Магия и пули (СИ)
– Как там? – коротко спросила Роза.
– Был швейцар и кончился, – ответил Николай. – Нам никто не помешает.
– Заносите адскую машину! – приказала Роза.
Вытащив из экипажа ближний ящик, боевики подхватили его за веревочные петли и побежали по ступенькам. Воротились спустя несколько секунд, взялись за второй. Роза наблюдала за двором, опустив к подолу руку с револьвером. Фима, он же «Константин», бросив взгляд на революционерку, опустил вожжи на колени. Фанатичка чертова! Если Фима тронется сейчас, то поймает пулю. Роза не простит. Год назад казнили ее мужа – угодил в охранку. Группу выдал провокатор – это позже подтвердилось. Алексей, так звали мужа, собирался уничтожить губернатора Одессы. Приготовил динамит, обучил метателей. Сам же собирался пустить в дело пистолет, если с бомбами не выйдет. Всех троих арестовали перед покушением – взяли тихо и без шума. Бомбы обнаружили в квартире – тяжкая улика. На допросах Алексей с товарищами молчали. Все равно не помогло – информация имелась у полиции. Суд недолго разбирался, скорый приговор – всех троих повесили. Роза после смерти мужа сильно изменилась, стала подозрительной, безжалостной. Провоцировать ее отъездом – верный путь расстаться с жизнью.
Николай и Дмитрий затащили ящики во дворец. Фима подобрал и намотал на руки вожжи. Вставить детонаторы и поджечь шнуры – дело нескольких мгновений. А потом бежать, бежать… Но минута пролетела, следом – и другая, боевики не появлялись. Фима встал над облучком: почему же медлят? Спички, что ли, отсырели? Ну, так, вроде, проверяли…
Дверь во дворец внезапно распахнулась. Только вместо боевиков появился незнакомый офицер в мундире Осененных.
– Всем стоять, не двигаться! – закричал он с порога. – В капусту покрошу!
Первой среагировала Роза. Вскинув револьвер, начала стрелять. Перед Осененным вдруг возник Зеркальный щит. Роза, громко вскрикнув, осела у крыльца.
– Но! – воскликнул Фима и стегнул коней вожжами. Неизвестно, что случилось во дворце, но одно понятно – нужно убегать. Если вдруг поймают, то он мужу Розы позавидует. Родовые террористов отдавать полиции не станут – сами и казнят. И не просто так повесят, а мучительно сожгут. Есть такое право у князей и графов…
До ворот он не доехал. По затылку вдруг как молотом ударило. Фима потерял сознание и упал перед облучком. Руки натянули вожжи, и карета встала…
* * *Выбежав из зала, Федор миновал прихожую и чучела. Террористов он увидел, выскочив на лестницу. Повернувшись к ней спиной, две фигуры в котелках хлопотали возле штабеля из ящиков. Федора они не услыхали: топот сапог заглушила ковровая дорожка на ступеньках. Медлить офицер не стал – подбежав, двинул кулаком по уху ближнего к нему боевика. Отлетев к стене, тот врезался в нее спиной и стек на пол. Там же и застыл, похоже, что надолго. Второй выхватил кинжал и метнулся к Федору, но наткнулся на зеркальный щит. Руку с зажатым клинком отбросило обратно. Повторно ударить Федор не позволил. Врезал сапогом в промежность, а когда враг согнулся, выронив оружие, добавил по затылку кулаком. Террорист осел кулем. Согнувшись над застывшим телом, Федор выдернул из брюк поверженного ремень и связал им руки террориста за спиной. Затем проделал эту процедуру со вторым.
– Снаружи еще двое, – раздалось в голове. – Дама с револьвером и кучер на карете. Но сначала детонаторы достань. Только аккуратно, а не то взлетим на воздух.
Федор подошел к ящикам. Следуя подсказкам Друга, вытащил из верхнего две шашки с детонаторами. Затем извлек трубочки с шнурами. Шашки положил обратно. Обогнув скульптуру льва, примостил за постаментом детонаторы разместив их на приличном расстоянии друг от друга.
– Теперь если и сработают, то вреда не будет, – одобрил Друг.
– А взрывчатка в ящиках?
– Там тринитротолуол, он немецкий, к слову. Молотком лупи – не сдетонирует. Ну, теперь повяжем остальных? А то я чего-то заскучал.
