Второгодка. Пенталогия (СИ)

– Где этот Алёша! – в сердцах воскликнул я.
– Чего⁈
– Где этот Алёша…
15. И вновь продолжается бой
 
 
В мире – зной и снегопад 
 
Мир и беден и богат 
 
С нами юность всей планеты 
 
Наш всемирный стройотряд! 
 
 
Ну, и дальше там… про бой. Вновь продолжается, понимаешь ли… Продолжается и продолжается, продолжается и продолжается. Мы так к нему привыкли, что даже и не представляем, что вообще делать будем, когда он вдруг закончится.
  
Я конечно рванул дальше, к выходу из арки, к свету в конце тоннеля, к огням большого города и к людям, которые обязательно придут мне на помощь. Правда, наверное, не в этот раз…
Это, как в компьютерной игре – сердце обрывается, ты уже видишь, что настал конец и даже успеваешь внутренне принять поражение, но мышцы и бурлящая кровь толкают тебя вперёд, не давая задуматься и сдаться. И ты жмёшь и жмёшь на кнопку мыши.
Те двое впереди тоже рванули в мою сторону и сзади появился ещё один. Как раз тот самый Алёша. Болта на тебя нет, мил человек, честное слово. Всего их стало четверо. Ну ладно, сдаваться я не собирался и мысленно превратил этот туннель в поле для американского футбола. Правда, веса у меня было маловато, чтобы пробивать двух защитников, но и они же не в доспехах…
Разогнался я славно, как метеорит. После баньки бы полежать, физику почитать, а тут такие вот дела. В общем, разогнался, нацелился и… БАБАХ! Прорвался‑таки, проскочил!
Есть!!!
Эти двое разлетелись в стороны, хотя были явно тяжелее. Ну, что тут скажешь, на бильярде надо почаще упражняться. На бильярде… Это, конечно, да, но только сам‑то я, пробившись и кое‑как пролетев между этими двумя шарами, запнулся, запетлял, затопал, как подбитый птеродактиль, и с высоты своего роста грохнулся на пыльный асфальт.
Ну, и всё. На этом удача приостановила поддержку, и на меня сверху навалились два здоровых мужика. Как говорится , налетели гурьбой, стали руки вязать, а потом уже все позабавились …
Я не сопротивлялся. Смысла сейчас не было, так что пусть видят во мне смиренного и послушного пленника. Меня подняли, схватили под руки, поволокли в сторону двора и затащили за трансформаторную будку, окружённую зарослями кустов. Там мы и затихли. Орать было бесполезно. Да и кто бы мне дал орать.
Один из четверых побежал за машиной, двое держали меня под руки, а ещё один трепал языком. Это был, как раз, Алёша. Сердце моё молотило, как сумасшедшее, а под ложечкой царапал когтями чёрный кот…
– Ты думал, твои синие братки годятся на что‑то, кроме как чепуху молоть? – усмехнулся он. – Мы же всё про тебя знаем.
– Ну, допустим, не всё, – покачал я головой, стараясь говорить спокойно и не проявлять особой озабоченности.
– Всё что нужно мы узнали, – самодовольно усмехнулся этот козел. – А остальное ты сам расскажешь.
– Алёша, что за дела? – хмуро спросил я. – Ты зачем меня похищаешь? Меня человек серьёзный ждёт, а ты мне голову морочишь своим всезнайством. Босса твоего отпустили что ли?
– Его и не брали, чтобы отпускать, – самодовольно ответил он.
– Вот как? Значит, вчера на очной ставке был человек очень на него похожий. С руками, скованными за спиной.
– Чего? – протянул Алёша.
– Значит, его прямо вчера и выпустили… – вслух размышлял я. – А это, в свою очередь означает, что либо он согласился сотрудничать с полицией, либо его выдернул кто‑то сильный и могущественный, либо он просто сбежал. Да вот только как сбежать от нескольких мордоворотов? А? Да ещё и от мордоворотов с серьёзной подготовкой. Нет, я лично в побег при таких обстоятельствах не верю.
Про свой собственный побег из бомжатника я дипломатично промолчал и продолжил думать вслух:
– Выходит, снюхался ваш Харитон с ментами, так? Сдал, наверное, кого‑то. Но тебя нет, конечно, ты же нормальный чел, правильно?
