Короли Эдена (ЛП)

Выдыхая, позволяя мышцам расслабиться, он входит в меня, толкается, заполняя меня. Я требовала боли, и он растягивает меня до предела.
Пальцы впиваются в его руки, и я прижимаюсь к нему, пока он входит и выходит из меня, сначала медленно, но потом находит свой ритм. Я приподнимаю бедра, чтобы облегчить доступ. Но его темп нарастает, он входит в меня, и с каждым толчком я вскрикиваю. Мое тело раскачивается взад-вперед от напряжения.
  
Все в том, как он трахается, — собственническое и первобытное. Прежде чем я успеваю перевести дыхание, он вколачивается в меня, сотрясая всю чертову машину.
Теперь нет никакого ритма, просто безумный трах, в котором он то ускоряется, то замедляется и берет меня еще сильнее. Он трахает меня яростно, как будто от этого зависит его жизнь.
Между нами разгорается огонь, такой, который поглощает меня и обещает никогда не отпускать.
Он никогда не кончает, давая мне все, чего я жажду. Завтра у меня будут болеть ноги. Я уже чувствую это, но мне все равно. «Мне это чертовски нравится», — простонала я, мое тело напряглось. От того, как он не проявляет милосердия, как наши тела шлепаются друг о друга, мой мозг затуманивается.
Он хитро ухмыляется и внезапно вырывается.
«Эй, тебе лучше не заниматься этим дерьмом и не кончать, иначе я тебя выслежу».
Его смех — музыка для моих ушей, и он берет меня за руку, чтобы вывести из машины. «Обещаю тебе, милая, я никуда не уеду. Я просто уже близко, и мне нужно быть готовым».
«Готовым?»
«Нагнись для меня. Руки на багажнике». Он разворачивает меня и шлепает по заднице.
Я стону от этого ощущения. И да, я знаю, что поступила совершенно неправильно, просто следуя его указаниям и позволяя ему командовать мной. Может, я просто слишком возбуждена, слишком потеряна, чтобы отказать Кассиусу. Даже когда он и короли обещают мне только тьму, я все равно сдаюсь.
Наклонившись вперед и упершись руками в багажник машины, я раздвигаю ноги.
«Хорошая девочка». Он подходит ко мне сзади и задирает остатки платья до талии. Его член мгновенно оказывается напротив моей киски, и он всаживается в меня. На этот раз нет никаких предварительных ласк, он просто настойчиво требует меня, вбиваясь в меня.
"Я собираюсь уничтожить тебя для любого другого. Так же, как ты погубила меня», — рычит он.
Моя попытка ответить выливается в стоны, а он вонзается в меня быстрее и сильнее. Моя грудь навсегда останется вмятой в эту машину от того, как он меня трахает. Я едва могу держать себя в руках. Я дрожу, когда мой второй оргазм накатывает на меня так же быстро.
Он разрывает меня на куски. Я кричу, прижимаясь всем телом к машине.
Кассиус завывает, и я чувствую, как его член дергается внутри меня. Он мгновенно вырывается и забирается на заднее сиденье «Мерседеса».
Он рычит, как медведь, и ласкает свой член, взрываясь по всей обивке из тонкой кожи.
Едва переведя дыхание и все еще находясь под кайфом, я прислоняюсь к заднему сиденью машины, изумленно глядя на него. Этот парень — мстительный ублюдок.
«Дмитрий собирается убить тебя». бормочу я, стягивая разорванное платье на груди, мои ноги шатаются.
Он разражается хохотом. «Да кому какое дело? Я его точно не боюсь».
«Ты социопат», — говорю я.
Он оглядывается на меня через плечо, его лицо искажено, так как он все еще эякулирует по всей внутренней поверхности машины. Закончив, он поправляет штаны и трет нос тыльной стороной ладони. Это напоминает мне о наркотиках, и я хмурюсь.
Затем Кассиус делает самую неожиданную вещь. Он подходит ко мне и нежно прикасается к моему лицу. Он проводит губами по моим губам в легком поцелуе. «Ты должна знать, Ева, что, живя на Земле, я экспериментировал с довольно сильными наркотиками, но ты для меня — самая смертоносная вещь».
Мое дыхание учащается, потому что я знаю, что он подразумевает каждое слово, и я чувствую знакомый толчок в груди, что он повлиял на меня больше, чем я хочу себе признаться. Но это так или иначе обернется против меня. Я знаю, что так и будет.
