Царьград. Трилогия
А утром специально заговорил с привратником о городской жизни. И узнал такое…
— Ты знаешь, Владос, что в город приехало турецкое посольство? — поинтересовался юноша, когда повозка выехала со двора.
— Не знаю, — грек пожал плечами. — Да и не очень интересуюсь, честно сказать. Ну, посольство… Что нам до него?
— Турки приехали ровно три дня назад, — тихо пояснил Лешка. — И уже ровно три дня мы делаем по три рейса.
— Совпадение! Случайность.
— Совпадение? Может быть…
Владос расхохотался:
— Ну и мысли тебе в голову лезут! Вот что значит — три дня без женщины. Уже ведь три дня?
— Да ну тебя, Владос! — обиделся Лешка. — Я ему серьезно, а он…
— А, если серьезно, старик мне тоже весьма подозрителен, — понизив голос, признался грек. — Думаю, они не собирается нам платить. Но — пока-то мы ведь живем за его счет! Ждем себе корабля — что еще надо? Дождемся — сговоримся матросами. И никаких денег не надо!
Лешка покачал головой:
— Завидую тебе, дружище! Все-то у тебя просто выходит. А в жизни так не бывает!
— А как бывает? — завелся грек.
— Не знаю… Но точно — не просто. У нас поговорка такая есть — простота хуже воровства.
Разогнавшаяся повозка чуть было не своротила тележку зеленщика.
— Смотри, куда правишь, тетеря! — Владос выхватил у Лешки вожжи. — Заладил — просто ему, сложно… Чего это они там столпились? — привстав, он посмотрел вперед.
Лешка тоже вытянул шею, увидев впереди, у пересечения с улицей Комнинов, скопление людей и повозок.
— Во, блин — пробка!
— Там и стражники… Наверное, ждут, когда проедет кортеж правителя.
Ждали почти до обеда. Кто-то ругался, кто-то искал обходные пути, а парни просто радовались возможности повалять дурака. Тем более день-то выдался славный — теплый и солнечный.
— Смотри, смотри! — вдруг закричал грек, показывая пальцем вперед.
Лешка и сам уже увидел проехавших по широкой улице воинов на красивых конях, с чалмами и тюрбанами на головах. За спинами всадников развевались разноцветные плащи, у поясов, в золоченых ножнах висели тяжелые сабли. Разноцветные бунчуки развевались на копьях, гремели привязанные к седлам барабаны.
— Турки уезжают, — пояснил кто-то в толпе.
— Туда им и дорога — пусть катятся.
Лешка ухмыльнулся:
— Ну, что, Владос? Спорим — мы завтра съездим за кирпичами только один раз?
— Да не буду я с тобой спорить.
— Ну, давай… Ну, хоть на денарий. А я поставлю десять.
— Один к десяти? Идет!
Улыбаясь, грек тряхнул поводьями, и пустая повозка, быстро набирая ход, покатила…
Глава 12
Зима 1440 г. Трапезунд
ЛАЗУТЧИК
Глядит оно, как будто разъяренный лев,
Из-под бровей густых и нависающих,
А глаз его по мере меньше бычьего,
Налит густою кровью…
…По улице Великих Комнинов.
И впрямь Лешка оказался прав — буквально со следующего же дня у них началась череда относительного отдыха, который оба молодых человека использовали примерно одинаковым образом. Естественно, по очереди. Правда, длилась эта идиллия недолго — совсем скоро дед Николай снова потребовал возить кирпичи почаще. И что такое случилось в городе? Опять посольство? Да нет вроде бы ничего подобного не было. А что же было?
— Завтра поедем в объезд, — ложась спать, предупредил Владос.
Лешка поднял голову:
— А что случилось? Улица перекопана?
— Маневры.
— Что?!
— Понимаешь, — грек улыбнулся. — Моя знакомая девушка… ну, ты знаешь, откуда… Так вот, она сказала, что Великий Комнин проводит смотр войскам — и как раз завтра отряды панцирной пехоты промаршируют по центральным улицам.
— Смотр войск?! — волнуясь, переспросил Лешка. — Так вот значит, что…
— Ты это о чем?
