Павел Первый. Другая история (СИ)

— По закону. — неожиданно твёрдо ответил он, подняв голову. — Я буду действовать по закону.
— Хорошо. Но ты же помнишь, что Панина нужно казнить?
— Да. Он будет казнён, а я лично буду присутствовать на этой казни. — решительно ответил он.
— Хорошо. — в очередной раз повторил я. — Но у меня два уточнения. Первое — казнь должна произойти в течение следующих двух месяцев. Отвечу сразу, я не хочу это затягивать, а так же, это важно для того, чтобы люди не забыли причину его казни. Событие заговора не должно остыть в головах людей, как и наказание за него? Понимаешь?
  
— Да.
— Чем дольше тянем, тем хуже это будет потом выглядеть. И тем больше потом будет возмущений. Сейчас, когда воспоминания о заговоре ещё совсем свежи, когда люди, а вернее знать, боятся попасть под раздачу, когда они боятся даже подумать о новом заговоре, тогда и именно тогда, надо закрепить результат! Нельзя ждать с казнью слишком долго. Ведь уже буквально через несколько месяцев, я уверен, начнут всё сильнее и сильнее ходить разговоры о том, чтобы быть милосерднее, быть более прощающим. И поверь, тогда будет намного, намного сложнее его казнить. В первую очередь сложнее для тебя. Ну а сейчас максимум что они могут, это шёпотом просить тебя пощадить его. Ведь сейчас о заговоре говорят все, но поверь, чем дольше ты тянешь, тем громче станет их голос.
— Я понимаю. — кивнул он. — В течении месяца приговор будет приведён в исполнение.
— Хорошо. Тогда второй пункт — Воронцов, его приговор должен быть суровым.
— Но вы говорили, что особое отношение только к Панину? — с некоторым удивление в глазах произнёс он. — А остальных… как суд решит.
— Казнить только Панина. — поправил я его. — Ну а с эти фанатиком Англии у меня особое отношение.
— Особое?
— Да. Понимаешь, большинство из заговорщиков участвовали в этом по той же причине, по которой и ты… — немного грустно улыбнулся я. — Они хотели сделать как лучше для России. Не так ли?
— Да… — опустил он взор. — Прости отец.
— Уже простил, сын. — вздохнул я. — В общем, как я и сказал, у этих людей была… благородная причина. Пусть это и было неправильно, пусть это и… отвратительно, убийство своего императора, нарушение своих клятв, но я могу это понять. Пусть и таким образом, но вы хотели благо для родины. Но этот ФАНАТИК АНГЛИИ, он делал это не по этим причинам. Он просто предатель. Понимаешь?
— Да… — немного неуверенно кивнул Александр. — Так вы хотите?
— Жёсткое наказание. — твёрдо ответил я. — Я не говорю про казнь, но ссылка для него и всей его семьи, плюс ПОЛНАЯ конфискация всего имущества у него и его ближайших родственников. Это минимум. Ясно?
— Но…
— Это минимум. Ясно⁈
— Да. Ясно.
— Хорошо. — кивнул я. — Кстати, его имущество пойдёт на благое дело.
— Благое?
— Да. Это третье дело, которое я хотел с тобой сегодня обсудить. Из четырёх. — улыбнулся я. — А именно я собираюсь основать Российское географическое общество!
— Географическое общество? — с некоторым недоумением переспросил он. — А это?
— Общество, целью которого будет сбор информации о нашей стране и его людях. — объяснил я. — Впрочем не только о нашей. У этого общества будут более глобальные задачи.
— Ясно. — тихо произнёс он, хотя по моим ощущениям, сильно яснее ему не стало… — Значит вы хотите направить имущество графа Воронцова на финансирование этого общество?
— Да. — кивнул я. — Вернее почти так. Если говорить более подробно, то его имущество пойдёт в казну, ну а уже потом, я выделю из казны деньги в качестве уставного фонда этого общества.
— Понятно. — более уверенно ответил он. — Но вы уверены, что этого хватит? И какая моя в этом роль? Вы же не просто так мне это говорите?
— Да. Не просто. — улыбнулся я. — Я хочу сделать тебя почётным президентом этого общества.
— Меня?
— Тебя. — довольно кивнул я. — Кстати, насчёт хватит или не хватит, это теперь тоже твоя забота.
