Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки (СИ)
То, что его предосторожность оказалась не лишней, я поняла, едва мы приблизились к кибитке на довольно близкое расстояние. Путешественники уже остановились на ночевку, и из-под тента один за другим начали выскакивать мужчины довольно бандитской наружности. Я насчитала их семь человек, и ни одной женщины и ребенка!
Я невольно замедлилась, ноги стали ватными, мне совсем не хотелось приближаться к этим подозрительным личностям. Но Раун, схватив меня за руку, наоборот, ускорил шаг, буквально потащив меня за собой.
Мне стало очень страшно! И сейчас я, пожалуй, больше боялась этих бородатых, одетых в несвежую и местами рваную солдатскую форму мужчин, чем догоняющего нас грозового фронта.
Словно обидевшись на мое пренебрежительное отношение, позади меня раздался оглушающий треск, словно разорвавшегося пополам неба, что я невольно присела.
- Элея, поторопись! Нам нужно до них добраться до начала ливня, пока они распрягают коней! Под дождем отвод глаз плохо работает, тем более мне нужно прикрывать двоих.
Упс! Оказывается, не все так гладко с этими магическими способностями. Есть у них и слабые места.
Опасение, что нас в любой момент могут увидеть, придало мне сил, и я чуть ли не быстрее парнишки рванула вперед.
Когда уже до кибитки оставалось метров пятнадцать, один из бородачей, стреноживающих коней, вдруг поднял голову и, глядя прямо на меня, медленно выпрямился.
- О! А это еще что такое?
Глава 18. Попались
Я резко остановилась, поняв, что мы раскрыты и бежать уже нет смысла. Но Раун, сильнее сомкнувший пальцы на моем запястье, дернул меня в сторону и вперед, отчего я вновь ускорилась.
Уже пробегая мимо того бородатого мужика, я со страхом обернулась, ожидая, что меня вот-вот схватят за вторую руку. Но мужчина с ужасом смотрел на что-то позади нас и вдруг попятился, что-то закричав.
Мой проводник резко дернул меня вниз.
- Быстро ныряй под кибитку! «Быстро!» — прокричал он мне прямо в ухо.
И только теперь я поняла, что происходит что-то очень страшное! Машинально следуя за мальчишкой, я юркой ящеркой бросилась на землю и спряталась за колесо, улеглась на живот и выглянула наружу.
Зря говорят, что «знание – свет!», я же увидела тьму, густую, постепенно рассеивающуюся по краям несущегося прямо в нашу сторону торнадо!
Да, то, что я часто видела лишь по телевизору, предстало передо мной во всей своей первобытной разрушительной мощи! Огромная пыльная воронка уходила в самое небо, перемешивая там сизо-черные облака, как повар черничный кисель поварешкой.
Кроме завывания ветра, раскатов грома и беспомощных, испуганно ржавших коней, послышались крики мужчин, только сейчас осознавших надвигающуюся на них опасность. Сверху раздался топот, и кибитка закачалась.
- Прячутся под навесом! Только плохая это идея! – перекрикивая шум, прокричал мне в ухо Раун.
Я даже не стала спрашивать, почему. И так ясно, что такой силы ветер, если и не унесет саму кибитку, то тент по-любому сорвет. Уцепившись руками за одно колесо, я, прикрыв глаза от летящего в лицо песка, бросила взгляд на бедных лошадей, которые, будучи стреноженными, не имели возможности даже попытаться спастись. Они вставали на дыбы, громко ржали и пробовали бежать неловкими скачками.
- Держись крепче! – сквозь творившийся вокруг ад послышался голос Рауна.
Я бросила взгляд вперед и от страха чуть не разжала руки в попытке отпрянуть от надвигающейся прямо на меня стены дождя во главе с огромной воронкой, напоминающей грозного полководца впереди смертоносного войска.
Почерневшее небо снова прорезала ветвистая молния, а вслед за огненным росчерком пришел и громовой раскат, буквально оглушивший нас. Кибитка несколько раз дернулась, и тут…
- О! А это еще кто здесь!? – я вздрогнула, стиснула зубы и испуганно уставилась на материализовавшегося слева от меня мужчину.
- Вы еще кто такие? А ну, пацаньё, кыш отсюда! – громче рявкнул другой голос и грубо толкнул парнишку на меня.
