Искушение желанием (СИ)

— А я даже в выходные работал, представляешь, — рассказывал Анатолий, словно не замечая оцепенения девушки на соседнем сиденье. — В новом ресторане масса незаконченных дел, начиная с подбора персонала и заканчивая деталями интерьера. Генеральный еще к вам приставил дочь своего друга, которая совершенно не разбирается в ресторанном бизнесе и названивает мне через каждые пять минут. Ты прости, что я так опрометчиво обещал тебя поставить на свою должность, окончательное решение от меня не зависело. Но Алина там не продержится долго.
— Почему ты так думаешь?
— Говорю же, она в этом совершенно не разбирается, а чем натаскивать ее, лучше взять на должность управляющего того, кто давно здесь варится. И когда до генерального сие дойдет, то я снова предложу твою кандидатуру.
Идеальный момент был потерян. Меркулов продолжал рассказывать про ресторан и работу, а Ира старалась вникнуть в суть монолога, поддержать беседу и отделаться от грызущего чувства вины внутри, от которого становилось физически больно.
Сначала они действительно поехали завтракать, потом заехали в пару мебельных магазинов за каталогами, чтобы Анатолий мог просмотреть их на досуге, и в итоге остановились у того самого музея, по залам которого теперь и бродили, наслаждаясь прохладой и произведениями современного искусства.
— Я слышал про одного художника, — приложил палец к губам Меркулов, — который писал свои картины пенисом.
— Ого, — хмыкнула Ира, продолжая рассматривать цветовые пятна на полотне. — И не страшно ему за свою кисть. Надеюсь, эта написана другим способом.
— Кажется, здесь человек особо не заморачивался, а просто брызгал красками куда придется.
— Мне кажется, она такая же точно, как и предыдущая. Нет?
Пара переглянулась и синхронно сделала несколько шагов назад, чтобы увидеть соседнюю картину для сравнения. Подходя к центральной галерее города, они совершенно не ожидали увидеть внутри настоящий взрыв красок, и поэтому выставка повергла их в небольшой шок.
— Нет. Смотри, там преобладает больше красный, а здесь синий.
— До какого абсурда доходили наши предки, пытаясь детально и четко изобразить окружающий нас мир, людей и памятные события, когда достаточно было просто хаотично наляпать всех красок на холст и назвать это искусством.
— Тихо ты, — засмеялся Анатолий, — а то попрут нас с тобой отсюда ценители прекрасного. Давай посмотрим, что там во втором зале.
— Согласна. А то от этого абстракционизма у меня начинается мигрень.
— Ничего ты не понимаешь в современных художественных направлениях, — обнял девушку за талию Меркулов и повел в другой зал.
— Может, конкретно этот автор мне не нравится. Есть же и менее кричащие, выразительные абстракции, — говорила между тем Ирина, плавясь от удовольствия близости крепкого тела мужчины. — Например, знаю болгарского художника, Митков, кажется.
— Детка, он импрессионист.
— Оу, — только и успела сказать Ира, когда они вошли во второй просторный зал с более приглушенным светом и бóльшим количеством людей.
— Оу, — повторил за ней Анатолий, замерев в дверном проеме и рассматривая открывшееся перед ним зрелище.
— Сегодня прям день открытий в искусстве, — кивала головой Веремеева, стараясь сохранить серьезный вид и не рассмеяться.
А вот Меркулов без всякого стеснения покатился со смеху, совершенно не ожидавший, что в галерее могут быть выставлены настолько откровенные картины. На черно-белых огромных полотнах были запечатлены обнаженные мужчины и женщины, занимающиеся сексом и просто позирующие фотографу в раскрепощенных позах. Ира поддержала веселость спутника и засмеялась вместе с ним, но все же прикрыла рот ладонью, потому что посетители стали обращать на них внимание.
— Вот сволочь, — сквозь смех проговорил Анатолий.
— Кто? — вытирая слезы, спросила Ира.
— Это друг мне посоветовал сходить в галерею и полюбоваться картинами.
— Хороший у тебя друг, веселый.
— Давай выбираться отсюда.
— Нет-нет, — остановила его девушка и шагнула в зал. — Мне интересно. Хочу посмотреть. Идем.
   
