Белый маг (СИ)

Подумав немного, я спросил:
— Сдается мне, Алексей Михайлович, что вы не обо всем мне сообщили. Почему вы решили, что я смогу стать Белым магом?
Светлейший будто ждал этого вопроса. Он встрепенулся и многозначительно поднял вверх палец.
— Ты зришь прямо в корень! И меня это радует. Не стану скрывать: было время, когда я полагал, что и сам смогу стать Белым магом, и находил все предпосылки для этого. Я даже сразился с тремя демонами, и так же, как и ты обрел силу трех… Кстати, по поводу этих «эполетов», на которые ты все время косишься: они вскорости исчезнут. Это просто остатки излишней силы испаряются из тебя. Той силы, которая не может быть использована твоим организмом, и была изначально предназначена только для тела демона. Еще несколько дней — и свечение пропадет само собой. С тебя спадет вся лишняя шелуха, останется только голая неодолимая мощь…
  
Я бегло глянул на свои плечи. Свечение «эполетов» уже почти улеглось, осталось от него едва заметное мерцание.
— Но лишь одной силы трех демонов, к сожалению, слишком мало, чтобы стать Белым магом, — продолжал князь. — Необходимо еще пройти определенный обряд в Зеркальном храме на скале Арабойра, что находится в Запределье, в стране, что называется Серой Русью. И после этого жрецы храма назовут тебя Белым магом, и только тогда ты сможешь привести в действие Немое Заклинание… В свое время я не смог сделать этого. Белого мага из меня не вышло, и тогда я начал поиски того, из кого точно выйдет. И нашел тебя… Это я сделал так, чтобы ты отправился в Сагар и повстречал в пути двух демонов. Это я устроил тебе встречу с третьим демоном. И теперь я знаю наверняка: жрецы Зеркального храма признают в тебе Белого мага! Ну, а дальше — тебе решать, Алешка!
Желая подчеркнуть силу сказанного и всю торжественность ситуации, князь вскинул вверх обе руки. И то ли случайно, то ли намеренно между его ладонями проскочила кривая синяя молния. Послышался сухой треск, на мраморный пол посыпались шуршащие искры и раскатились по залу, быстро угасая.
Покрутив головой, я проводил их усталым взглядом, а затем вновь перевел его на светлейшего. Сказать, что в голове у меня сейчас было пусто, означало не сказать ничего. Пустой была не только моя голова, абсолютную пустоту я чувствовал во всем теле. Я был просто мыльным пузырем, вылетевшим из груды пены, взбитой старательной прачкой. Ощущение пустоты и зыбкости не покидало меня. В любой момент моя тонюсенькая оболочка могла лопнуть, и не осталось бы от меня ничего, лишь влажное едва заметное пятно на этом мраморном полу…
Должно быть, князь видел мое состояние, потому что отпустил руки, отряхнул с ладоней последние синие искры и сказал, кивая:
— Я не прошу давать ответа прямо сейчас. Я понимаю тебя, и представляю себе тот груз ответственности, который тебе надлежит на себя взвалить. Тебе нужно все хорошо обдумать. Так думай же, тезка, думай! Но помни: судьба всего мира зависит от твоего решения. Не стоит причитать по прошлому и надеяться, что оно воротится, и все снова станет, как встарь. Такого уже не будет. Прошлое осталось в прошлом. А вот каким станет будущее — это уже тебе решать! И как только ты почувствуешь себя готовым пройти обряд в Зеркальном храме — открой «тайную тропу». Теперь ты умеешь делать это. И уже там, на тропе, произнеси одно короткое заклинание: «Трипта ла буарда грен рас». А дальше ты и сам поймешь, что нужно делать…
Говоря это, князь аккуратно взял меня под локоть, а второй рукой указал в том направлении, откуда мы пришли к стоящему за колонной гробу. Неторопливо мы двинулись в обратном направлении, а я даже не чувствовал собственных шагов. Мне казалось, что тело мое плывет над полом, влекомое рукой светлейшего. И те слова, которые говорил князь на всем протяжении обратного пути, доносились до меня как бы издали, глухо и раскатисто, как бывает, когда нырнешь в воду с головой, а кто-то с берега начинает тебе что-то кричать.
