Второгодка. Пенталогия (СИ)

– Неужели? – пожал я плечами, подступил к «Либхеру» и дёрнул за ручку.
Она открылась и показала пустую камеру винного холодильника. Блин! Я нахмурился. Было непонятно, почему он тут стоит совершенно пустой, безо всяких там Шато Латур и Мутон Рошильд сорок пятого года. Помню, когда‑то Никитос бредил этими названиями…
Я прищурился. Показалось или нет? Когда дёргал ручку, вроде бы весь холодильник чуть подался вперёд. Я потянул его на себя и он послушался. Но это ничего ещё не доказывало. Я выдвинул холодильник и заглянул за него.
  
За ним была глухая стена. А на ней находилась вентиляционная решётка. Я пробрался к стене, заглянул за другие холодильники, посветив телефоном. Там было пусто. В общем, кроме вентиляционной решётки… А почему, кстати, она такая большая… И что тут за вентиляция такая?..
Я прищурился, засунул руку в карман, достал ключи. У почтового ключика была ровная и тонкая пятка, как у отвёртки. Посветив, приладил ключик к одному из винтов, на которых держалась решётка. Сначала все ослабил, заглянул в щель и… Ну, конечно, а вот и он!
Я быстро‑быстро выкрутил все четыре винта и поставил решётку на пол. За решёткой пряталась дверь сейфа. Она была встроена в стену и утоплена в глубине. На двери имелся кодовый замок, но не на кнопочках, как сейчас делают, а старый добрый дедовский замок с колёсиком, которое надо крутить сначала в одну сторону, потом в другую, потом снова в эту, потом снова в ту.
Я сделал несколько снимков, включая замок и название сейфа. Burg‑Wachter. Наверное немецкий. После этого быстро вернул всё на свои места – поставил холодильник, выключил свет и снял с камеры платок. Поднялся наверх на второй этаж и нашёл спальню Кати.
Она лежала на кровати, распластавшись на животе и раскинув руки и ноги, как звезда, и громко сопела. Свет был включён, но она ни на что не обращала внимания. Я положил на тумбочку её очки и платок и вышел. А когда спустился на первый этаж услышал, что во двор заезжает машина.
Твою мать! Мышь заметалась и начала паниковать…
Это мог быть только Никитос! Я снова кинулся к лестнице и побежал вниз, в подвал. Раздались торопливые шаги на крыльце, и начал поворачиваться ключ в замке. Быстро примчался, если причина была в выключившихся камерах. Значит, находился неподалёку. Надо будет учесть на будущее такой вариант.
Я рванул вниз, снова в подвал. Естественно, первым делом он пойдёт проверять винный погреб. Спустился, пробежал мимо его секретной сокровищницы и забежал в следующую комнату. Это было техническое помещение, в котором стояла стиральная машина. Наверху хлопнула дверь.
Помещение было маленькое. Здесь, правда, имелся шкаф, для грязного белья или для порошков и куда можно было попытаться забраться. Но я увидел над стиральной машинкой небольшое горизонтальное окно. Я подскочил к нему и повернул ручку. Оно послушно открылось.
– Катерина, – закричал Никитос. – Мать твою, что ты опять устроила?
Я откинул створку, вскочил на стиральную машину и вылез наружу. Ширины как раз хватило, чтобы я прошмыгнул. Подцепив раму снизу, я прикрыл её, подтянул к себе. Не хотелось бы, чтобы Никитос заметил, что окно открыто.
Оказавшись снаружи, я прижался спиной к стене дома. Здесь как раз был мёртвый угол. Вполне возможно, после того, как сегодня отрубилась внутренняя система, в ближайшее время Щеглов эту ситуацию исправит.
Не дожидаясь пока Никитос поднимется наверх и начнёт смотреть в окна, я рванул к забору, забежал за вишнёвый куст, перелез и ушёл с территории. Продрался через кустарники и вышел на дорогу. А там уже всё было просто. Я вызвал такси, доехал до спорткомплекса, пересел на свою убитую тачку и покатил домой.
У подъезда тусовались две мрачные тени. Я их сразу узнал. Блин, сейчас мне только их не хватало, но пережидать, пока они смоются, было нереально. Князь, скотина, нахера он им сказал, где я живу? Я подъехал к подъезду, открыл окно и присвистнул.