— Да все о том же…
Парень задумался. Ведь так и выходило — один к одному, — как только в городе происходит какое-нибудь важное событие, так резко увеличивается число вояжей за кирпичами. Нет, это уже никакая не случайность, закономерность! Странная, говоря прямо, закономерность, странная — если не сказать больше…
Что же, получается, старик Николай — шпион? Турецкий или еще неизвестно, чей… Лешка аж вспотел. Если все непредвзято проанализировать, получается так. А через кирпичную мастерскую — с помощью ничего не подозревающих парней — он держит связь с центром! Получает задания, отправляет шифровки… ну, пусть даже не шифровки — просто сведения. Стоп! Интересно, каким же образом он их отправляет? Ну, получает — понятно как: с кирпичами, а вот отправляет… Черт его знает. А что если старик прикрепляет какой-нибудь свиток прямо непосредственно к телеге? Или прячет сведения в ярме, да мало ли что можно придумать, повозка-то немаленькая. Вот бы поискать! Да-да, прямо завтра, как раз его, Лешкина очередь… хотя нет, вместе поедут, одному на три ходки не управиться, а сведения наверняка будут — маневры-то еще не закончились. Завтра… Да, завтра и посмотреть — выбрать момент, поискать повнимательнее… Назавтра дед Николай поднял всех самолично:
— Быстрей, быстрей запрягайте, парни, — суетился он. — Да поезжайте сегодня не прямо, в обход, по Влахернской улице — от церкви налево.
— Да знаем, — зевая, махнул рукой Владос. — А с чего б это такая спешка?
— Видишь ли, — старик замялся. — Аристарх, кирпичник, собирается вскоре повысить цены. Так что нам выгодно купить и привезти кирпичи сейчас. И — как можно быстрее.
— Ну, уж поспешим, раз такое дело, — солидно заметил Лешка. — Не беспокойся, дядь Николай, не подведем.
— Да я и не беспокоюсь, — старик на миг хищно осклабился, но тут же кривоватая улыбка его стала весьма дружелюбной. — Чего мне беспокоиться-то? Вы — парни надежные. Видно, придется увеличить вам плату.
— Золотые слова! — обрадованно потер ладони грек. — Поистине золотые.
Они быстро запрягли лошадей и, усевшись в повозку, выехали с обширного подворья церкви Святой Софии. Как и советовал Николай, сразу же свернули налево и, понукая коней, покатили по узкой Влахернской улице, ведущей вдоль крепостной стены. Солнце, золотое утреннее солнце, разогнав облака, поднималось в небо. На башнях сменялась ночная стража.
Когда повозка отъехала уже достаточно далеко от подворья, Лешка неожиданно попросил остановить лошадей.
— Кажется, ось как-то не так скрипит, — посетовал он, юркая под телегу. — Я посмотрю.
— Посмотри, посмотри, — щурясь от солнца, благостно кивнул напарник. — Только не очень долго. Небось, старикан и сегодня три ездки сделать заставит. Все ему кирпичей мало…
Ничего не ответив, Лешка забрался под телегу и внимательно осмотрел днище и оси. Вроде бы ничего… Неужели старик положил сведения прямо в повозку? Но это ведь небезопасно — вдруг кто найдет?
— Ну, долго ты там? — сверху прокричал Владос.
— Иду… — Лешка прополз к задней оси и замер. — Есть!
Как раз там, за осью, и был привязан небольшой свиток, который юноша, недолго думая, сунул себе за пазуху, зачем — и сам не знал. Так… Просто…
— Все в порядке, — усаживаясь в телегу, улыбнулся парень. — Думал, ось скоро треснет… Слава богу — нет.
— Ну и вид у тебя, — тронув поводья, хохотнул грек. — Грязный, как чушка!
— Сам ты чушка, — Лешка почесал затылок и попросил остановиться где-нибудь по пути — обмыться.
— Нечего было под телегой валяться, — пробурчал Владос. — Как бы не опоздать.
— Не опоздаем. Я быстро.
Они остановились у фонтана, вымылись, напились… Лешка, улучив момент, отошел в сторону — больно уж не терпелось развернуть грамоту…
— Ну и что ты там от меня прячешь? — заглянув из – за спины, язвительно осведомился грек. — Письмо от любовницы?
— Вот, — Лешка разочарованно осмотрел какие-то непонятные символы и протянул свиток приятелю. — Висело под задней осью.
— Что?!
Ну, в конце концов, почему бы не довериться старому другу? Вредничает, насмехается — да и черт с ним. Самому-то тут все равно не разобраться.