И даже образ князя выглядел каким-то размытым. Полагаю, что таким образом сказывалось на мне длительное пребывание в Запределье, хотя в самом Запределье понятие длительности теряло всякий смысл. Весь этот огромный зал в еще более огромном дворце, эта бесконечная лестница, которая вновь предстала перед моим взором — все это находилось на «тайной тропе», и это обстоятельство могло иметь свои последствия.
Меня мутило, как с изрядного перепития, хотя я и не великий поклонник неумеренных возлияний, и в подобном состоянии пребывал в своей жизни не часто. Однако схожесть определенно была.
Вероятно, светлейший князь заметил мое состояние, потому что ускорил шаг, а на лестнице уже попросту тянул меня по ступеням за руку.
— Ничего, Алешка, это не страшно, — приговаривал он. — Это тебя с непривычки так мутит, это на тебя близость Запределья действует подобным образом… В следующий раз легче будет… Даже хорошо, что ты сейчас через это прошел, потому как в Серой Руси тебе не до того придется… Ты главное запомни заклинание: «Трипта ла буарда грен рас». Хорошенько запомни! Иначе не попадешь ты куда следует, а вынесет тебя неизвестно где, и тогда уже никогда не вернешься назад! А ну-ка, повтори, Алешка, что я тебе сказал…
— «Трипта ла бурда грен рас», — равнодушным голосом повторил я.
— Нет! — вскричал князь, замерев на лестнице и резко ко мне развернувшись. — «Ла буарда»! Правильно — «ла буарда»! Это важно! Это очень важно! Повтори…
— «Трипта ла буарда грен рас», — исправив свою ошибку, вновь повторил я.
Язык меня едва слушался. Собственная оболочка ощущалась истонченной до такой степени, что было странным, как я до сих пор не воспарил над лестницей.
— Правильно, молодец, Алешка. А теперь повтори еще раз, мы с тобой не имеем права на ошибку…
— «Трипта ла буарда грен рас»…
— Снова верно. И еще раз!
И так я повторял заклинание раз за разом, раз за разом, все то время, пока мы не поднялись наверх.
В свой кабинет светлейший буквально внес меня на руках. Ноги больше не слушались и не желали шевелиться, а колени отказывались сгибаться. Я совершенно безвольно обводил мутным взглядом пространство вокруг, высматривая, куда можно было бы проблеваться. Глянув мне в глаза, светлейший сразу все понял. Он усадил меня в кресло, вытащил из-под стола корзину для бумаги и сунул ее мне прямо под нос.
И вовремя. Едва завидев этот подходящий для моих целей предмет, я немедленно и шумно вытошнил содержимое своего желудка прямо в корзину. Утер рукавом губы и холодный пот со лба. Светлейший забрал у меня корзину, брезгливо в нее заглянул и поставил у стены.
— Тебе нужно плотнее завтракать, Алексей Федорович, — посоветовал он. — Блюешь одной слизью… Ничего, сейчас полегчает. Уже полегчало. Ну я-то знаю, сам через такое проходил. Это просто привыкание к Запределью… И запомни еще одну вещь: тропа, которую ты откроешь, не должна иметь конечной точки. Ее задаст заклинание. А когда пройдешь обряд и станешь Белым магом, ты должен будешь привести в действие Немое Заклинание. Знание об этом откроются тебе после обряда. Тебе много что откроется.
— А как же я вернусь назад? — прошептал я с трудом.
Впрочем, мне уже заметно полегчало. Голова перестала кружиться, тошнота прошла, да и тело не казалось теперь мыльным пузырем. Только сердце еще колотилось, как сумасшедшее, но ритм его, хотя и медленно, но все же приходил в норму.
— Для Белого мага это не проблема, — заверил меня светлейший. — Познание Вселенной придет к тебе само собой, и довольно скоро… Ну что, Алешка, очухался?
Последний вопрос он задал как-то слишком уж весело, даже с усмешкой.
  
— Да, вполне…
Не то чтобы я совсем очухался, но чувствовал себя уже сносно. Силы быстро возвращались, тело вновь стало послушным. Светлейший протянул мне руку, я немного неуверенно взялся за нее, и он помог мне подняться с кресла.
— Тогда нечего просиживать штаны в моем кабинете! — со смехом заявил князь. — Отправляйся на службу и входи в курс всех дел. И не удивляйся, если по городу в скором времени пойдут слухи о том, какой у нового полицмейстера невероятный ум и смекалка. Какой он замечательный человек сам по себе, и все такое прочее. Лишняя скромность в нашем деле ни к чему… — он совсем уж по-отечески поправил мне ворот. — Тебе репутацию зарабатывать нужно. Нам с тобой еще всем миром править предстоит!