Круг пятый (СИ)

Зато теперь стало понятно. Почему Аня так легко повелась на заигрывания Володи, и согласилась прийти на празднования дня рождения к почти незнакомому человеку. Как там в поговорке звучало? «Уж замуж невтерпёж» или может это «Играй мой гормон»?
Не важно… Думаю, что Андрей и сам потом в этом во всё разберётся. Я обещал ему, что спасу её, и я сделаю это. Ну а дальше сами с усами. В мою задачу не входит контролировать неконтролируемое поведение рано созревших почти совершеннолетних девушек. Всем мозги на место не вправишь. И нудеть по-стариковски о правильном поведении я не буду.
  
Впрочем, надолго мы с Андреем на уютной кухне не засиделись. Пора уже было ехать в больницу. Попытки бывшего младшего лейтенанта милиции поехать на общественном транспорте, с тремя пересадками, я отверг сразу. Уж если деньги есть, так чего же их жалеть. Я поймал такси, и мы с комфортом доехали куда надо…
* * *
В больнице пахло… больницей. Есть у лечебных заведений такое свойство. Вот заходишь в стоматологический кабинет, и сразу понимаешь, что тут сверлят зубы, а в стационаре, особенно в советском, пахнет немного хлоркой, немного йодом, немного ещё какими-то лекарствами… Но я человек привычный, и мне бывать в больницах не впервой. Так что нос я не кривил, и получив условно белый халат, вслед за Андреем поднялся на третий этаж.
В палате пахло ещё хуже. Здесь витал запах боли и воняло неминуемой грядущей смертью. Кроватей было три. Но заняты были лишь две из них. Пустой матрас на свободной койке был весь в разноцветных пятнах. Преобладали по большей части бурые… И это ещё больше делало палату угрюмым пристанищем смертельно больных людей.
— Андрюша! — слабый голос донёсся с кровати, что стояла у окна. — Ты пришёл…
Я примерно предполагал, что матери Андрей было лет сорок, не больше… Но то, что я увидел. Высохшая, словно мумия, с кожей пергаментного оттенка женщина, выглядела… В общем, краше в гроб кладут.
— Здравствуй, мама! — дрогнувшим голосом произнёс Андрей.
Как я понял… Последний раз он видел свою мать только в той, в прошлой жизни. И он уже однажды её похоронил. А теперь вот она, снова живая, лежит в больнице на кровати… И он знает, что она снова опять умрёт…
— Как ты себя чувствуешь? — спросил сын.
Вопрос, конечно, риторический и не слишком уместный сейчас, когда и так всё ясно… Но он всё же прозвучал.
— Всё хорошо, сынок! — тихим голосом ответила ему больная женщина.
В её взгляде было всё. Любовь, боль, горечь осознания неизбежности…
— А кто это с тобой, Андрюша? — задала женщина вопрос.
Наверное, в присутствии постороннего человека, она чувствовала себя не слишком уверенно.
— Здравствуйте! Меня зовут Максим. — мой голос звучал уверенно, так как свою речь я продумал заранее. — Я учусь в медицинском институте, но это не главное. Понимаете, я вырос на Алтае. А моя бабушка… В общем, она была целительницей, хотя некоторые её считали колдуньей. Я немногому у неё научился, но она мне всё-таки передала кое-какие навыки, как помогать людям. Я не могу лечить, как она, но научился немного снимать боль. Разрешите мне немного помочь Вам?
С грустной улыбкой на сухих губах, женщина ответила мне:
— Ну, не стоило этого делать…
А потом, уже обращаясь к сыну продолжила:
— Андрей, зачем ты напрягаешь чужих людей?
— Меня это нисколько не напрягает. — снова начал я. — Я только рад, если мне удаётся хоть немного помочь людям. Хотя в институте никто не верит в народную медицину и считают целителей шарлатанами. Но в детстве меня лечила только бабушка, и не было таких болезней, от которых у неё не было бы нужного снадобья. А боль я снимаю только при помощи рук. Пожалуйста, закройте глаза, и попробуйте подумать о чём-нибудь хорошем!
Женщина снова грустно улыбнулась, но спорить не стала, просто прикрыв глаза.
Я положил обе ладони на голову больной. Сухая кожа лба и редкие волосы… Настроившись, и тоже прикрыв глаза, я стал сканировать организм больной.
