Пепел на твоих гбах (СИ)

— Не время, — сквозь зубы проговорил Разумов снаружи, — и не место.
Вика искоса глянула на его темную фигуру за окном, потом перевела взгляд на догорающий вдали костёр и разъезжающиеся машины. Снова посмотрела на Андрея, его едва видные в тёмно-оранжевом свете глаза. По щеке тянулся смазанный кровавый след от разбитой губы, машинально Вика коснулась пальцами своих губ и поняла, что там тоже его кровь. И на языке! Вкус его крови у неё во рту!
Мой кровавый рубин…
Она неосознанно отшатнулась, увидев на мгновение лицо совсем другого человека, размазывающего кровь по своим губам. Воспоминание-сон наводняло её сознание, вязко перемешиваясь с реальностью перед глазами. Окровавленный Андрей и смеющийся Ренат. И она между ними. Между смертью у её ног и…
Вика судорожно вдохнула, сползла с коленей Ветрова и выбралась из машины с другой стороны, там было темно, и свет от фонарей и костра заслоняла высокая тень внедорожника. Влажная прохлада ночи окатила её словно из холодного душа, приводя в чувство.
Дверь закрылась, и в салоне машины перед ней теперь было темно и не было понятно, видит ли её Андрей. Как он на неё смотрит? С болью, с разочарованием, с ненавистью, с сожалением? Это почти как предательство. Она же…
— Садись, — свет внезапно вспыхнул вновь, и Вика вздрогнула от неожиданности, — пора ехать домой, — добавила Маша, стоящая рядом с дверью. Это она её только что открыла с приглашающим жестом.
Вика непонимающе уставилась на подругу, а потом на Андрея в салоне, который снова откинул голову назад на спинку сидения и закрыл глаза. Он не смотрел, не осуждал и не винил. Он просто ушёл. Отключил себя от реальности и от неё, от проводника боли под высоким напряжением.
Вика с трудом заставила себя сесть на сидение рядом. Маша и Разумов спокойно собирали вещи в багажник, время о времени едва слышно переговариваясь. Затем уселись на передние сидения, и Алексей завел двигатель, кинул быстрый взгляд на Вику в зеркале заднего вида, а затем долгий и задумчивый на своего друга. Виктория виновато опустила глаза, она должна была помочь ему, а не сделать ещё хуже.
Она выдохнула и сползла на сидении, точно так же откинулась на сидении и закрыла глаза с единственным желанием отключиться тоже. Зачем это всё? Почему это происходит именно с ней?
Машина плавно тронулась и повезла их домой по тёмным почти пустым дорогам мимо огней засыпающих домов, и усталого ровного пульса одиноких желтых светофоров. Тягучий путь наполнял машину молчанием и размышлениями, за окном в дома сменились неровными тенями деревьев, поглощающими свет. Вика боялась повернуться к Андрею лицом и увидеть блеск его глаз, направленных на неё, но в то же самое время хотелось протянуть руку и почувствовать его ладонь, сплести их пальцы, сжать их крепко и неразрывно и удержать, как якорь держит судно у берега в штормовую ночь.
Но она не сделала ни того, ни другого, отправляя все свои желания поглубже в потаенные уголки. Она закрыла глаза и попыталась отрешиться от происходящего вокруг, потому что думать было слишком сложно.
Спустя время… или одно мгновение легкий толчок разбудил Вику. Она открыла глаза и огляделась, за окном светил приветственной лампочкой её собственный подъезд. Разумов заглушил двигатель и вышел из машины, неосторожно хлопнув дверью. Вика вздрогнула и посмотрела на соседнюю сторону, где сидел Андрей. Он был неподвижен лишь мгновение, а затем, так и не бросив взгляда на Вику, тяжело выбрался из машины. Свою дверь он закрыл очень осторожно и тихо, и пошел к дому. Разумов, обошедший машину, показался у двери Вики, когда та приоткрыла её и начала выбираться.
— Притормози немного, — негромко попросил он, — мне нужно с ним поговорить.
Вика согласно кивнула и осталась в машине, глядя в спину им обоим, пока они не скрылись за дверью. За прозрачными стеклами подъезда было видно, что Разумов держится на расстоянии от друга, вряд ли опасаясь его, а скорей оставляя ему свободным личное пространство.