- Оставь их, Сэм! Потом разберемся! Самим живыми бы остаться! – это уже, похоже, был третий.
Я же мысленно взмолилась, чтобы и всем прочим не пришла в голову идея спрятаться под кибиткой, так как свободного места под ней уже не оставалось. Я, просунув руки сквозь колесо, сцепила пальцы в замок вокруг одной его спицы. И тут рвануло с такой силой, что мне показалось, что у меня руки вырвало из плеч. Голова закружилась, а виски словно сдавило. Кибитку развернуло и затрясло. Сверху послышались крики ужаса, а затем грохот от обрушившегося на нас ливня. Словно какой-то гигант вдруг в один момент включил душ.
Я чуть ли не захлебнулась от ударивших мне прямо в лицо тугих водяных струй, отвернулась и изо всех сил зажмурилась, стараясь абстрагироваться от неприятного ощущения намокающей на моем теле одежды и думать только о своих слабых, не тренированных руках, прося их продержаться еще немного, а пальцы не разжаться.
Все звуки вдруг в момент исчезли, а время странно растянулось. Мне одновременно казалось, что оно тянется медленно, словно резина, и в то же время оно будто бы замерло, законсервировав меня в себе, как комара в окаменевшей смоле.
И вдруг все мгновенно вернулось и смешалось в жуткую какофонию: завывание ветра, громкие удары хлестких струй дождя по земле и кибитке, ржание коней и крики людей. Слева от меня, прямо мне в ухо, орал огромный детина. В его глазах плескался первобытный ужас, и мне вдруг стало страшно от того, что в панике, бездумно, он мог схватиться за меня, как утопающий за соломинку, и тогда нас точно унесет, ведь мои и без того ослабевшие руки не удержат двоих.
Послышался натужный скрип, и я с ужасом увидела, как колеса задней части кибитки приподнялись над землей. Я невольно задержала дыхание, глядя на них, гипнотизируя взглядом, словно стараясь удержать на месте. На миг дышать стало трудно, но почти сразу воздух, щедро сдобренный пылью, ворвался в мои легкие, а тайфун, резко сбавив обороты, растаял, словно дымка, оставив после себя разбросанный по округе мусор.
Ливень тоже мгновенно закончился, и от этой наступившей резко тишины на миг стало дурно, а в ушах раздался мерзкий тоненький писк. Мужчины осторожно полезли из-под кибитки, переглянувшись, за ними следом полезли и мы с Рауном. Прятаться смысла не было, так как нас уже видели.
Встав на ноги, мы огляделись. В грязи, оставленной ливнем, валялись куски разломанных деревянных ящиков, ветви издалека принесенных деревьев, а разодранный в куски тент вяло повис на погнутых полукруглых дугах кибитки. Неподалеку лежали два коня, один из них — без признаков жизни, второй пытался подняться на дрожащие ноги и тихонько ржал, других двух видно не было.
Из семи бородатых дезертиров осталось только трое. И как раз те, что догадались спрятаться под кибиткой. Они потерянно бродили посреди разбитого и частично унесенного ветром добра и горестно стонали, кого-то или чего-то ругая вполголоса.
Мы с Рауном украдкой переглянулись, уже было собираясь потихонечку дать деру, пока на нас никто не обращал внимания, но тут мне на плечи легли тяжелые ладони, чуть ли не припечатав меня к земле.
- Стоять! Кто такие? Что делали под нашей кибиткой? – голос грубый и похож на того мужика, что орал мне над ухом.
- Простите, дяденька! – непривычным голосом заканючил Раун, - мы с братом до города идем, хотим в подмастерья кому наняться! А тут это! – шмыгнул он носом, - мы испугались очень, а тут увидели вашу кибитку, вот и залезли под нее от непогоды укрыться! Отпустите нас, дяденька! – и жалостливый такой взгляд, кот из «Шрека» отдыхает!
- Отпустим, отпустим! – ухмыльнулся здоровяк, весело переглянувшись с другими мужчинами. – Только ведь за спасение плата полагается! Четверых наших товарищей унесло ветром, а залезь они под кибитку, глядишь, и живы бы остались!
- Вот-вот, - тоненько проскрипел самый мелкий из них, - выходит, вы их место заняли!