Я имею в виду, что только что занималась сексом на заднем сиденье машины русского Кингпина с ненормальным демоном, который затем заляпал кожаные сиденья салона нелепым количеством спермы.
Если это не обернется и не укусит меня за задницу, то я не знаю, что будет.
ГЛАВА 22
ЕВА
Сидя за дружеским ужином с двумя королями, я словно попала в чертово альтернативное измерение. Прошел день после аукциона, и все время пролетело как в тумане.
Я все еще чувствую себя не в своей тарелке от всего этого. Внимание, траханье пальцами Нокса, моя попытка сбежать…
А может, это последствия наркотиков, которые Кассиус заставил меня попробовать из его рта, или… от секса. Кто скажет?
Эти люди — убийцы, убийцы, убийцы… но я нахожу их неотразимыми, даже зная обо всем, что они сделали. Я начинаю думать, что у меня есть желание смерти или что-то в этом роде.
Сейчас Кассиус и Дракон сидят напротив меня за столом и запихивают еду в рот, как обычные мужчины за обычным ужином. Однако это совсем не нормально. Это полный пиздец.
Они опасны и ведут себя так, будто китайская еда на вынос — это вопрос жизни и смерти.
А еще они молчат как могила, что кажется еще хуже.
Никто не хочет говорить об аукционе. Кассиус не хочет говорить о том, что между нами произошло, по крайней мере, в присутствии Дракона. Мне становится интересно, знает ли он, что произошло между мной и Кассиусом, или это должно быть секретом.
Дракон, кажется, становится раздражительным, когда дело касается меня, но Кассиус ничего не говорил мне о том, чтобы я не позволяла ему узнать об этом.
Ненавижу, когда меня оставляют в неведении.
Дверь захлопывается, и я чувствую, как она хлопает, дергаясь на своем месте. Через несколько мгновений в комнату врывается Нокс. Мое сердце подпрыгивает до самого горла. Он сильно потрепан, окровавлен и покрыт синяками.
Он хватает стул рядом с моим и с визгом тащит его по полу, затем садится и тянется к коробке с курицей и брокколи.
Неужели… никто не спросит, что с ним случилось? Я обвожу взглядом стол, с трудом удерживаясь от того, чтобы не вытаращить глаза, но никто из остальных королей даже не поднимает глаз на Нокса.
Наверное, это обычный обеденный этикет, — решаю я. Не уверена, что когда-нибудь привыкну к нему.
Да и не хочу привыкать. Я хочу выбраться из этого, и чем больше времени проходит, тем больше я понимаю… что выхода может и не быть.
Это может быть моей жизнью до тех пор, пока они не решат, что с этим покончено.
Кровь сочится из раны на лице Нокса, практически капая ему в еду. Он не отрывает взгляда от еды, палочки в его массивных руках похожи на сучья.
Мои трусики все еще у него.
Я знаю, потому что на нем все еще смокинг с аукциона — теперь порванный и окровавленный — и время от времени я замечаю, как он тянется к карману, где, как я знаю, он их спрятал.
В животе у меня вспыхивает жар.
Какая же я шлюха.
Раздается стук, и мы все четверо поворачиваемся к входу в кухню, где с напряженной улыбкой стоит красивая молодая женщина в юбке-карандаше и скромной блузке. Высокая и худая, с вьющимися темными волосами, она выглядит так чертовски невинно, что я думаю, не забрела ли она сюда, в логово королей, случайно.
Пока она не проходит дальше в комнату и не кладет стопку манильских папок на стол между мужчинами.
«Простите, что так поздно, — начинает она, ее голос мягок и бессодержателен. «У меня есть бумаги, которые вы хотели…»
Дракон выхватывает их и просматривает все пометки на лицевой стороне.
  
«Я виновата…» — пробормотала она, глубокомысленно нахмурившись. «Прости».
Я даже не знаю, кто эта девушка, но в сердце закрадывается сочувствие к ней.
«Привет, как тебя зовут?» спрашиваю я, мягко улыбаясь ей. «Я не видела тебя здесь раньше».
«Это Талия», — говорит Кассиус, прежде чем она успевает ответить. «Она наш личный помощник».