Очаг болезни я нашёл с трудом. И всё из-за того, что метастазы уже раскинули свои хищные щупальца почти по всему телу. Но всё-таки мне удалось понять, что эта дрянь таится где-то под желудком… Для меня это выглядело, как чёрный сгусток, от которого в разные стороны расходились чёрные же нити разной длины и толщины.
Уверенности в том, что я смогу оказать какую-то посильную помощь умирающей от рака женщины у меня не было. Но я стал методично, одну за одной, мысленно выдёргивать нитку за ниткой. Извлечённые нитки я прятал в хранилище. Потом от них избавлюсь. А сейчас мне нужно сосредоточиться на этих чёрных отростках. Нитка за ниткой, одну за одной…
— А мне и правда стало немного полегче… — голос женщины звучал спокойно.
— Пожалуйста, полежите ещё немного без движения! И не открывайте глаза! Я скоро закончу.
Сказать-то я сказал, но стал торопиться, так как чувствовал, что сил у меня становится всё меньше. На лбу у меня уже выступил холодный пот. Странно. Я же ведь, пока мы ехали в такси, схомячил аж два драгоценных камушка. И поэтому думал, что сил у меня хватит ещё на какое-то время.
Я снова сосредоточился на удалении чёрных ниток. Одну за одной… Одну за другой… А потом, когда оставалось только несколько особо толстых, хотя и коротких «щупалец», я решился, и одним махом удалил всю черноту из организма…
Женщина при этом почему-то охнула. Я открыл глаза… И тут же слегка зашатался. Перед глазами замелькали какие-то мелкие мутные «мушки»… Не устояв на ногах, я сделал шаг назад, и присел на пустой матрас свободной койки.
— Что с тобой? — взволновано дёрнулся в мою сторону Андрей.
— Немного перестарался… — улыбнулся ему в ответ я.
— Андрюша! — голос больной звучал немного бодрее. — А мне и правда стало легче… Только в сон чего-то потянуло.
— Это нормально. — ответил ей я. — Организм устал бороться с болью. А когда боль уходит, то поспать полезно.
Андрей смотрел на меня, словно ждал какого-то ответа. Я молча кивнул ему.
— Простите! Я немного устал, и мне надо выйти на свежий воздух.
— Ой, сынок! Ты тоже иди… Проводи Максима. А я немного вздремну. Глаза прямо закрываются… А завтра приходи с Аней! Я хочу её увидеть…
— Хорошо, мама! — Андрей взял женщину за руку, но та уже закрыла глаза, а дыхание её стало ровным…
Немного пошатываясь, я пошёл в направлении выхода… Старушка, лежащая на соседней кровати, провожала меня взглядом. Я видел, что она хочет меня о чём-то спросить, но не стал останавливаться и покинул палату… Лишь в коридоре, прислонившись спиной к стенке, я смог перевести дух.
Перед глазами плавали разноцветные круги… В голове шумело… Но я был рад, что всё получилось. Я надеюсь, что всё прошло нормально…
Какое-то время женщина ещё будет выглядеть худой, больной и измождённой. А когда врачи поймут, что рак отступил и она выздоравливает, я уже буду далеко. Заниматься целительством в крупных масштабах я не планирую. И не потому, что я такой вот чёрствый и эгоистичный человек. Просто меня на всех не хватит. А уж если кто-то прознает, что появился парень способный исцелять от смертельных недугов, то очередь из желающих вылечится выстроится преогромная. Думаю, что я сам сдохну уже через месяц от такой «работы». Так что не стоит и начинать… тем более, что первым делом меня объявят шарлатанам. А потом, когда поймут, что я реально излечиваю от рака, то меня обязательно возьмут под контроль всякие спецслужбы…
А оно мне надо?
* * *
Вышедший из палаты Андрей, подхватил меня под руку, когда я почти что терял сознание. С его помощью я и вышел на улицу.
  
Светило солнышко, лёгкий ветерок обдувал моё лицо, и мне стало немного полегче.
— Мне надо срочно чего-нибудь поесть. И побольше… Бери такси и поедем в какое-нибудь кафе, столовую, ресторан… Куда угодно, но мне нужна еда.
— Может лучше домой? — спросил Андрей. — А по дороге купим чего-нибудь.