Галопом по окопам, или Квест для невезучей попаданки (СИ)

Отложив мыльный корень, я, задержав дыхание, нырнула, стараясь как можно лучше прополоскать волосы. Несмотря на то, что мне их остригли, все равно осталась довольно густая копна, за которой тоже требовался уход.
Искупавшись, я осторожно вылезла из бочки и на цыпочках посеменила к приготовленному мне на крючке большому полотенцу. И только я протянула к нему руку, как мне почудилось слева какое-то движение. Я взвизгнула и прикрыла руками стратегически важные места.
  
Чуть левее меня стояла обнаженная девушка и так же, как и я, прикрывшись руками, испуганно смотрела на меня большими, раскосыми, как у лани, глазами. Они у нее были карие, напоминающие мерцающий янтарь, глаза! Светло-русые влажные локоны красиво обрамляли аристократичное овальное личико с высокими скулами.
- Ты кто? – мой тихий дрожащий голос сиротливо прозвучал в пустом помещении, в котором, кроме меня, больше никого не было! Так как красавица в это же мгновение тоже беззвучно повторила мой вопрос.
Мое сердце забилось, как сумасшедшее, едва я поняла, что вижу в зеркале именно себя нынешнюю! Схватив с крючка полотенце, я поспешно обернулась им и шагнула к зеркальной дверце от старого шкафа, просто прислоненной к стене, жадно разглядывая свой новый облик.
При близком рассмотрении я обратила внимание и на красивую форму пухлых губ, которые выглядели так, словно их только что накрасили розоватым блеском. Я потерла губы рукой, но ничего не поменялось. Чудеса!
Глаза тоже казались подведенными коричневыми тенями в направлении висков, что вместе с длинными черными ресницами делало их еще выразительней. Украдкой оглядевшись и убедившись, что никто за мной не подсматривает, распахнула полотенце и ахнула, окинув взглядом буквально совершенную фигурку с тонкой талией, крутыми бедрами и упругими округлостями там, где надо.
Я снова завернулась в полотенце и замерла, пытаясь осознать, что эта невероятная красавица в зеркале — точно я. Ведь будучи в прошлой жизни, по сути, ходячей вешалкой, я уже смирилась, что так и придется доживать мне свой век никому не нужной пацанкой.
Дверь домика тихо скрипнула.
- Элея! – я узнала голос женщины. – Ты уже помылась? Я тебе вещи принесла.
- Да, эйре Гертруда, помылась.
Дверь хлопнула, и вошла моя спасительница.
- Что у тебя глазки такие испуганные? – протянула она мне стопку вещей.
- Да так, волосы жалко! – быстро нашлась я, беря у Гертруды вещи и ныряя за занавеску в уголке помещения.
Мне снова достались мужские вещи: широкие штаны и мешковатая рубашка. Вздохнув, я надела их, попутно соображая, что нужно попросить у женщины какой поясок, чтобы подвязать свой новый прикид.
- Готова?
- Готова! – поддерживая штаны, я вышла вся такая красивая и широко улыбнулась, отзеркаливая ее добрую и лукавую улыбку.
Гертруда покачала головой и протянула мне небольшой кулон из невзрачного камешка на обыкновенной пеньковой веревке. Я, конечно, удивилась, ведь с такой одеждой вовсе не до украшений, но не стала обижать добрую женщину, взяла подарок и надела на шею. Едва я это сделала, как одежда на мне съежилась, подобралась и села точно по фигуре.
Я аж рот открыла от удивления, глядя на себя в зеркало. Просто чудеса! Я-то думала, что больше, чем чудесные чешуйки, меня больше ничего удивить не может! Но, бросив взгляд на женщину, моя радость немного померкла. Вид у нее был задумчивый и не очень довольный.
- Что-то не так?
- Все не так! – пробурчала она, качая головой. – Слишком ты яркая, заметная! А это в твоем положении очень опасно. Ладно, идем обедать. Позже решим, что с этим делать, идем!
В знакомой мне комнате за большим накрытым столом у окна уже сидели остальные члены этой странной семьи. На обед был ароматный овощной суп с кусочком сливочного масла, печеная картошка, зелень с огорода, вареные яйца и кувшин молока. А на десерт на большом блюде высилась горка румяных булочек.
