След пророчества

Внутри кафе царила атмосфера домашнего уюта. Неяркий свет старинных ламп создавал мягкие тени на стенах, украшенных картинами с сельскими пейзажами. Гостей было немного: в углу расположилась молодая пара, погружённая в беседу; перед ними дымились две чашки ароматного кофе. За центральным столиком женщина с двумя девочками наслаждалась ванильным мороженым. Четверо мужчин за столиком у стены вели оживлённую беседу, подкрепляя её сытными блюдами. Я должна была присесть за второй столик от двери. Он как раз пустовал и идеально подходил для наблюдения за входом и остальными посетителями.
  
Тут же ко мне подошла молоденькая официантка с длинной рыжей косой, которую она небрежно откинула назад. Девушка заговорила со мной по-польски, я не знала этот язык и стала отвечать на немецком. Официантка недовольно сморщила курносый нос и, видимо, кого-то позвала… Из кухни появился молодой человек, его тёмно-синяя униформа была аккуратно отглажена, а на фартуке не было ни единого пятнышка. Он вежливо улыбнулся и, к моему облегчению, заговорил на безупречном немецком:
– Добрый день, фройлен. Чем могу служить?
Я расслабилась и сделала заказ, попутно осматривая помещение. Мои глаза невольно скользили по каждому углу, выискивая что-то необычное. Время шло, а мой напарник всё не появлялся.
Мне принесли заказ: свекольный борщ, от которого поднимался пар, наполняя воздух сладковатым ароматом тмина. Рядом дымилась порция бигоса – тушёная капуста с нежными кусочками говядины, копчёной грудинкой и черносливом. На десерт я заказала пончики, их золотистая корочка блестела от клубничного варенья, а рядом стояла кружка травяного чая, где листья мяты описывали круги в прозрачной воде. Всё так ароматно пахло, что я сразу приступила к трапезе, но взгляд невольно скользнул к круглым часам на стене напротив. Большая стрелка неумолимо двигалась к двенадцати. Что же могло случиться? Я старалась не поддаваться панике. Успокаивала себя, что всё хорошо, Трофимова, скорее всего, задержали дела. Но нехорошее предчувствие сжимало сердце, и я начала думать, как быть, если мой напарник так и не появится.
Ехать одной до Берлина? Место встречи с Эрихом я знала, пароль тоже, только… Как быть с документами? Они лежали в потайном кармане сумки, но без печати пограничного контроля – это просто бумажки. Официально я не прошла границу. Да уж, тупик.
Женщина с девочками покинула кафе, а я приступила к десерту. Какими же вкусными здесь были пончики! Решила, что закажу ещё и спрошу у Юлиуша (так, кажется, звали официанта), где можно недорого снять квартиру. Польские деньги имелись, Мишанин не скупился. Сказал: «Для такого дела ты должна быть всем обеспечена». Только хватит их на месяц, если не шиковать…
Едва я собралась подозвать Юлиуша, как звякнул колокольчик. В проёме двери замерла девушка в светло-зелёном платье, похожем на весенний лист. Её соломенные волосы были собраны в небрежный пучок, а на плече болталась красная сумочка. Незнакомка оглядела присутствующих, а затем воскликнула на русском с лёгким акцентом:
– Арина! Сколько лет, сколько зим! – Девушка бросилась меня обнимать, и от её духов – жасмин с горьковатой полынью – перехватило дыхание. Я замерла, пытаясь прийти в себя и определиться, как быть.
– Ты хоть улыбнись, – процедила сквозь зубы незнакомка. Её карие глаза чтеца пристально наблюдали за мной; по виду она была ненамного старше меня.
– Привет, – выдавила я улыбку. Мой нож лежал в рюкзаке, но чтобы его достать, надо было наклониться… непродуманно и глупо. Кулон не предупреждал, значит, магичка пока не лезла в мою голову.
– В полдень обычно дождь в Эльблонге, а сегодня ни облачка, – произнесла девушка пароль Трофимова.
– Мой зонт всегда со мной, дождь мне не страшен, – тихо сказала я, сжимая кружку так, что пальцы побелели.
– Быстро допивай чай и уходим, – прошептала незнакомка, и громче для посторонних ушей добавила: – Это прекрасно!
К нашему столику подошла официантка, она хмуро взглянула на меня и, коверкая слова, произнесла:
– Русский тут все знает. Зачем говорила на немецком?
Магичка недовольно поджала губы. Что не так? Да, плевать.
– Потому что я из Дрездена, – пожала плечами я и, подхватив свой рюкзак, поднялась. Официантка фыркнула, будто не поверила, забирая оплату.
Когда мы вышли на улицу, чтец резко сунула мне в руку таблетку.
– Это стикс. Срочно прими.
Дождь противно моросил, и я накинула капюшон. Мы петляли между кирпичных домов с облупленными ставнями, уходя к окраине. Жители попрятались от дождя – только старуха в чепце, выливающая помои, бросила вслед косой взгляд. Я застегнула ворот плаща, бежать на сытый желудок было тяжело. С каким удовольствием я бы сейчас упала на кровать и проспала до утра.
Чтец шла впереди, резко обходила телегу с сеном, ныряла под арки домов. Иногда она оборачивалась, чтобы убедиться, что я не отстала. Незнакомка так и не представилась и больше не заговаривала со мной. Я тоже молчала, хотя так и тянуло спросить: «Почему меня не встретил Трофимов?».
Девушка завернула за угол, я последовала за ней и оказалась прижата к стене рукой незнакомки:
– Что случилось? – с тревогой спросила я.
– Потом поговорим, сейчас надо от них скрыться, – торопливо произнесла чтец. Её взгляд метнулся к концу переулка. – Слушай внимательно, если вдруг так случится, что мы с тобой… потеряемся, то ищи укрытие. Неважно где, главное – спрятаться. Выйдешь вечером и ориентируйся на собор.
Она указала на шпиль, который возвышался над всеми зданиями.
– Идём!
И чтец рванула вперёд, вцепившись в моё запястье. Я не ориентировалась в городе, не знала, что происходит и от кого мне надо прятаться. Просто бежала за девушкой, имени которой даже не знала, мимо вывесок, мимо мастерских.
Осталось только перейти дорогу, как из узкого переулка, заваленного гниющими ящиками, вышли трое мужчин, от них несло дешёвым алкоголем. Один, коренастый, со шрамом через левую бровь, толкнул мою попутчицу в плечо так сильно, что наши пальцы разжались.
Чтец упала на мокрую брусчатку. В этот момент высокий мерзавец в кожаном нагруднике схватился за виски – его лицо исказила гримаса боли. Магия чтеца опасна, если он пробрался в голову, то… всё. Девушка быстро вскочила, смахнув кровь с разбитой губы, третий негодяй – лысый, с татуировкой скорпиона на шее – шагнул ко мне. Он криво ухмылялся, показывая жёлтые зубы.
– Попалась, девка, – прошипел бандит, вращая в руке нож с зазубринами.
Тот, что был со шрамом, снова ударил девушку в грудь – она отлетела к стене, сбив ржавую вывеску аптеки.
– Беги! – крик чтеца прозвучал хрипло, но повелительно.
Я быстро взглянула на неё с твёрдым намерением помочь, а из-за поворота бежали ещё трое. Сердце бешено застучало, ноги будто вросли в землю.
– Ну! Это приказ! – Девушка ударила мерзавца со шрамом станером, похожим на круглую расчёску. Электрический разряд прошелся по мужскому телу, и бандит упал с глухим звуком.
– Что стоишь? – И она бросилась на лысого, чей нож уже описывал дугу в воздухе. Мой кулак врезался в рёбра негодяя, а чтец хорошо приложила его станером. Лысый взвыл и рухнул рядом с приятелями.
– Живо! – Девушка резко развернулась и метнула в приближающуюся троицу станер. Он ударил в лоб мерзавца, который бежал впереди. А после рванула в противоположную сторону от собора.
– Через рынок! – услышала я голос чтеца. Она оглянулась, в её карих глазах горела ярость. – Там лабиринт лотков…
Мы влетели в узкие проходы между ларьками с фруктами. Сзади грохотали ящики – преследователи крушили всё на пути. Чтец резко свернула за угол с табличкой «У рыбака» и прижала меня к стене, где на тонкой верёвке сушилась рыба.
  
– Тише, – прошептала девушка, осторожно выглядывая. Как будто я сама не знала, чуть не фыркнула от негодования, но сдержалась. Сейчас ехидничать было не к месту, надо было скрыться от преследователей.
– Ха, я знала, что они свернут налево, здесь из-за высокой стены все думают, что прохода нет – а он есть, – подмигнула мне девушка. – Знают только избранные маги.