— Но…
— Думаю, если это понадобится, то тебе не составит труда найти меценатов для этого благородного дела? Не так ли?
— Да, наверное… — несколько ошеломлённо ответил он. — Но это потребует времени, а у меня и так его не много…
— Ну… Разве ты не планировал стать императором? — спросил я его. — Разве не думал занять моё место?
— Думал…
— Ну вот. Тренируйся. — усмехнулся я. — Или ты думал, что у императора мало дел?
— Нет. Конечно нет.
— Правильно. Ведь у императора не просто много дел. Их невероятно много… — грустно произнёс я. — Император, это практически буквально в каждой бочке затычка…
— А?
— Шучу. — хмыкнул я. — Впрочем, в каждой шутке есть доля правды… Так что привыкай, как станешь императором, так можешь позабыть о свободном времени. Дел очень много и чем больше ты ими занимаешься, тем больше их становится… Вот такой у императоров парадокс…
— Я понял. — кивнул он. И удивительно, но он похоже действительно понял…
— Хорошо. Так что привыкай вести множество дел одновременно. — немного грустно посоветовал я ему. — Кстати, раз уж об этом зашёл разговор, то стоит поговорить о четвёртой причине твоего вызова.
— Я слушаю. — удивительно спокойно ответил он.
— Я хочу обсудить твой небольшой кружок по интересам. — тихо произнёс я, откинувшись на кресле. — Догадываешься какой?
— Простите, но нет…
— Строганов, Новосельцев, Чарторыйский, Кочубей. — перечислил я людей. — Эти фамилии тебе знакомы?
— Да, конечно. — кивнул он. — Но это просто… друзья.
— Друзья… — задумчиво повторил я. — То есть, вы не создали кружок по интересам, в которых обсуждаете Россию будущего? Россию, которая ОЧЕНЬ сильно отличается от себя нынешней. Я ошибаюсь?
— Нет, но… — взволнованно посмотрел он на меня.
— Но меня в этом будущем нет, не так ли? — усмехнувшись, перебил я его.
— ОТЕЦ. — резко вскочил он на ноги. — Я клянусь, что мы ничего не замышляем против вас. Мы просто иногда обсуждаем некоторые вопросы.
— Ага, верю.
— Я готов доказать!
— Не надо. Я же сказал, что верю. — улыбнулся я ему. — И сядь уже на место.
— Простите. — немного потеряно сделал он то, что я просил.
— Как я уже сказал, я тебе верю. — продолжил я. — И даже больше, я частично даже согласен с вашими идеями.
— Согласны? — с удивлением переспросил он. — С какими?
— Крестьянство. — просто ответил я. — Вернее крепостное право.
— Крепостное право? Неужели вы хотите от него отказаться? — ну вот, теперь он действительно в сильном удивление.
— Нет. Конечно же нет. — покачал я головой.
— Ясно… — растроенно произнёс он.
— Крепостное право, это не то, отчего можно отказаться просто пожелав… — вздохнув, продолжил я. — Думаю и ты прекрасно понимаешь, что это просто невозможно. По крайней мере сейчас.
— Да. Вы правы…
— Но его можно реформировать. — обрадовал я его. — Вернее, его надо реформировать.
— Вы так думаете? — настороженно посмотрел он на меня. Да уж, похоже я за этот разговор уже так часто его удивлял, что он теперь не так к этому воспримчив… — Вы же раньше были против… И даже наоборот, говорили, что это абсурдные идеи…
— Ну… Обстоятельства изменились. — расплывчато ответил я.
— Из-за заговора?
— Ммм… Да, частично из-за него. — кивнул я. — В общем, я понял, что нужны перемены. Естественно их нельзя делать сразу и без подготовки, но вполне можно и даже нужно постепенно их всё же начинать. Постепенно. Это главное. Ясно?
— Да, отец. — кивнул он. — И я так полагаю у вас уже есть план этих изменений?
— Да. Вернее это и будет твоим заданием. Вместе с твоими… друзьями. — ответил я ему. — Вы должны составить и принести мне план по постепенному отказу от крепостного право. План должен быть рассчитан минимум на десятилетия. С постепенным ослаблением зависимости крестьян. И думаю первым пунктом должен быть запрет на продажу крестьян без земли. Ясно?
  
— Да. Ясно. — с практически ощутимым энтузиазмом ответил он. — Мы приложим все усилия над этим делом!