Дикий дождь (ЛП)

Рио застонал и заворочался, ища более удобную позицию.
— Я не хочу обсуждать это прямо сейчас. Спи.
— Мы будем спать снаружи? — Ей нравилась эта идея. Ветер шевелил листву, отчего она приятно трепетала вокруг.
— Не долго. — Рио поцеловал её в макушку, ощущая умиротворение от того, что она прижимается к нему, дымчатые леопарды совсем рядом, а на заднем плане, навевая сон, слышатся убаюкивающие капли дождя.
  
Рио проснулся ближе к рассвету. Он резко соскочил, ощутив опасность разумом и всеми нервными окончаниями. Где-то в глубине леса прокричал козодой. Пролаяли мунтжаки [1]. Группа гиббонов закричала в полный голос.
 На мгновение Рио закрыл глаза, наслаждаясь пробуждением возле Рейчел и маленькими кошками, свернувшимися калачиком около них. Ему была ненавистна сама мысль о том, что придётся потревожить сон любимой и постараться подготовить к очередной опасности. Казалось, этому не будит конца и края, словно Рейчел не достаточно уже пережила. Он хотел защитить её, подарить спокойную и счастливую жизнь. Сожаление сквозило в каждой линии его тела, когда ему пришлось сделать должное.
— Просыпайся, сестрилла, — позвал он, целуя её лицо, ресницы, уголки губ. — Наши соседи сильно расшумелись, пытаясь нас предупредить.
На мгновение Рейчел застыла, прослушиваясь, а потом обхватила его шею руками и прошептала:
— Он здесь, — в голосе сквозил неподдельный ужас.
Рио глубоко вздохнул. Медленно откинул назад её волосы и произнёс мрачно:
— Это не твой брат.
Он подал дымчатым леопардам знак, чтобы те слезли с дивана.
— Тогда кто? 
— Кого они узнали. И кто им хорошо знаком. Один из людей — леопардов, и до этого дня он никогда не пересекал границ моей территории. Ни в едином уголке.
Рейчел неохотно выпрямилась и, сонно зевая, встала на ноги. Медленно вздохнув, она спросила:
— Как далеко он отсюда? 
— В нескольких минутах. — Рио провёл ладонью по её лицу, и Рейчел почувствовала дрожь в руке. 
Взяв его руку, она приложила ладонь к своей груди, где билось сердце. 
— Мы вместе со всем справимся, Рио. Говори, что я должна делать.
— Сейчас мы зайдём в дом и осмотрим твою ногу. Ты не бережешь её, от перегрузки та снова распухла. Дальше мы оденемся и приведём в порядок наш дом, затем дождёмся незваного гостя и узнаем, что ему нужно. 
Рио прошёл мимо и вежливо открыл для неё дверь.
— Ты уже знаешь, кто это.
Он опять вздохнул.
— Да, знаю. Это Питер Дельгрото. Он входит в верховный совет. Его слово — закон для моего народа. 
Тёмные глаза пристально вглядывались в его лицо, о многом ей поведавшее. О том, что тяготило его сердце.
— Ты думаешь, что он попросит меня уйти.
Рио пожал плечами.
— Я выслушаю его, а потом выставлю.
Рейчел застегнула рубашку, как вдруг осознала, что не меняла её с тех пор, как одела в первый раз. 
— Этот старейшина идет сюда? Что крайне грубо! — Она выхватила из его рук джинсы и быстро похромала к кровати. — По-моему, соседи слишком часто заглядывают к тебе без приглашения.
— В окрестностях дефицит сахара, а я, как известно, очень сладкий, — съязвил он.
Рейчел фыркнула и закатила глаза.
— Интересно, что подумает твой маленький старый друг о твоей слащавости, увидев меня. Зачем он явился?
— Старейшины делают, что им в голову взбредёт, и идут, туда куда хотят.
— ещё один вид пиявок. Их тоже никто не приглашает.
Это снова произошло, у него ёкнуло сердце. Она могла вызвать его улыбку в наихудший момент жизни. Рио не мог даже вообразить, что бы сделал, если бы старейшины попытались отнять её у него, но одно знал точно — что не позволит этому случиться. Он подошёл к ней и, сев на корточки, стал осматривать ногу. Рио был уверен, что Рейчел никогда не признает власть старейшин. Она не росла под их влиянием, к тому же свою преданность уже отдала ему. Они, конечно, могут попытаться надавить, но она никогда не подчиниться. 
