Царьград. Трилогия

Расстроенный, он медленно поднялся по лестнице к себе, на третий этаж. Интересно было – расскажет ли Ксанфия о вечернем госте? Если не расскажет… Если не расскажет… Лешка и сам не знал, что тогда будет делать, одно было ясно – доверие к будущей супруге пропадет надолго, быть может, и навсегда!
– О, наконец-то, явился! – Ксанфия с улыбкой выбежала навстречу. Бросилась на шею с поцелуем. – А я так соскучилась! Нет, честно. Какой-то ты усталый… И пахнет от тебя… – девушка принюхалась. – Женскими благовониями! Смотри у меня! Я, конечно, тебе доверяю, но…
  
Алексей не говорил ни слова. Молча сбросил на руки невесте плащ, молча прошел в трапезную, молча сел… Неярко горел светильник, и его желтое пламя отражалась в стоящих на столе трех высоких бокалах из тонкого синего стекла. Три бокала… Хорошо, что не два! Значит, что же, получается, они ждали его, Лешку?!
– Напарник твой приходил, – Ксанфия поставила рядом с бокалами серебряной блюдо с оливками и сыром. – Приносил книгу.
– Вот как? Приходил, значит? – с плеч словно спала тяжелая ноша; Алексей, наконец, улыбнулся.
– Ну, да, только что ушел. Ждали, ждали тебя – не дождались. Ты его, случайно, не встретил?
– Нет.
– И, пожалуйста, не вздумай ревновать, – вдруг засмеялась Ксанфия. – Хотя… он очень милый мальчик.
– Милый, вот как? – пряча улыбку, Лешка нахмурил брови.
– Ой-ой-ой, какие мы грозные! – его суженая со смехом всплеснула руками. – Даже и подойти страшно!
– Вот так, значит я тебе уже и страшен?!
– Очень страшен, очень! Прямо, как тигр. О, я сейчас сама на тебя нападу, бука! Первой. Посмотрим еще, кто кого съест?!
Набросившись на Лешку, Ксанфия тихонько укусила его за мочку ужа… приятно так укусила… Потом вдруг резко отпрянула в сторону, встала… И медленно сбросила на пол тяжелую столу… А затем – и рубашку из тончайшего зеленовато-желтого шелка. И, подойдя к жениху, уселась ему на колени, с жаром целуя в губы…
В эту ночь старшему тавуллярию так и не удалось выспаться, впрочем, он явно не был в обиде. А с раннего утро носился, словно савраска, почти что по всему городу – от Силиврийских ворот до гавани Феодосия. Устал, вымотался, но все же остался доволен – удалось, удалось! Кое-что удалось…
Подходя в присутствие, Алексей еще издали увидал небрежно стоявшую у самого крыльца шикарную лаковую двуколку, запряженную парой гнедых. Рядом с повозкой, по мостовой, заложив руки за спину, важно прохаживался кучер, больше похожий на отставного вельможу. Личный возчик старшего протокуратора Маврикия!
Ага, значит, высокое начальство уже здесь? Тем лучше!
– Разрешите? – постучав, Лешка приоткрыл дверь.
– А! – увидев его, махнул рукой Филимон Гротас. – Вот и наш старший тавуллярий. Наверное, и ты не с пустыми руками? Заходи, заходи, присаживайся… Как раз дослушаем господина Злотоса, – начальник повернулся. – Продолжайте, Хрисанф.
– Ну, мне собственно, не так много осталось, – Злотос – красивый, прилизанный, в новой модной тунике – пожал плечами. – Грубо говоря – подытожить.
– Итож, итож, – усмехнулся Филимон. – А мы послушаем. Верно, господин старший протокуратор?
Сидевший в начальственном кресел Маврикий важно кивнул и с явным одобрением посмотрел на Хрисанфа. Тот, ободренный, продолжил:
– Итак, еще раз повторю для вновь прибывших – я имею все основания утверждать, что главарь пойманной нами шайки вовсе не Герасим Кривой Рот, а Аргирос Спул, известный душегуб и мошенник, умело маскирующийся под скромного торговца рыбой!
Маврикий снова кивнул, а вот Филимон скептически ухмыльнулся:
– А какие есть основания к подобному заявлению? Только лишь одно признание?
– Основания? – Злотос хохотнул – он, конечно же, ждал этого вопроса. – Да оснований, смею вас уверить, полно. Вот, пожалуйста, показания многочисленных свидетелей незаконных деяний лжеперекупщика Спула! Могу зачитать.
– Читайте, – милостиво кивнул Маврикий. – С большим интересом послушаем.