– Алло, гараж, не меня ждёте?
– О! – недовольно воскликнул перебитый нос. – Тебя где носит?
– Давайте, прыгайте в тачку. Или хотите на весь двор базарить?
Они переглянулись и быстро подошли к машине. Перебитый нос уселся впереди, а его приятель Золотуха сел за ним.
– Сука, тебя сколько ждать можно? – воскликнул он.
– Я не понял, а мы что договаривались? Или я приглашал вас в гости? Приходите, сказал, да? Палите меня перед соседями, перед честными гражданами, пусть знают, что я с криминальным элементом дружбу вожу. Или что? Я чего‑то такого не припомню.
– Ты пасть свою прихлопни, – огрызнулся Перебитый нос. – Тебе Князь сказал, что там тухляк и что там пасут конкретно?
– А вы чем меня слушали? Я же предупреждал, что пасут и что надо обойти с обратной стороны, если вас не пустят через КПП. Обойти и посмотреть отступные пути, потому что нам оттуда уходить надо будет в экстренном режиме. Вы все там посмотрели?
– Нихера мы там не посмотрели! – воскликнул Золотуха. – Как посмотришь, если там эти вертухаи?
– Слышь, братан, какие нахрен вертухаи? Это ЧОП, гражданские лохи сидят и в экран пялятся. Короче, есть план, и нужно действовать по плану. А пока вы не понимаете, где и что находится на месте, никакого плана не будет. Давайте, езжайте снова.
– Хер там, – окрысился Перебитый нос, – поедем только с тобой.
– Нет, – покачал я головой. – Со мной не поедете. У нас разные задачи. И определяю, что и кто будет делать, я. А вы либо участвуете, либо вместо вас будут участвовать другие люди, более талантливые.
Золотуха зарычал.
– А чё мы там делать будем? – прищурился Перебитый нос.
– Скажу, когда время придёт.
– Нихера себе, ты не много на себя берёшь, ботаник? Давай говори, а то я тебя на куски порежу. Ты можешь хоть примерно объяснить?
– Я вам не примерно, а чётко объяснил. В доме сейф. В сейфе бабки. Будем проводить налёт. Но там сигнализация, всё серьёзно.
– Ну, а дальше чё?
– Подробно расскажу, когда время придёт. Будет кент, который сейф откроет. Вы возьмёте бабки и поедете на двух машинах, чтобы следы замести, ясно? А мы с кентом возьмём стволы.
– Там чё, ещё и стволы?
– Да. И на этом пока всё, подробнее сказать не могу. И так дохера вам выложил. Не вздумайте с кем‑нибудь поделиться. Даже друг с другом об этом не говорите. Иначе спалите нас всех.
Перебитый нос выругался.
– Откуда ты вообще об этом знаешь?
– Чувак, который сейф ставил, мой дядька троюродный. Он с нами пойдёт, будет вскрывать.
– А Князь? – спросил Золотуха.
– Достали вы с вопросами. Не прокуроры случайно?
Перебитый нос снова выругался.
– Давайте, пацаны, – кивнул я. – Послезавтра идите, всё там рассмотрите хорошенько со всех сторон, ясно? Чтобы там не мельтешить, послезавтра, ферштейн? Там другая смена будет.
– А точно смена другая?
– Точнее некуда. Не ссыте, перед делом соберёмся, всё чётенько обсудим, кто, куда и зачем. Будем действовать минута в минуту. А теперь давайте, двигайте и сюда вообще больше не приходите, ясно?
– Да заманал ты уже начальника из себя строить!
Они с недовольным видом вышли и шарахнули дверьми. А я поднялся домой и позвонил Кукуше.
– Дядь Слав, не спишь ещё? Не отвлекаю?
– Не‑не, всё нормально. Как дела?
– Да зашибись. Слушай, я тебе фоточку конфиденциальную сейчас скину. Глянь.
Я послал с того телефона, о котором никто не знал фотографии сейфа.
– Ух ты, «Вахтёр»! – хмуро прокомментировал он. – Непростой агрегат! К такому и на хромой кобыле не подъедешь. Ты серьёзно что ли?
– Да, есть такое намерение.
– Даже не знаю, что тебе сказать, – поскучнел он. – Нахрапом не получится. Подготовиться надо. А точно нужно?
  
– Давай подготовимся, – ответил я.
– Ты, племяш, даешь… – сказал Кукуша и в голосе послышались тоскливые ноты, – стране угля…
– Ладно, потом подробности объясню при встрече, – сказал я.
– Окей, – ответил он. – Лучше б утром позвонил. Сейчас буду всю ночь думать. Ладно… бывай…