Маша обернулась с переднего сидения и положила подбородок на собственные пальцы на спинке.
 
— Переночуешь у меня? — спросила Вика с некоторой надеждой.
— Прости. Сегодня не могу, — слегка покачала головой та, — Лёша отвезет меня домой.
— Лёша? Уже не Дракула? — Вика слегка улыбнулась, но, не видя улыбки в ответ, сникла.
— Не сейчас, — ответила Маша мягко, потом внимательно посмотрела на Вику, — не ходи к нему сегодня.
— Почему?
— Я видела вас в машине, — она слегка отвела глаза, будто было неловко от того, что она подглядывала за накатившей на них страстью. — Это не то, что вам сегодня нужно. Ты будешь потом жалеть. Это адреналин и… эмоции.
— Откуда тебе знать? — рассердилась Вика. Но Маша, будто не слышала её слов.
— Дай мне немного времени, я разберусь, как тебе помочь.
— Мне?
— И ему. Не делайте друг другу хуже. Правда.
Вика сжала губы и отвернулась. Маша продолжала настаивать на своём даже в такой момент. Ну и что, что она всё видела и возможно догадалась о том, что это не в первый раз. Плевать на всё. И на всех.
— Я устала от советов.
— Но всё же послушай ещё один, — настаивала Маша, но необычно успокаивающим и тихим голосом, что для неё было несвойственно, — оставь его на время. Ненадолго. Пока, всё что происходит ещё можно исправить.
— Что исправить? — сердце Вики начинало биться быстрей.
— Вдруг он ударит и тебя? — не выдержала подруга.
— Он не ударит!
— Я верю, что он хороший человек, правда, — Маша попыталась успокоить Вику, которая уже вышла из машины, резкими движениями ища в багажнике свой рюкзак. Догнала её у самой подъездной двери, — но он может не понимать, что он делает.
Вика вцепилась в холодную металлическую ручку.
— Мне плевать!
— Мне не плевать! Пожалуйста, Вика! Я уже проходила это, я уже видела тебя разбитой и физически, и морально. Я больше не хочу. Дай мне просто немного времени разобраться! Прошу тебя! Я найду способ!
— Я так устала о того, что кто-то пытается за меня решать мои проблемы. Маша, ты так много делала, хватит уже.
— Прошу! В последний раз! Я узнаю, что с ним, я найду способ помочь ему, если это именно то, что для тебя так важно.
Вика прислонилась лбом к двери и закрыла глаза. Очень трудно что-то скрывать от Маши и да! Именно это для неё сейчас очень важно, а не то, что Андрей может её ударить. Этот страх она закопала очень глубоко, и пока его зомби-пальцы не вылезли из грунта, будет стараться для другого, а не для себя.
— Хорошо, — через силу согласилась Вика. — Я пойду домой. Надеюсь, Лёша не будет тебя обижать.
— Я позвоню тебе утром, — Маша оторвала Вику от двери и крепко обняла, будто отправляла в долгий путь, а не домой спать.
Вика сжала её худые плечи в ответ, затем тихо попрощалась и отправилась домой. В лифте было тепло и тихо, но он сам целиком только и делал, что заставлял думать об Андрее и эта навязчивая ассоциация, видимо, пройдёт ещё не скоро. Когда двери распахнулись на этаже, там стоял хмурый Разумов. Он отступил в сторону, выпуская её, но сам заходить в лифт не собирался, а явно ждал Викторию.
— Есть разговор, — начал он.
— Тебя Маша внизу ждёт, — решила быстро закончить она, понимая, что сейчас и этот заведет серьёзную беседу, на которую у неё уже не было сил.
— Не ходи к нему. Ни сегодня, ни завтра.
— И ты туда же? — устало возмутилась Вика.
— Значит, этому совету тем более стоит последовать, — Разумов сжал губы в раздражении. — Я бы сказал тебе не ходить совсем, но ты же не будешь слушать.
— Не буду, — Вика глянула в сторону коридора, где находились их с Андреем двери. Может Разумов не хочет, чтобы друг его слышал?
— Он выпил таблетки, завтра почти весь день будет спать. Послезавтра ему нужно выходить в караул, и он должен пройти медосмотр перед этим, чтобы у него не было проблем.
Вика вспомнила внушительных объемов гору лекарств дома у Андрея.
— Вот так просто? Напичкал его таблетками и проблема решена?