Куратор (СИ)

Или, например, взломать камеры наблюдения, или сервер с данными. Быть может, даже сервера «Щита». Ведь я же знал эту безопасность и её слабые места.
Но для этого нужно взломать кошелёк.
И что же мог использовать Воронцов?
Я ввёл «Мастер и Маргарита» английскими буквами, русскими, с пробелами и без, большими и малыми.
Не работает.
Этот любитель пафоса так и цитировал «Мастера и Маргариту» во время нашего разговора: и что трусость — самый страшный порок, и про квартирный вопрос, правда, заменяя его на криптовалютный, и про Аннушку, разлившую масло, и что-то ещё.
  
Думаю, пароль он использует на эту же тему. А Воронцов — слишком пафосный тип.
Я ввёл самое пафосное из книги, что мог припомнить: «В белом плаще с кровавым подбоем, шаркающей кавалерийской походкой…» и далее, что помнил из романа.
Бесполезно.
Даже если используется именно эта фраза — буквы могут быть разные. Или сплошное слово без пробелов, или английские, или вообще русские.
Да даже какой-нибудь абзац из романа, а то и целая глава.
Вариантов слишком много, это всё нужно подбирать. Подключить Мишу? Не, это не макбук, тут дело серьёзнее.
Велел себе поспать. Лёг на кровать, положив голову на подушку, укрылся одеялом. Прислушался — тишина. Всё спокойно. Но сон не шёл.
Программист Воронцов любил пафос. Запомнил ли он парольную фразу? Или где-то отмечена подсказка? Может быть всякое, и надо смотреть записи ещё раз. Но у него там ногу сломишь в его почерке, да и рисует он так себе, хотя я узнал Понтия Пилата из книги и…
Я открыл глаза.
Рисунки в записной книжке. Понтий Пилат на балконе, тёмный город и надпись «Ненавижу». Ну ты и фанат книжки. Эстет, блин.
Но… это же для запоминания. Он не мог изобразить так слова из сид-фразы, ведь в них важна точность написания. Но остальное-то он мог нарисовать, чтобы вспомнить какой-нибудь код или пароль. Например, тот рисунок дрона с цифрой 32, означавший служебный код, или…
Я тут же вскочил, чуть не опрокинув тумбочку. Кто-то из парней заворчал и поднял к глазам телефон, чтобы узнать время.
— Ты всё-таки «Атаку титанов» без нас решил посмотреть? — заспанным голосом спросил Миша.
— Тише, — прошипел Саша со своего места.
— Спокойнее, Александр Анатолич. Чё-то есть хотелось, — он начал ворочаться.
— Спи уже.
А пока они препирались, я запустил браузер и сверился в интернете, как точно было записано в романе «Мастер и Маргарита».
После запустил приложение с кошельком и вбил парольную фразу.
На русском, с пробелами.
«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город».
И кошелёк открылся.
  