- Ну, угощайся, Элея! После обеда поговорим, а обсудить нам нужно многое! – хозяйка дома многозначительно на меня посмотрела, улыбнувшись краешками губ и наливая мне суп в глиняную миску.
Во время обеда Гертруда с детьми о чем-то тихо переговаривалась. Кажется, разговор шел об урожае, грибах и мелких хозяйственных делах. Я же просто медленно ела, наслаждаясь простой, но такой необыкновенно вкусной едой! А еще поймала себя на мысли, что особенно мне приятна обстановка за столом. До того она была спокойная и доброжелательная, что казалось, будто меня окутывает что-то мягкое и нежное. Давно я не припомню, чтобы на моей душе царило такое умиротворение.
Но вот и этот необычный сеанс релакса наконец подошел к концу. Я очнулась от состояния нирваны, когда хозяйка принялась собирать посуду со стола. Для меня было привычным делом, что за столом обязательно кто-то прислуживает, но сейчас я понимала, что все несколько по-другому, и предложила Гертруде свою помощь, хотя я и представления не имела, как мыть посуду без водопровода.
- Спасибо! Но сегодня ты наша гостья! Потом поможешь, - улыбнулась женщина, складывая миски и кружки в глубокий таз. Затем Раун залил ее горячей водой из ведра, стоявшего у входной двери.
Я озадаченно нахмурилась, пытаясь понять, каким образом там оказалась горячая вода. Видимо, увидав мой мыслительный процесс, паренек усмехнулся и достал из ведра красную чешуйку размером с ладошку годовалого ребенка. А достав, быстро бросил ее на стол и подул на свои пальцы.
- Горячо! – улыбнулся он во весь рот.
Я покосилась на исходившую паром чешуйку на обеденном столе и с опаской поинтересовалась: «А это не опасно? Стол не загорится?»
Сидевшая молча до этого момента у окна Селестия громко и звонко засмеялась.
- Что ты! Она горячая, но огонь зажечь не может! Ты что, глупая?
Я почувствовала, как мои щеки заливает румянец. Очень неловко получилось. И правда выходит, что я не знаю элементарных вещей, которые знает даже малый ребенок. Этак я легко себя выдам.
- Селестия! Как тебе не стыдно? Леди Элея, видимо, издалека к нам приехала и не слышала о чешуе полозов.
- Ага! Только если с небесного светила прилетела! Да все в нашем мире знают про эти чешуйки, оттого и пытаются захватить наше герцогство, чтобы себе забрать земли, где обитают радужные полозы! – фыркнул Раун, хватая опустевшее ведро и собираясь выйти на улицу за водой.
- А что, разве нельзя взять несколько маленьких этих… полозов и отвезти в свои земли, а потом ухаживать, растить их и позже дождаться потомства? – пролепетала я, уже в процессе, по широко открывшимся глазам Селестии и Рауна, да по тому, как прятала улыбку Гертруда, поняв, что ляпнула большую глупость.
Дети фыркнули и переглянулись.
- Так, раз уже все пообедали, давайте пройдем в нашу особую кладовочку, - с какой-то особой интонацией произнесла женщина.
И мы пошли. Оказавшись снова в темной каморке, освещенной лишь многочисленными скоплениями разноцветных чешуек полоза, я смогла осмотреться. Оказывается, они не висели в воздухе, а лежали аккуратными горками на полках, которых в темноте видно не было.
- Присаживайся, Элея!
Я обернулась и увидела у одной стены довольно уютный мягкий диван без спинки.
Гертруда уже присела на него, ей на колени тут же взгромоздилась Селестия. Малышка строго и внимательно смотрела на меня, но молчала. Необычное поведение для маленькой девочки. Я притулилась на другой край дивана, а Раун ловко запрыгнул в самую середину, заинтересованно крутя своей вихрастой рыжей головой и переводя хитрый взгляд с меня на свою бабушку.
Гертруда посмотрела на меня добрым взглядом.
  
- Элея, понимаю, что у тебя сейчас много вопросов, поэтому спрашивай, но потом ответь и на мои.
- Хорошо, - кивнула я и задумалась. Спросить хотелось о многом, но я задала ей один и самый главный вопрос. - Кто вы и почему мне помогаете?
Женщина усмехнулась и лукаво посмотрела на меня.
- Мы – сумасшедшие! Все трое.