Хрисанф громко откашлялся, преданнейше поедая старшего протокуратора глазами:
– Итак, показания Иосифа Варнавы, торговца… «Означенный Аргирос Спул неоднократно вымогал у меня деньги, обещая натравить известного разбойника Герасима Кривой Рот»… Вот еще, это уже другой господин, Харитон Эллас, коммерциал… «Аргирос Спул, угрожая, отобрал у меня дом, находящийся церкви Апостолов, а так же два больших баркаса для ловли рыбы»… И вот еще – показания хозяина харчевни «Зеленое яблоко», очень уважаемого человека – он неоднократно видел Аргироса Спула пирующим за одним столом совместно с известным лиходеем Герасимом по прозвищу Кривой рот и иными разбойниками».
– Хм, интересно, – воспользовавшись небольшой паузой, негромко перебил Лешка. – Откуда этот хозяин харчевни знает в лицо Герасима и его людей? И, если знает, почему, как полагается честному человеку, не заявил об этом раньше?
– Не знаю, – скривился Злотос. – Вероятно, боялся. Могу я продолжить?
Маврикий молча кивнул, искоса взглянув на старшего тавуллярия. Взглянул, кстати, без всякого гнева, просто – с интересом.
– Кроме всего вышеперечисленного, – еще раз прокашлявшись, продолжал выступающий, – вина господина Аргироса Спула, обвиняемого в организации преступной шайки, вымогательстве, мошенничестве и угрозах здоровью и жизни, полностью подтверждается и иными материалами дела, а именно: свидетельскими показаниями господина Эмиля Нарисотоса, свидетельскими показаниями господина Антония Элиотоса, свидетельскими показаниями господина Виссариона Скеллы, свидетельскими показаниями…
Злотос добросовестно перечислил человек двадцать, после чего, победно ухмыльнувшись, добавил:
– Исходя из вышеизложенного и пользуясь удобным к тому моментом, я хотел бы просить уважаемое начальство – вас, господин старший протокуратор – в целях установления истины разрешить применение к закоренелому преступнику Аргиросу Спулу усиленных допросов третьей степени устрашения!
– Ты бы хоть сначала очные ставки провел, – хмуро заметил Филимон.
– Проведу! – Злотос истово приложил руки к сердцу. – Вот как раз сегодня и проведу… Думаю, если еще и разбойники подтвердят показания свидетелей, этого будет вполне достаточно, чтобы…
– Я вот я полагаю, что ничем не подтвержденным словам разбойников вовсе нет веры! – нахально перебил Алексей. – Как у меня лично нет веры и показаниям так называемых свидетелей. Больно уж заинтересованные они лица!
Красиво лицо Злотоса при этих словах пошло красными пятнами, тем более, что Маврикий с еще больше интересом уставился на Лешку:
– Ну, говори, говори. Вижу, и ты не с пустыми руками пришел!
– Не с пустыми… – Алексей вытащил из заплечной сумы целую кипу бумаг и вежливо поклонился начальству. – С вашего разрешения, я кое-кого назову еще разок. Итак, мой коллега только что упомянул следующих людей… – старший тавуллярий методично перечислил всех, опрошенных Злотосом, свидетелей, после чего улыбнулся и поинтересовался, не видят ли «уважаемые господа начальники» среди этих людей чего-нибудь общего, чтобы их всех связывало?
Усевшийся в угол Злотос хмуро закусил губу, впрочем, на него сейчас никто не смотрел – а зря! Ну и рожа была в этот момент у Хрисанфа! Разочарование, конфуз, ненависть и злоба – все оттенки пробежали по его красивому, с волевым подбородком, лицу буквально за несколько секунд.
А Лешка невозмутимо читал:
– Упомянутый господин Иосиф Варнава – давно уже не сам по себе торговец, а один из организаторов строительно-торгового общества «Алос Навкратос и компаньоны», Харитон Эллас тоже не комерциал, а управляющий делами упомянутой выше компании, которой, кстати, принадлежит и харчевня «Зеленое яблоко». Господа Эмиль Нарисотос, Антоний Элиотос, Виссарион Скелла и прочие – являются высокопоставленными служащими той же компании господина Алоса Навкратоса, с главой которой мне, увы, не удалось побеседовать, в виду его отъезда. Кроме того… – старший тавуллярий победно огляделся вокруг, – в суде округа Феодосия, а именно там проживает господин Аргирос Спул, год назад слушалось дело о вымогательстве… О вымогательстве принадлежащих господину Спулу судов – шебеки и двух баркасов – представителями некой компании… Назвать, какой?