Глава 15
 
Это явно был не тот кошелёк, который Воронцов получил от Трофимова. Программист делал всё по уму.
Ему перевели деньги за предательство, а он запускал длинную цепочку дальнейших переводов, чтобы его было сложнее отследить.
И этот так называемый мультивалютный кошелёк, как я уже изучил, был результатом всех операций Воронцова. Именно поэтому он так за него держался.
Здесь было всё, это его личный запас, который он держал при себе, чтобы ему было на что жить после переезда. Родину он продал дорого, денег ему за это отсыпали много.
Но на кошельке было не всё.
Ведь Воронцов всё же мечтал, что однажды уедет за бугор, и готовился к этому заранее.
Я смотрел баланс, изучал транзакции. В самом начале было несколько очень крупных входящих переводов со стороны без всяких меток. Насколько я мог судить, делал их сам Воронцов, чтобы скрыть, откуда они пришли изначально.
Датировалось это примерно январём этого года, то есть ещё когда программист был ведущим специалистом проекта и спокойно себе работал.
Плохая новость — многое потрачено. Хорошая — потрачено не всё.
Я открыл историю курсов криптовалют на сайте, примерно прикинул суммы и понял, сколько ему заплатили за все секреты: около трёх миллионов долларов в криптовалюте.
На тот момент это было примерно около тридцати биткоинов.
Казалось, что много, но за то, что он учудил, это было чуть ли не стандартной ставкой по прейскуранту. Я занимался контрразведкой и знал расценки, которые за бугром платят за такие услуги.
Обычно за подобное предательство платят от трёх до десяти миллионов, вот и заплатили по нижней границе. Чтобы и не слишком дёшево, ведь надо же подцепить рыбу на крючок, чтобы она клюнула и не слезла. Но и в то же время, чтобы не переплачивать.
Да и там были свои схемы. Даже забугорные разведки слыхали про откаты и не стеснялись ими пользоваться. Написали, например, что заплатили десять лимонов, часть забрал себе агент, часть приватизировал Трофимов, остальное ушло программисту.
Да и те, кто организовал схему, заработают миллиарды. А это — плата за ключ к сложной системе и содействие за то, чтобы мы проиграли. Они даже сэкономили.
Получив эту сумму, Воронцов снова начал проводить цепочки мелких переводов. Средства у него постоянно кочевали с места на место, то уходили, то приходили.
Да, разобраться можно было только по самым крупным транзакциям. Куда ушли мелкие — уже не узнаешь. Но и того, что есть, мне хватит для работы.
Биткоин иногда менялся на другую криптовалюту — «эфир», для чего появился отдельный счёт, но привязанный к этому же кошельку.
Некоторые суммы уходили навсегда и не возвращались. Он явно что-то скупал.
Я проверил адреса кошельков получателей и проследил их в интернете. Часть известные и легко находились, хотя не все сайты открывались из России. Судя по всему, Воронцов переводил эти деньги на разные биржи, и туда ушло несколько миллионов.
Скорее всего, он пытался обеспечить себе безбедную старость и пассивный доход. Возможно, был и другой кошелёк, куда он перевёл ещё часть денег.
Ушли большие суммы. Но они умерли вместе с ним. Никто не сможет их достать, не зная паролей и прочего.
Я снова проверил его записную книжку. Но теперь обретали смысл и другие пометки: названия городов — Лиссабон, Валенсия, какие-то квадратики, прямоугольники, и схемы, похожие на переписанные от руки карты улиц.
Всё это могли быть заметки Воронцова, чтобы он не забыл, что и где купил. Или собирался купить. Или мечтал об этом, сидя в лесу.
Так что часть средств ушла на недвижимость.
Я не мог сказать точно, что эти траты были именно для этого, но мог предположить из улик. Он же хотел уехать, готовился, и ему оставалось только дождаться нужного момента.
Он подключался к сети, переводил криптовалюту, ждал и планировал. Уверен, что он входил в сеть не только для того, чтобы проверить биржу и купить недвижку, но и заходил в даркнет, разыскивая, кто вывезет его за бугор за криптовалюту. Такие люди были, это я знал ещё по прежней работе.
С другой стороны, он не торопился, понимая, что в даркнете свои правила, и не выйдет оставить негативный отзыв перевозчику, если он схватит клиента и отдаст ФСБ или же Трофимову. Или вообще выпытает пароли, а после грохнет и спрячет тело.
Да и он думал же, что меня больше нет, и зацепок не будет. А тут я вышел на связь, он начал торопиться. Но и сбегать не стал, наверняка надеясь, что выторгует себе условия лучше.
Боялся он многого, и в первую очередь — сделать неправильный выбор и потерять всё.
Часть средств Воронцов оставлял в биткоинах, часть заводил на новый счёт в криптовалюте «эфир» на этом кошельке. Ещё были так называемые «стейблкоины», привязанные к доллару. Это его личный резерв. Ведь биткоин то подлетает, то падает, «эфир» то же самое, вот и надо что-то более стабильное, но такое, что не отберут.
  
В общем, это был его запас, который он бы открыл, приехав в Испанию или куда он там хотел. Наверняка мечтал, что будет сидеть на берегу моря в окружении мулаток, попивая вино и рассуждая о творчестве Булгакова. При этом посмеиваясь, как всех обманул.