Верховный маг Ордена (СИ)
«Одна десятая процента⁈» — мелькнуло в голове у Свистопляса. Блин, точно, надо вернуться в школу и скорее повторить геометрию!
— Высота двести, — сказал Зверь.
— Стоп набор высоты, — приказал Фалеев.
На высоте в двести метров они все еще оставались в кислородной зоне, и ощущения были, как на Терре во время необыкновенно красивого облачного заказа. Разве что на закате над головой редко бывают одновременно нежно-розовые, фиолетовые и зеленые как трава тучи, а под ногами редко плывут такие же разноцветные туманы, которые, иногда расходясь, открывают блестящую перламутром поверхность земли.
До чего же красиво! Свистопляса с детства, с садиковских занятий пугали Междумирьем. Он и представить не мог, что здесь так… Хорошо.
— Вышли на расчетную высоту, хронометраж четыре минуты с момента прибытия. Визуальное наблюдение не показывает движущихся или стационарных объектов, вообще ничего, за исключением облаков газа. Волшебники, вы ничего не видите? — спросил Фалеев.
— Я — нет, — качнул головой Свистопляс. — Только то, что вы сказали. Ребята?
— По нулям, — покачала головой Морошка.
— Плюсую, — снова ответил Резак.
Почему-то захотелось извиниться за него перед Фалеевым и сказать, что он, вообще-то, и другие слова знает. Дима, конечно, промолчал.
— Сообщаю волшебникам о подходящих условиях для исполнения их полетного задания, — сказал Фалеев. — Можете приступать.
Магия получалась без сучка без задоринки. Разве что Свистопляса немного разочаровало, что его атаки оказались ровно такими же мощными, как и на Терре. Он подсознательно ожидал, что здесь, где магия буквально разлита в воздухе, они будут сильнее. Зато именно ему выпала честь первым сойти с платформы и повиснуть в пустоте, колдуя с помощью косы!
Потом его втянули обратно, и свои атаки по очереди попробовали Морошка и Резак, уже с платформы не сходя. Все оказалось точно так же, как и на Терре, никаких неожиданностей.
— Хронометраж восемь с половиной минут, принимаю решение снижаться, — сообщил Фалеев. — Ник, в этот раз побыстрее. Не хочется окно пропустить.
— Принято, — кивнул десантник на руле.
Когда они влетали в черный разрыв, чтобы вернуться назад, Свистопляс ощущал небывалый подъем. Да, ему не удалось продемонстрировать командирские качества и делом доказать способности, все прошло штатно — но зато! Зато ничего не случилось, они даже чудовище не встретили, все живы, целы и своим примером доказали, что не так страшно Междумирье, как его малюют! Большую экспедицию можно и в самом деле проводить через десять дней — и теперь ясно, что она, скорее всего, тоже пройдет отлично!
Это ли не результат?
* * *
За два часа до запланированного начала Первой большой метакосмической экспедиции (если, конечно, операция, которая должна по расчетам продлиться часа три и отдалиться не больше чем на полтора километра от Кромки, заслуживает такого громкого названия) мы все собрались на итоговый брифинг. Никто не ожидал услышать ничего нового — не зря же мы уже два месяца готовились! Все было говорено и переговорено на десятки раз, если не на сотни. Кроме того, несколько из нас — увы, в это число не вошли ни я, ни Лошадки — уже побывали в Междумирье. После первой вылазки, в которой участвовали Свистопляс и Морошка с Резаком, прошло десять дней и было предпринято еще два полета. В одной волшебниками «командовал» Герцог, в другой снова Свистопляс.
Так что, можно сказать, Междумирье стало для нас почти привычным. Ну, в той же мере, в какой привычны, скажем, обитающие там хищники, если охотишься на них хотя бы несколько раз в год. Но все-таки все собравшиеся слушали очень внимательно. Все тридцать человек: двадцать два ребенка-волшебника (считая Теней) и восемь спецназовцев — командиры четырех взводов сопровождения и их замы.
