Куратор (СИ)

— Вообще-то, дверь была закрыта, — заметил Саша, поднимая на него взгляд. — А ты даже не постучался, Женя.
— Да ладно, ***, чё вы, все свои, ***, — пробасил вошедший.
Он без спроса подошёл к столу и взял оттуда печеньку. Судя по виду Саши и Миши, они его знали, но побаивались. Вид сразу стал беспомощным, чем этот Женя пользовался и наглел ещё больше. Дали бы ему по морде раз, потом бы обходил за три версты.
  
Не гопник, но ведёт себя так же. Он в общаге, но не факт, что здесь живёт: одет по уличному, в кроссовки с грязной подошвой, а не в удобные тапочки. Мог прийти к девчонке и решил вдруг поиздеваться над кем-то слабым?
Возможно, это какой-нибудь мажор, сын богатых родителей, обнаглевший от собственной безопасности. Спортсмен, но на химии, нападает на тех, кто отбиться не может, но точно боится косо посмотреть на кого-нибудь, кто даст ответку.
Это его тачка так басила на улице? В руке у него как раз был брелок автомобильной сигнализации со значком БМВ, выставленный напоказ.
Один взгляд, и уже можно делать выводы, что с ним делать.
— О, Толян? — парень посмотрел на меня сверху вниз. — Так быстро поправился? Ну-ка, давай, подъём, ***, посмотрим, как в стоечке держишься. Тренировочка, норм варик, да? Тебе полезно будет! Да я в полсилы буду, не ссы.
Женя хмыкнул, сделал двоечку перед собой в воздухе и пошёл в мою сторону. Я оглядел его, прикидывая, что делать с этим бычком, но тут парни, которые только что его боялись, сделали неожиданное.
— Чего тебе от него надо? — протянул Миша, вставая перед ним. — Дай человеку отдохнуть.
— Ты норм вообще? — добавил Саша, поднимаясь с койки. — А ничё, что он из больнички недавно выписался? И ты тут пришёл. Его вообще трогать нельзя!
— А чё это у вас голоски вдруг прорезались? — Женя недовольно на них посмотрел.
Не понравилось ему, что его отвлекли. И в качестве жертвы выбрал Мишу. А у того раж уже прошёл. Боятся они оба его почему-то, робкие слишком.
Хотя где-то внутри твёрдость есть, раз не побоялись встать, когда он пошёл на меня. По опыту знаю, что далеко не каждый заступится за другого человека, даже если выглядит крутым и ведёт себя, будто ничего не боится.
Но в такие моменты видно, кем на самом деле является человек. Эти просто зашуганные сильно, но есть потенциал куда расти есть.
Женя забыл про меня и решил доставать Мишу. Здоровяк подошёл к тощему парню и начал, посмеиваясь, тыкать его толстым кулаком, не сильно, но шлепки чувствовались. Миша тут же отошёл, взгляд стал напряжённый.
Похоже, этот товарищ изрядно их напрягает. Да, гопники поменялись внешне. Теперь они накалывают модные татуировки, прокалывают уши, делают длинные причёски с чёлками и носят яркие шмотки. Но суть осталась прежней.
— Блин, смотри, какой ты тощий, ***! Я же тебе говорил, на карате походил бы — имба! Занялся бы делом, сразу бы в прайме был, — продолжал он наседать на Мишу. — А ты лежишь, пузо чешешь!
— Да отстань уже, Женя, — тот отошёл к стене. — Достал, у меня рил бомбит уже от тебя.
— Да ладно, чё ты? Камон, я же шучу. Давай, руки поднимай, покажу как надо.
Я поднялся, похрустел шеей, присмотрелся к бычку. Такого одним ударом не вырубить, массы не хватит. Но драться и не обязательно, хотя такие силу понимают.
— Завязывай, — произнёс я. — И вали. Хорош уже.
Женя это заметил, развернулся, подошёл ко мне и встал вплотную. Лицо покраснело, обозлился, что кто-то его гонит, такого царька. Хочет преподать урок.
— О, ожил, больной? Ну давай, чё, ***, тебе надо взбодриться, раз сам решил. Да я не сильно…
Он толкнул меня в плечо кулаком, а я взял его за левую руку… и вывернул. Он развернулся ко мне спиной, как я его направлял, и мы пошли к окну. Он бессильно махал правой, но вырваться не мог, не знал как, и налитые химией мышцы особо не помогали.
Да, он весит почти центнер, и сила всё же есть, а у меня ещё координация не лучшая, но есть навык и настойчивость. Женя замычал, а я наклонил его к подоконнику, заваленному тетрадками, и заодно посмотрел на улицу, что у него за тачка. Ого, голубая БМВ кабриолет.
