Куратор (СИ)

Насколько я понимаю из новостей, Фатин у них под защитой. Это пытались выставить под ограбление, но слухи в городе обсуждались. В любом случае, нападать на Фатина таких условиях Трофимов, человек крайне осторожный, не будет точно. Да и нет смысла, когда самая опасная улика в этом деле — труп Филиппова с дополнительной дыркой в лысой башке.
А что он может сделать? Конечно же, спихнуть всю вину на погибшего Филиппова или на кого-то ещё. В общем, вывести себя из-под удара. Для него это самый логичный вариант.
  
Или другой, сложнее — дискредитировать группу, якобы иностранные разведки хотят развалить проект и устраивают провокации, обвиняя честных людей. Сыграть ту же карту, что использовал против меня.
И эта карта сильна, ведь мои тайники, которые нашли оперативники ФСБ, ему вообще никак не навредили. В этом плане он прикрылся, значит, его позиции здесь сильны.
Надо бы что-нибудь добавить, пока Трофимов что-нибудь не придумал на этот счёт.
* * *
Я поехал за город, пока позволяет погода, но не просто так. Посетил временный тайник в лесу, где лежал ТТ, перепрятал. Нужен тайник надёжнее, а оружие, как видно из вчерашнего, может пригодиться в любой момент. Да и есть, что ещё спрятать.
А чтобы это не выглядело внезапным отъездом без причины, я заглянул в дачный посёлок, где когда-то жил с женой и сыном, в старом доме. Ведь там есть новый знакомый.
На самом деле, к работе эта часть не относилась вообще, только к алиби. Но раз уж пёс ждал меня так долго — заслужил общение. А я заслужил перерыв.
Ну а связь между нами? Какая связь? Связь не больше, чем полное совпадение имени и фамилии или тот разговор до аварии. Просто знакомство, мол, познакомился с ровесником и его собакой, заехал, раз обещал раньше. Потому что те, кто в курсе, кто я такой, знают, что я здесь не жил долгое время.
Услышал лай, ещё когда подъезжал. Когда остановился у калитки, над воротами появилась чёрная голова с острыми ушами. Барон пару раз гавкнул, будто осуждал, что меня так давно не было, но после заскулил и перепрыгнул.
Я присел, и пёс уткнулся мне в колени, радостно поскуливая, а потом начал жадно нюхать как привычный ему ремешок часов, так и новый запах.
— Хорошо себя вёл? — спросил я. — Не сбегал? У тебя же задача, Барон. Хор-роший.
Барон всё пытался облизать лицо, а потом сел с важным видом у калитки.
— Как он тебя так узнаёт? — калитка со скрипом открылась.
Мой сын Олег в этот раз выглядел посвежее, чем в прошлый. И приветливее. Но, как и раньше, пёс понял, кто я, а он — нет.
— Будто тебя ждал, — он протянул мне руку.
— Может, манера речи такая же, как у старого хозяина, — сказал я, здороваясь с ним. — Или двигаюсь как-то, и Барон запомнил.
— А я говорил его прозвище? — он удивился.
— Конечно. И соседи говорили. Барон, — позвал я, и он с радостным видом подбежал ко мне. — Хор-роший.
— Да ты как отец говоришь, — Олег покачал головой. — Маму потом позову, удивится. Она не дома сейчас.
— Я же обещал показать, как с собаками надо обращаться, — напомнил я. — Он больше не убегает?
— Не-е! — протянул он с довольным видом. — А то мама на цепь его уже хотела сажать, а он теперь послушный. Позаниматься бы, да, а то всё равно делать больше нечего. А то мы думали, что кроме отца никого слушаться не будет.
Я оглядел парня. Сидит за городом, похоже, ему сейчас не с кем общаться вживую, и я единственный гость за долгое время. Клеймо «сын предателя» во все времена мешает жить, и даже то, что это ложное обвинение, ничего не меняет.
А даже если кто-то не обвиняет, то всё равно косится.
Ну и моя задача — снять с него это клеймо, раз уж при той жизни не смогли найти общий язык, и я ему ничем не помог. Чем я и занимаюсь.
Прошли во двор, я нацепил на ошейник Барона поводок, который дал Олег, и прошёл с ним по периметру. У крыльца стоял велосипед Андрея, моего старшего сына, которого с нами больше нет.