А говорил Аркадий. Спокойным, жестким тоном, больше всего напоминающим его манеру речи в прежние бессердечные времена — только с поправкой на низкий мощный голос и командирский тон. И говорил вот что:
— Вам нужно помнить главное. Наша цель — вернуться живыми и принести домой информацию. Все. Никаких других целей даже в план экспедиции я не ставил, вы их там не найдете. Сумеем найти физические сервера, они же якоря, Проклятья — хорошо. Не сумеем — достаточно и того, что мы просто поднимемся выше отметки в двести метров, осмотримся и вернемся.
Он сделал паузу и еще раз обвел глазами всех нас.
— Я знаю, что все вы здесь готовы пожертвовать собой, чтобы снять Проклятье. Но сегодня перед нами не стоит такой задачи. Более того! Если вдруг кто-то из вас вступит в контакт с физическим носителем Проклятья, и оно предложит вам его отключить, вы должны — подчеркиваю, должны и обязаны! — отказаться. Снимем Проклятье сейчас — вызовем катастрофу! — Он снова сделал паузу. — Без предупреждения и подготовки погибнут сотни, если не тысячи детей-волшебников. Те, кто сейчас в полете. Те, кто сражается с монстрами. Те, кто просто решил заночевать в горах без укрытия или поплавать в холодном море далеко от берега. Мы будем снимать Проклятье только тогда, когда публично и загодя объявим о дате его отключения! А если получится, если будет хоть малейшая возможность, то сделаем выход из-под Проклятья добровольным. Надеюсь, это всем понятно? Если кому-то не ясно, почему было принято именно такое решение, прошу сказать сейчас.
Никто не высказался. Естественно: индивидуальные собеседования велись все эти два месяца, точно так же, как и групповые. Аркадий просто перестраховывался.
— Итак, — продолжил Аркадий, — ваша общая задача — как можно больше увидеть, как можно больше понять и вернуться живыми. А также обеспечить благополучное возвращение ваших товарищей. Ваша частная задача — защищать двух наших полноценных магов. Вы все их знаете. Марина, Кирилл. Встаньте, пожалуйста, дайте всем еще раз на вас посмотреть.
Мы послушно поднялись. Брифинг проводился в помещении, оборудованном специально для этих целей. Больше всего оно напоминало мне обычный школьный кабинет, только рассчитанный на очень уж большой класс. И парты все слишком высокие, не детского размера (мне сиделось за ними довольно неудобно). Для целей нынешнего собрания все парты стояли в три ряда — по числу отрядов, на которые Аркадий разбил ребят. Каждым отрядом должен был командовать один из Теней: либо он, либо Свистопляс, либо Герцог. Конечно, шлемы наших защитных костюмов были оборудованы радиосвязью, а все ребята учились в том числе быстро и четко подчиняться, но Аркадий и Герцог (имевшие опыт командования реальными человеческими юнитами) в один голос заверяли, что в реальной боевой обстановке фейлят все, и подкрепить обычные тренировки дополнительной магией Теней будет совсем не лишним.
Так вот, если все сидели «по группам», то мы с Мариной — за отдельной партой. И одеты были нетипично. Все остальные, и дети-волшебники, и Тени, носили одинаковые черные защитные комбинезоны, а мы с Мариной выпендрежные, цветные: я синий, она — красный. Чтобы нас было далеко видно.
— Частная задача — чтобы Марина и Кирилл получили возможность исследовать физические носители Проклятья, — продолжал Аркадий. — Если по каким-то причинам это сделать будет сложно, желательно, чтобы осмотреть физические носители могли двое наших резервных магов — либо я, либо уважаемая Ксантиппа. Саня, поднимитесь, пожалуйста.
Наша самая рыжая поднялась и тоже помахала рукой. Ее черный костюм был помечен алой повязкой на рукаве. Аркадий, кстати, тоже был помечен — синей повязкой. Он выделялся среди детей-волшебников, как танк среди легковушек, но многие спецназовцы могли похвастаться сходным сложением.
— То есть, все помнят: приоритет отдаем магам без Проклятья. Если они слишком далеко или по иным причинам не могут осмотреть физические носители, это должны сделать резервные маги. В случае крайней необходимости двое имеющихся Теней могут также отпустить любого из наших резервных магов, чтобы у меня или у Ксантиппы появилось магическое зрение. Но в силу полезности регенерирующих функций Проклятья, это — крайний вариант, без которого мы предпочли бы обойтись.