Грехи прошлой жизни (СИ)
По всем каналам крутили мой позор. Господи, как много бы я отдал, чтобы на моем месте оказался кто-нибудь другой! Закрыв пылающее от стыда лицо руками, я сквозь пальцы смотрел очередной новостной ролик. Вот снимают, как десяток рослых, больше двух метров, мужиков выходят из шарообразного космического корабля, спускаются по трапу. Чуть-чуть зеленоватые, нижняя половина лица у всех закрыта глухой полумаской, видимо, с воздушными фильтрами. Один из них явно отличается формой, наверное, командир. Мы стоим с камерами и диктофонами, солдаты с оружием в боевой готовности, учёные и военное командование готовятся к контакту. Этого вот командира подбадривают, похлопывают по плечу, он нервно одергивает подобие мундира, расправляет плечи и выступает вперёд. Мы напрягаемся, это все сняли. А ещё все сняли, как он прошел мимо встречающих, как мимо пустого места, остановился передо мной и чуть наклонил голову, заглядывая мне в лицо. Рядом как раз был репортёр другого канала, чтоб он сдох, и поэтому весь мир мог слышать тихое, с отчётливым акцентом предложение:
— Простите мою поспешность… Вы же меня понимаете? — я тогда за каким-то хуем кивнул, лучше бы отнекивался. — Ещё раз простите, что я пропускаю ритуал ухаживания и не успел изучить, как подобное принято делать в вашем обществе, но не согласитесь ли вы стать моим сексуальным партнером?
— М-м-м… Э-э-э… — полный, бесповоротный, стопроцентный ахуй был на лицах у всех, кто слышал.
Я не нашел ничего лучше, кроме как дать по съебам. Пиздец, господи боже, какой пиздец! Хорошо хоть, что не втащил ему к чертям, точно бы на месте шлепнули.
Глянув на загоревшийся экран телефона, я отвёл взгляд. Звук пришлось выключить, потому что трезвонили все и без перерыва. От одной только мамы уже под сотню пропущенных. А в телике — очень грустное лицо инопланетянина крупным планом. В новостях ещё говорили, что они запросили остановку на нашей планете для забора топлива и атмосферы, обещали, что возьмут немного кислорода, углекислого газа и воды. Большой, реально большой корабль остался на орбите, а спускаемый аппарат прилетел в тайгу.
В сети тоже творился пиздец. Те, кто узнали меня, поспешили начать ПРОДАВАТЬ, блять, ссылку на мою страницу и адрес почты всем желающим мне написать. И, судя по количеству желающих, торговля шла очень успешно. Суки блядские. Никогда больше из дома не выйду. Хоть вешайся нахуй. Хотел хороший репортаж — на тебе хороший репортаж.
Я дернулся, когда в дверь позвонили. Въехал я в эту съемную квартиру позавчера, когда объявили место посадки, приходил поздно, уходил рано, соседи меня ещё толком не знали. Так кто же припёрся?
Оказалось, непосредственное командование из присутствовавших на контакте. И учёные. И ещё кто-то в штатском, видимо, гораздо круче варёных яиц.
— Все просто, — с порога начал штатский, оттеснил меня плечом и уселся на мой диван, как у себя дома, — мы делаем предложение, если ты отказываешься, тебя никто никогда больше не увидит. Понятно?
— Так точно, — неохотно ответил я.
Да теперь уже никого не боюсь, ёпта. Конечно, меня быстро приберут после отлёта этих зеленых человечков. А я и так уже на весь мир прославился, помру, как селебрити. Говорил я бате, что не хочу на журфак, говорил!
— Поэтому ты должен отправиться туда и принять его предложение, а он в ответ поделится с тобой информацией о их технологиях, — спокойно глядя на меня, штатский сложил ручки на животике, ишь, курва.
— Ещё чего, перед инопланетянином жопой торговать? — возмутился я, скрестив руки на груди. — Вы вообще знаете, как у них там с сексуальными партнёрами обходятся? А если он мне голову откусит?
— Нам все равно, — мило улыбнулся штатский, — мы сейчас тебя исследуем, чтобы попытаться понять, что его привлекло, и передадим ему. Можешь гордиться, тобой заинтересовался капитан межзвездного крейсера.
— Ха-ха! — процедил я. — Не заставите!