Во многом, из-за этого между мной и Олегом тогда выросла стена, но не только. Хотя, быть может, хоть в этот раз получится её проломить.
— Главное — спокойно, не повышай голос, — наставлял я, — но любую команду произноси твёрдо. Запомни, он обязательно должен её выполнить. Варианта «не выполнить» у него быть вообще не должно. Сидеть. Лежать. Рядом. Молодец. Хор-роший.
Пёс всё сделал, я его погладил и пошёл дальше.
— Если «рядом» — значит, рядом. Не впереди, не сзади, а рядом. Если торопится — затормози, иди со своей скоростью, и он должен её принять. Не дёргай, не тяни, иди, и он будет всё выполнять, как ты скажешь. Потому что ты хозяин, и в его стае ты самый главный. И за это ты его награждаешь.
Показал трюки посложнее, пёс прошёлся по доске, по вкопанным автомобильным шинам, приносил палку и прочее. Олег смотрел на нас восхищёнными глазами, даже не зная, что Барон умеет делать некоторые команды.
Он видел саму собаку раньше, ещё щенком, но после мы с ним уже почти не общались…
На прощание я снова вручил Олегу поводок с Бароном — чтобы пёс не забывал.
— Ты в город? — спросил Олег, почесав затылок. — Мне тоже надо.
— Погнали.
Пока он собирался, я подождал его на летней веранде. Она другая, изменилась, вся мебель новая, её покупал не я. Только стены остались прежними.
В углу на стене висел снимок двух парней. Один — Олег, ему тут лет пятнадцать, второй старше, в костюме курсанта лётного училища. Посмотрел, и сердце сдавило.
— Брат мой, — бросил Олег, выходя из дома. — Погиб.
— Соболезную, — глухо сказал я. — Молодой ещё.
— Да. Поехали? — он посмотрел на Барона и скомандовал: — Охраняй дом.
Пёс сел у крыльца с важным видом, только всё равно посмотрел на меня, будто ждал подтверждения. Но команду я ему уже давал.
* * *
Олегу и правда не хватала общения со сверстниками, а онлайн это заменить не мог. Конечно, иногда он поглядывал на меня, ведь полностью соответствовать образу двадцатилетнего пацана я не мог и иногда говорил не то. Но он махнул на странности рукой и болтал о том о сём, пока мы ехали в электричке.
— Вчера скачал «Кейпоп-охотницы на демонов», глянул. Мне зашло, — Олег хмыкнул. — Не смотрел?
— Нет, — отозвался я.
— А ты что смотришь? Судя по тому, что у тебя на айфоне стикер с Макимой, «Человека-бензопилу»?
— Раньше смотрел, но у меня с памятью… — я ненадолго задумался и добавил: — траблы. В голове порой каша.
— Вот это треш! — воскликнул он, с сочувствием посмотрев на меня. — Но если ничего не помнишь, то тебе надо посмотреть… — Олег задумался и просиял: — «Атаку Титанов». С первого сезона! Ещё раз!
Шутит. Может, чтобы подбодрить, как умеет.
— Мне уже предлагал знакомый в общаге, — проговорил я.
— Он человек культуры, я смотрю, — парень хихикнул. — А тебе куда?
— В одно место.
Это место было на севере города, на самой окраине. Что хорошо — способ связи такой, что можно находиться с кем угодно. Никто не поймёт, в чём моя цель.
Конечно, за это платишь скоростью и ненадёжностью из-за человеческого фактора, но зато перехват такого послания ничем не грозит, а взломать его сложно. Если только один из участников схемы не предаст другого.
Вот такие пироги.
Олег немало удивился, когда я остановился у старого деревянного храма, построенного задолго до революции. Здесь мало прихожан, но службы шли регулярно, хоть и не каждый день. Здание историческое, и в нём были старинные иконы.
— Тебе сюда? — Олег удивился. В руках он держал купленную по дороге банку энергетика.
— После аварии иногда захожу. Сам понимаешь, после такого.
  
— Не очень, — он нахмурил брови.
— Была клиническая смерть — четыре минуты.
— А-а-а. И что-то видел?
— Возможно.
— Тоже зайду? — Олег почесал затылок. — Так-то не тороплюсь, успею.
Да я уже понял, что дел у него совсем нет, и дома он мается со скуки, хотя раньше был активным. Вот и поехал с новым знакомым.