– Да нам пофиг, с кем он там сделки совершает, – немного напряжённо ответил Алёша, продолжая гнуть свою линию. – Это у вас, блатных, всё умное западлом считается. А мы плюём на ваши понятия и поэтому делаем вас на раз‑два.
Он нервно засмеялся и похлопал ладонью по сложенному кулаку, демонстрируя, как именно происходит это раз‑два. Впрочем, я скорее догадался, чем увидел, потому что в этой части двора было, хоть глаз коли.
– Он у вас прямо Трамп, – одобрительно подметил я. – Сделки заключает. Со следствием.
Но, с другой стороны, зачем бы Раждайкину перекладывать на вьетнамца работу, которую он мог сделать сам? У него был Усы с командой. Опять же, все ресурсы МВД тоже находились в его распоряжении, учитывая, что он был у меня на обыске. Ну, то есть можно было предположить, что он расколол вьетнамца и решил взять меня его руками. Но это выглядело несколько рискованно. К тому же, доверять Харитону он не мог.
Я просто рассуждал, что сделал бы сам на месте Раждайкина. Я бы Харитону точно не поверил, даже если бы имел на него что‑то железобетонное, типа подтверждённого обвинения в убийстве, похищении людей и торговле наркотиками. И в баню я бы людей не посылал. Зачем бы мне это было нужно? Тем более, Алёшины пацанчики очень сильно уступали Усам. Понтов много, а толку мало.
А вот если бы меня нужно было после завершения мероприятий отправить в мир иной, тогда да, дурочка лучше этого Алёши и представить трудно. Он – меня, а потом кто‑то – его самого при попытке оказать сопротивление. Только не слишком ли круто даже и для Никитоса устранять обычного, хоть и не в меру любопытного школьника?
Кто этого школьника вообще слушать будет, даже если у того на руках окажутся все на свете секреты, заверенные печатями планы рептилоидов и формулы содержащихся в химтрейлах веществ? Также и с компрой на начальника облУВД. А значит…
– Где он есть‑то? – недовольно пробормотал Алёша и начал крутить головой.
– Так ему объезжать далеко… – отозвался чувак справа от меня и полез в карман, расслабился. – Сейчас наберу…
Он ослабил хватку, наклонился ко мне, потянулся за мобилой. Тот что стоял слева не шевельнулся, стоял, как столб, и как он себя повёл бы в случае чего, я спрогнозировать не мог. Но совершенно очевидными были две вещи.
Попадать в лапы вьетконговца Харитона было крайне нежелательно, независимо от того вырвался он от Раждайкина сам или тот его завербовал. Это была первая вещь. И была ещё одна. Вторая. Лучшего момента для того, чтобы попытаться уйти можно было не дождаться.
Мысль работала быстро, спасибо Серёжиным молодым мозгам. Пока один из злодеев озирался, другой лез в карман, а третий стоял, как истукан, я уже просчитал все движения, последовательность и количество. А также риски. Риски были высокими, но и шансы имелись немалые.
Поэтому…
 
 
Весть летит во все концы 
 
Вы поверьте нам, отцы 
 
Будут новые победы 
 
Встанут новые бойцы! 
 
 
Поэтому я расслабился и совершенно неожиданно для конвоиров дёрнулся вперёд, гибко и очень быстро выскальзывая из их рук. Правый чувак дёрнулся, роняя телефон, левый попытался сжать ускользающую змею, а Алёша… На то он и Алёша, что он ничего и заметить не успел в этой тьме.
Я выстрелил, как пушечное ядро, толкнулся, прибавляя себе веса и вкладывая в этот толчок все силы и ярость. Ярость в некоторых случаях весит не меньше силы. Я обрушил удар своего костяного лба на твёрдую тьму перед собой. По хрусту, всхлипу и оторопелой реакции я понял что удар получился хорошим.
  
Набрав инерцию, я подмял под себя Алёшу и проскочил справа от обмякшего и начавшего заваливаться врага, умудрившись не запнуться. Тропинку видно не было и поэтому я просто влетел в кусты, проламывая себе путь, как раненый марал.