— Шилова Наталья Владимировна, пятьдесят два года, город Самара, — скучающим тоном озвучил он, — Шилов Алексей Семёнович, пятьдесят три года, город Самара, сейчас на вахте на Новосибирских островах. Мне продолжать?
— Пидарасы! — от души пнув несчастный диван, я выключил телик, захлопнул ноут, лихорадочно засунул в карман телефон и рывком сдернул с вешалки кожанку.
Хорошо хоть, не разувался, когда пришел. Пиздец, ещё и родне угрожают! Хотя можно было и догадаться. Ладно, ладно, зато потом я напишу книгу «Секс с инопланетянином: ожидания и реальность», буду давать интервью и вообще прославлюсь и разбогатею!
У меня взяли анализ крови, волосок, кусочек ногтя и кожи, слюну. Поинтересовались габаритами члена и нет ли у меня геморроя, умею ли я делать минет. Ага, блять, каждые полгода тренируюсь по три раза в день! И телефон забрали, хотя я мог бы на него незаметно пофоткать.
Корабль зелёных был оцеплен, им дали доступ к реке, у которой они и приземлились. Трап был гостеприимно опущен, у входа стояли двое часовых, на вид безоружных. Они о чем-то между собой пострекотали и сделали нам знак ждать.
Капитан явился через пару минут. Я нервно переминался и не решался поднять взгляд. Хотелось опять убежать, да подальше, чтобы точно не нашли. Ладно, может, съеду с темы размножения, типа, у нас приняты долгие ухаживания, не меньше полугода, ах, как жаль, что вы тут всего на четыре дня.
— Почему все выглядит так, будто это не совсем добровольный поступок? — нахмурился зелёный, ещё даже не до конца спустившись.
Меня незаметно пихнули в спину, так что я выступил вперёд.
— Просто я… Э-э-э… — он сейчас подумает, что я дегенерат! — Понимаешь, был не готов немного, да… Волнуюсь, все дела…
— Не бойся, — судя по морщинкам в уголках глаз, он улыбнулся под маской, вручил мне почти такую же, — у нас принято уважительно относиться к партнёрам.
Ну хоть теперь не «сексуальным партнёрам», хотя это явно подразумевается.
Было стрёмно подниматься с ним туда, стрёмно и страшно. Хотелось оглянуться на тех, кто меня сюда привел, но я только плотнее прижал маску к носу и рту. Все встречные инопланетяне что-то приветливо стрекотали, капитан отвечал в том же тоне и вообще лучился счастьем. От этого было ещё стремнее. Типа «приятного аппетита, кэп!», «будьте там потише, кэп!». Да ещё и далеко не все они были одинаково здоровыми — попадались парни примерно моих габаритов и вообще мелкие и тощие. Никаких переходных вариантов, только модификации «бугай», «нормальный» и «пиздюк». Я бы спросил, если бы мне дали такую возможность.
Вежливо пропустив меня первым в небольшую каюту, залитую очень ярким светом, капитан дождался, пока воздух в проеме затвердеет и побелеет, и приложил к нему ладонь. Я хотел спросить, как это работает, но сухой щелчок выбил все мысли — дверь заперта. Меня сейчас будут ебать. Мама…
— Подожди немного, я сейчас отрегулирую освещение и состав атмосферы для тебя, — гораздо менее формальным тоном, чем в первый раз, надо же.
— Вы не можете дышать нашим воздухом? — поинтересовался я, наблюдая, как он выставляет параметры на небольшой панельке у двери.
Свет сразу потускнел, совсем тихо, на грани слышимости что-то зашипело.
— Можем, оптимальное содержание кислорода для нас от семи до шестидесяти процентов, — повернувшись ко мне, он протянул руку, — если содержание кислорода меньше, но достаточное для фотосинтеза, как и содержание углекислого газа, некоторое время можно функционировать, особенно при наличии света.
Я положил ему на ладонь маску, пытаясь осознать. Фотосинтеза. Фото, блять, синтеза. Да он же ебаное растение!
— То есть, вы…
— Если мы растения, то вы — мясо, — опасно прищурился капитан, я капитулирующе вскинул ладони, — прости мой тон, ваши учёные ужасно бестактны. Да, физиологически в вашем мире растительные организмы ближе всего к нам.
Понятно, успели заебать уже своими вопросами и сравнениями.
— Но зачем тогда тебе маска? — спрашивать это создание обо всем было так интересно, что я даже на некоторое время забыл бояться.