
И мне, как это ни абсурдно, стало неловко.
Это – последнее, что пришло бы мне в голову.
Выбирать между ними? Шиарийской близнецовой парой с единым псионическим полем? Дикость. Вся моя суть воспротивилась, вскинулась.
 И я возмущённо уставилась Ханту в глаза: как ты мог подумать, что я выбираю? Это немыслимо, дико. Вы для меня – одна общая страсть. Болезнь. Горячка…
Глаза Ханта смеялись. Нежно, беззлобно.
– Наша Ария, – мурлыкнул светловолосый шиариец, ласково обнимая меня за талию. Миг – и Хант притянул меня ближе. Вжал в рельеф пресса.
– Наша… – прорычал ему в тон Ордел, сделал шаг за мою спину, и нежно, но уверенно обнял меня сзади.
Хвосты капитанов чуть туже сжали мой золотистый хвостик, и его кончик затрепетал. Задрожал. Если бы я увидела это со стороны – приняла бы за знак страданий, но на самом деле – грань была очень тонкая. Эта дрожь – была скорее мучительно-сладким влечением. И совсем слегка отличалась от мук боли по амплитуде…
И хвосты капитанов вздрогнули в такт, а потом мой хвостик унялся – согрелся в их косице. И стало так хорошо…
Мы ещё немного постояли так, и мне было сладко и спокойно в двойных объятиях.
И можно было простоять так много часов – потому что это само по себе было странным порабощающим, чувственным удовольствием.
Можно было бы.
Если бы за лоном не завязывался всё туже узел моего порочного… хоть и вполне управляемого желания.
Я запрокинула голову. Опять – лишь обозначив намерение. Слова были не нужны. Кажется, мне вообще не нужны слова – когда я с этими мужчинами. Губы Ханта нашли мои почти мгновенно. Нежный поцелуй – словно вопрос: “ты уверена?”
Так деликатно, так ласково – как не ожидаешь от шиарийских командоров.
Мои робко разомкнутые губы навстречу.
Осторожно, плавно углубляющийся поцелуй Ханта. Такое”дипломатичное” вторжение его языка в мой рот, что я и не поняла – как так, в какой момент я начала отвечать ему страстными стонами и влажными прикосновениями.
Я прогнулась в пояснице, и Ордел прижался ко мне сзади сильнее.
Черноволосый капитан всё ещё был в форменных штанах, но я и через одежду прекрасно чувствовала его возбуждённый член.
А потом я услышала тихий щелчок – это Ордел расстегнул форменный ремень. И ещё через пару мгновений – он прижимался ко мне уже обнажённый.
  
Я прислушалась к себе. Но как ни старалась, не нашла и малейших признаков стыда.
Я хотела их.
Моё изучение себя и своих реакций закончилось любопытным выводом: я действительно хочу этих мужчин.