Родители не бедные, потому что сам бы не купил. А кто они? О, неужели сын Лимонникова? Не так много таких новых роскошных тачек в городе, они сейчас стоят слишком много, вот и на слуху. Особенно когда вскрывается, каким путём они могли достаться. Как раз начали раскручивать эту тему пару месяцев назад. Вот такие пироги.
— Жень, ты не понял, — сказал я ему на ухо, тихо, но отчётливо. — Я тебе не груша для битья. И парни в этой комнате тоже. Тебе по-человечески говорят, что не надо так себя вести, а ты ещё больше наглеешь.
— Да я тебя… — сдавленно прохрипел он. — Пусти. Или…
— Что ты мне сделаешь? Папу позовёшь? Так папа твой пролетел, у него проблемы, и дальше их будет ещё больше.
— Ты чё?
— Под следствием он. Чекисты ищут, кто стащил половину лярда на подрядах по военным заказам, и уже давно думают на него. А тут на твою тачку посмотрят, и сразу всё понятно. Так что за тебя он не заступится, он сейчас сидит, как ветошь, и не отсвечивает, любой скандал против него пойдёт. Особенно из-за сыночка, который в общаге нарывается на проблемы и всех бьёт. Пара видосиков, и всё, будет папаша твой кричать, что его не так поняли. А его снимут со временем, он поедет на зону, и не спасут никакие знакомые, а ты поедешь доучиваться куда-нибудь в область, в техникум. Или в армию. В армию-то хочешь? Можно устроить. Там таких, как ты, любят.
— Да чё я тебе сделал? — обречённо спросил он.
— Если бы что-то сделал, разговор бы шёл иначе. Ты слушай меня внимательно. Не знаешь, на кого лезешь — никогда не иди на конфликт, не вытянешь. Вот такие пироги. Всё понял?
— Но я…
— Всё понял? — произнёс я твёрже.
— Да.
— Дорогу сюда забудешь и свалишь отсюда во все четыре стороны. Ты меня понял?
— Да.
Знаю я таких людей. С кем-то надо силой, с кем-то хитростью, а кому-то просто нужно обозначить пределы. Вот как с Женей.
— Что, мы договорились?
— Договорились, отпусти, — промычал Женя.
Подержал его ещё несколько секунд и отпустил, после чего отошёл на шаг и стал наблюдать, что он сделает. Ударит или нет?
Нет, не привык он к такому, что кто-то может пойти против. Вот и опешил, но драться не кинулся. Боится. Потому что я стоял ровно, и хоть и весил раза в полтора меньше, но ответку ему дал крепкую.
Он потёр руку и медленно пошёл на выход, опустив взгляд. Лицо красное от стыда.
— Ого, как ты его угомонил, — широко распахнув глаза, выдохнул Миша, и убрал телефон, на который заснял крупным планом лицо Жени. — Ты когда это таким гигачадом стал, бро?
— Слушайте, парни, — сказал я, — если оборотку ему давать не будете, он ещё больше обнаглеет.
— Толя, он же на тебя больше всех кидался, — бледный Саша начал протирать очки. — Вот мы и думали, что сейчас тыкать начнёт. А ты… удивил.
— У меня была клиническая смерть — четыре минуты.
— Ого, — парень напялил очки назад, и посмотрел на меня так, будто это всё объясняло. — И правда, что люди от такого меняются.
— Рил, — Миша закивал, что-то тыкая в телефоне. — Ща его фейс слезливый вся группа увидит.
— Меня не заснял? — уточнил я.
— Чё я, альтернативно одарённый, что ли? — он хмыкнул. — Смотри, сколько реакций на сторис сразу поставили…
В окно видно, что голубая БМВ уехала. Громкий рэп с матом стих, а у крыльца остался какой-то знакомый Жени, который даже не понял, почему его бросили. Я повернулся, думая, что делать дальше, но кое-что увидел под шкафом. Самый краешек, но понял, что это.
  
Твою дивизию. А это мне поможет.
— Это чьё? — спросил я, доставая находку.
— Твоё, — проговорил Саша, с удивлением глядя на меня. — Ты когда курьером был, тебе её выдали. Снова решил подработать?
— Почему бы и нет? — задумчиво проговорил я.
— Тебя же не возьмут снова, — вставил Миша. — Ты же тогда на работу не вышел, потому что не выспался и в общаге остался. Тебя уволили, а сумку ты не вернул.