32
 
Удивительно, но фото оказались достаточно атмосферными и искренними, возбуждающими и безумно интересными. Сначала пара не могла сдержать улыбок и бьющей через край веселости, но чем глубже они проходили в зал, тем более сосредоточенно рассматривали полотна, которые странным образом завораживали.
— Никогда не думала, что когда-нибудь увижу настолько огромный член, — пробормотала Ира на ухо Анатолию.
— И будешь рассматривать его целых полчаса, — хмыкнул тот, прищурился и приблизился к картине. — Игра теней просто потрясает. И мужское тело может стать настоящим произведением искусства.
В этом зале они бродили намного дольше предыдущего, останавливались возле каждого фото, тихо обсуждали детали и нюансы и совершенно не обращали внимания на других посетителей. Меркулов еще удивил девушку тем, что оказался знатоком искусства фотографии и легко мог объяснить, как сделаны те или иные картины, какие приемы использовались, какая техника, объективы, выдержка. Он сыпал терминами, и половину из них Веремеева не понимала, но слушала со странным упоением его завораживающий голос, старалась вникнуть и понять. И когда уже они подходили к последнему снимку с изображением двух мужчин, девушка совершенно случайно отвела взгляд в сторону и ее сердце ушло в пятки: в этом же зале у противоположной стены стоял Андрей с мотоциклетным шлемом в руках и рассматривал полотно с женщиной. Совершенно не помня себя от страха, Ира вцепилась в плечо Меркулова и дернула его к выходу.
— Эй, ты чего?
— Идем скорее, мне нехорошо, — соврала девушка и снова потянула Анатолия за руку.
— Постой, я, кажется, знакомого встретил, — смотрел куда-то поверх ее головы мужчина и улыбался.
— Я не могу ждать. Скорее.
Веремеева буквально уволокла Анатолия из зала и неслась к выходу сломя голову, не способная что-либо членораздельно объяснить. Оказавшись же на улице, она также спешно побежала к машине, и только захлопнув за собой дверь смогла выдохнуть и расслабиться.
— Что случилось, ты мне можешь объяснить? — уселся рядом Анатолий и пытливо посмотрел на покрасневшую девушку.
— Все нормально, — обмахивалась та подолом платья. — Просто голова закружилась.
— Вот это у тебя скорость при головокружении, — хмыкнул мужчина, глядя на девушку со странным ехидством. — Тебе уже лучше?
— Да. Значительно. Может, просто поесть надо.
— Ну ладно. Поедем ко мне и что-нибудь закажем? Или в ресторан сначала?
Теперь настала очередь Ирины смотреть на Меркулова с ехидством. Он не делал намеков и не юлил, он открыто предлагал отправиться к нему и заняться сексом. Сердце девушки неприятно кольнуло от осознания, что вся культурная программа в течение дня была направлена на ее моральное удовлетворение и вечерний секс в благодарность с ее стороны станет вполне логичным и планомерным завершением.
— Так ты поэтому повел меня в музей? — тихо поинтересовалась Ира, горько улыбаясь.
— О чем ты?
— Что у тебя с Алиной? — в лоб спросила Веремеева.
Карие глаза окинули девушку взглядом, как будто впервые увидели ее или не заметили прежде каких-то деталей. Улыбка мужчины из ехидной стала блуждающей, словно ее обладатель ощущал превосходство над Ирой и знал все ее страшные тайны. Но прошла секунда, и лицо Меркулова из хищного стало дружелюбным, и он успокаивающе взял девушку за руку:
— Ира, секс в отношениях — вполне нормальное явление. С Алиной же меня связывает исключительно бизнес.
— А у нас с тобой отношения?
— Ты так не считаешь?
Повисло тягостное молчание в машине, потому что каждый думал о своем. К сожалению Ира не могла прочесть мысли мужчины, который смотрел на нее не мигая в ожидании ответа, зато прекрасно видела еще одну возможность в чистосердечном признании, но сделать его опять не рискнула.