— Сейчас у тебя очень самодовольное выражение лица. 
— Самодовольное? Я никогда не бываю самодовольным. — Однако чувствовал он самое что ни на есть самодовольство. Если старейшины хотят заставить Рейчел принять его изгнание, то в ответ их ждёт лишь отповедь. 
Рейчел провела рукой по его тёмным волосам и потянула за шелковистые пряди, привлекая к себе внимание.
— Если они думают, что смогут изменить твоё наказание на смертную казнь, то они глубоко заблуждаются.
Всем своим обликом она демонстрировала воинственность, Рио усмехнулся и нежно нанёс на её голень чудодейственную мазь Тама. 
— Они не изменят наказание. Мои умения слишком ценны для жителей деревни, так что сомневаюсь, что они даже станут просить меня покинуть эту территорию.
Его пальцы успокаивали боль в ноге, тем не менее, его замечание заставило её заскрежетать зубами.
— Пусть они попросят нас уехать отсюда. Лес не их собственность. К черту их! Ненавижу тиранов!
Рейчел одним рывком натянула джинсы и стала заправлять постель быстрыми, порывистыми движениями. Она чуть было не ударила Фритца босой ступней, забыв про то, что кот спрятался под кроватью. 
Рейчел пылала от бешенства. Даже волосы потрескивали от электричества. Рио ухмылялся про себя, пока натягивал одежду. В доме стремительно наводился порядок, а хромота Рейчел становилась ещё заметней. 
— Присядь, сестрилла, — он старался, чтобы его голос звучал нежно. — Твоей ноге не станет легче от того, что ты скачешь туда-сюда. 
Он достал пистолет и тщательно проверил «магазин», аккуратно выложив каждую пулю на стол.
— У нас лохань стоит посреди комнаты, — указала она, и в её тёмных глазах заплясали чёртики. — Ты мог бы заняться этим вместо того, чтобы нянчиться со своим оружием. 
Его брови поползли вверх.
— Ты думаешь, я от нечего делать нянчусь со своим оружием? — изумлённо повторил он.
— Вот именно. Что ты намерен делать? Будешь стрелять в старейшину? Благороднейшего и наимудрейшего? Не то чтобы я возражала, просто предупреди меня заранее.
— У тебя опять начался период мелких капризов? Ты очень сильно облегчишь мне жизнь, если сначала будешь меня об этом предупреждать.
Она выпрямилась и медленно повернулась к нему лицом.
— Мелкие капризы? 
У него дернулись уголки губ. Рио изо всех сил старался сохранить невозмутимое выражение лица. Рейчел была похожа на вулкан перед извержением лавы. Его улыбка подобно динамиту стала бы причиной взрыва.
— У меня, возможно, не останется другого выбора, кроме как выстрелить в него. Любимая, подумай. Зачем бы ему понадобилось сюда приходить, если для него сам факт моего существования табу? В этом мало смысла.
Лохань с водой действовала ей на нервы, поэтому, прежде чем она метнула в него набитую ватой подушку, он зачерпнул несколько полных вёдер и вылил их в раковину.
Рейчел надолго замолчала, вглядываясь в его лицо, а потом опустилась на стул. 
— Это они придумывают правила? Они что, святые? Что они из себя представляют? В смысле помимо того, что они конченые идиоты, конечно.
— Рейчел, ты не можешь открыто называть их кончеными идиотами, — заметил Рио.
— Если ты можешь в них стрелять, то я могу называть вещи своими именами. — Она впилась в него взглядом, словно говоря: попробуй возрази мне. — Старейшины называют себя старейшинами только потому, что они старые? Древние? Или же это просто пустые слова? 
— Ты ни разу не встречала этого человека, а уже так враждебно к нему настроена.
Она окинула его взглядом, в котором плескалась едва сдерживаемая ярость.
— Я никогда не была враждебной.
  
Рио поднял ванну и вынес на веранду. Она всё ещё оставалась довольно полной, поэтому была очень тяжёлой. Вода расплескалась, когда он выплеснул содержимое через перила. 
— В том, что ты можешь позволить себе обозвать их как хочешь, если я выстрелю, даже есть своя логика, — мягко согласился Рио, пытаясь успокоить любимую.