– Подожди, – ответил Федор и склонился над швейцаром – тот лежал у двери, устремившись взглядом в потолок. Убит…
– Еще два трупа под забором во дворе, – поведал Друг. – Закололи, как свиней. А ведь можно было оглушить.
– Всех порву! – со злостью рыкнул Федор и метнулся к двери. Только по пути остыл: банду лучше повязать. Не простой затеяли теракт, пусть жандармы разберутся…
С захватом не заладилось – боевики не испугались. Дама начала стрелять, ну, и нарвалась. Пуля, отразившись от щита, угодила ей в плечо. Вскрикнув, дама уронила револьвер и осела у крыльца. Террорист на облучке кареты крикнул «Но!» и погнал экипаж к воротам. Револьвера Федор не имел – кто ж берет его на представление, подбирать же тот, что дама уронила, не имелось времени. Пока схватит и прицелится, террорист с каретой ускользнет. И тогда Федор применил свой дар. Подхватив лежавший револьвер, запулил им, словно камнем, в террориста. Повезло – не промахнулся. Террорист свалился с облучка, экипаж остановился.
– Вяжите его! – крикнул Федор появившимся во дворе водителям и кучерам. Их привлек звук выстрела. – Это террорист. Собирался подорвать дворец вместе с гостями. Вы бы тоже пострадали. Гляньте – вон привратники лежат. Это террористы их зарезали.
– Ах ты, сволочь! – пышноусый мужчина в кожаной куртке и в такой же кепке схватил за шкирку оглушенного. – Счас тебе!
– Охолонь! – прикрикнул Федор. – Не бить, связать покрепче. Пусть полиции расскажет, кто велел им подорвать дворец.
Пышноусый неохотно подчинился. Вместе с подбежавшими приятелями стал вязать оглушенному руки за спиной, для чего, недолго думая, отхватил ножом кусок вожжей. Федор подошел к стрелявшей в него даме. Та уже пришла в себя и сидела, зажимая кровоточащее плечо.
– Кто такая? – наклонился над ней Федор. – Кто велел вам подорвать дворец? Отвечай!
– Сатрап! – зло ответила дама. – Все равно вас всех убьем!
Она попыталась в него плюнуть, но не получилось – не нашлось во рту слюны.
– Что тут происходит?
Федор обернулся – за его спиною с недовольным видом возвышался старый князь.
– Вот, напали на дворец, – сообщил наследник. – Пытались нас всех взорвать. Там, за дверью, ящики с взрывчаткой. Детонаторы я снял. Тола очень много, разнесли бы весь дворец в пыль.
– Как узнал? – поднял бровь Юсупов.
– Друг предупредил. Он умеет вылетать из тела и обследовать окрестности. Стены не преграда для него.
– Интересно, – произнес Юсупов и ткнул пальцем в даму. – Эта вот из них?
– Да, – ответил Федор. – Была с револьвером и стреляла из него в меня. Ранена своей же пулей, отскочившей от щита.
– Жаль, не видел, – покачал головой Юсупов. – Отойди в сторонку.
Федор подчинился. Князь взмахнул рукой. Толстая, тяжелая сосулька сорвалась с его ладони и пронзила тело женщины. Та упала на булыжники, засучив ногами, затихла.
– Спи, котенок, спи, муренок, сладко спи, – промурлыкал в голове Друг.
– Алексей Сергеевич! – возмутился Федор. – Как вы можете?
– Сопли подбери! – отозвался Друг. – Эта тварь в нас стреляла. Ладно б, только в нас. Они слуг зарезали и дворец пытались подорвать. Сколько женщин там? Да никто б не уцелел. Ненавижу террористов! Отморозки конченные. Сам бы их давил!
Федор тяжело вздохнул и глянул на Юсупова. Тот понял этот взгляд по-своему.
– Они напали на моих гостей, – сказал сердито. – Убивали моих слуг. Лично всех казню! Эта первая, с остальными позже разберемся. Волоките вон того в сарай! – бросил охреневшим у ворот мужчинам. – Эту тоже приберите.
– В доме еще двое, – напомнил Федор.
– Этих слуги сволокут.
– Ящики с взрывчаткой нужно отнести подальше. Так-то безопасны – это тринитротолуол, только оставлять их в доме…
– Я распоряжусь, – ответил старый князь. – А теперь идем к гостям. Ничего не говори, а то вечер им испортим – и себе, конечно. Пусть узнают позже.
– Понял…
Через несколько минут оба князя показались в зале. Гости встретили их удивленными взглядами.