Второй Год (ЛП)

Я немного поворчала в ответ, и это было шокирующе — чувствовать что-то еще, кроме горя.
— Мне не нужно, чтобы кто-то заботился обо мне. Ашер ушел, а я все еще здесь. Я все еще функционирую.
Едва ли.
— Докажи, — сказал Джесси, еще более ворчливо, чем я. — Съешь немного гребаной еды.
Что-то щелкнуло внутри меня, и я кивнула. Я провела слишком много дней в водовороте горя, слишком много дней была оболочкой человека, едва функционирующей. Как бы ни было больно, я должна была начать жить заново, потому что если бы я этого не сделаю, какой, черт возьми, был смысл в том, что Ашер спас мою жизнь?
  
— Хорошо, — прошептала я, прежде чем схватить полотенце и обернуть его вокруг себя. Воздух был прохладным, на заднем плане надвигалась гроза, но я этого почти не чувствовала.
Это была тихая, мрачная компания, которая сидела вокруг и поглощала яичницу с беконом и тосты на столе. Мне удалось съесть половину тарелки, что, похоже, удовлетворило парней. В какой-то момент Аксель потянулся и схватил меня за руку. Я чуть не отдернула ее, потому что его доброе прикосновение причинило мне боль, глубоко в груди, где находился источник боли, но его взгляд остановил мою руку. Ему было так же больно, как и мне. Он нуждался в утешении.
Так что я держала его за руку до конца завтрака и почувствовала облегчение, когда отчаянный крик в его глазах немного утих.
— Глава Джонс сказал, что мы можем вернуться к занятиям через столько, сколько потребуется, и что наше отсутствие не повлияет на оценки, — внезапно сказал Кэлен, нарушая тяжелое молчание. — Но я просто не уверен, что смогу оставаться здесь без Аша. Здесь… пусто.
Это слово было подобно пуле для моего тела. Оно врезалось в меня, пробив кожу и раздробив хрупкие кости, мышцы и внутренние органы под ней.
Пусто.
Это я чувствовала.
Я была опустошена.
— Мы должны остаться ради Мэдди, — сказал Рон, который после смерти Ашера произнес всего несколько слов. Он очень тяжело это воспринял, и, если не считать нескольких ворчаний, я не могла припомнить, чтобы он что-нибудь говорил или вообще был рядом.
— Быть здесь ради меня? — спросила я, гадая, в чем смысл всего этого.
— Атлантида, — добавил Рон. — Что бы ни происходило с Атлантидой, это не исчезнет только из-за Ашера. И это не оставит Мэддисон в покое… Она неотъемлемая часть всего этого.
Атлантида, точно. Я совершенно забыла об этом месте, но мысль об ней сразу же привела меня к следующей мысли. Боги. Один из этих ублюдков вернулся, и они убили Ашера, и теперь они были где-то недалеко от Атлантиды. Я так и знала. Я знала, что именно по этой причине они вернулись, и теперь я хотела найти этого гребаного бога и разорвать его на миллион кусочков.
— Срань господня, — прошептал Кэлен, и я резко повернула к нему голову. Его глаза расширились.
— Ты сейчас выглядишь немного странно, — сказал мне Аксель. — Твоя сила видна… на коже.
Я посмотрела вниз, качая головой от того, что по коже пробегали молнии.
— Это не моя сила, — сказала я, затаив дыхание, и часть моего гнева угасла. — Это…
— Сила, которая убила Ашера, — вмешался Джесси.
Так и было. Они были точно такого же оттенка и формы, как те молнии, которые были в резервуаре вместе с ним.
— Мэддисон тоже пострадала? — спросил Рон, поспешно вскакивая на ноги. — Она была в резервуаре вместе с ним, когда он взорвался.
Я была очарована этой силой, наблюдая, как она зигзагами пробегает по коже, но, подняв взгляд, обнаружила, что на моей шее нет ожерелья. Черт возьми.
Я вскочила на ноги так же быстро, как и Рон, что было бы невозможно без вампирской скорости, но, видимо, я была полна сюрпризов.
Например, моя сила. Она не вышла из-под контроля. Неужели эта новая сила на коже каким-то образом подавила мою изначальную энергию? Я все еще чувствовала жар, бурлящий внутри, но он казался… более сдержанным.
— На мне нет ожерелья, — выпалила я в спешке, пытаясь сдержать панику, которая была готова вот-вот вырваться наружу. — Я… что это значит?
Парни подошли ближе, напирая на меня. Я хотела крикнуть им, чтобы они бежали в другую сторону, потому что, если я потеряю контроль, то могу их убить. Ты была с ними несколько дней без ожерелья, напомнил мне внутренний голос, но это не очень помогло. Я все еще боялась.
— Горе, возможно, сдерживало силу, — предположил Аксель, что прозвучало для него очень неуверенно. — Но это было бы необычно… из ряда вон выходяще. Обычно сильные эмоции еще больше выводят наши силы из-под контроля. Так что… — Он замолчал, явно не имея ни малейшего представления.
— Где Луи и Глава Джонс? — спросила я, надеясь, что у кого-нибудь из них найдется ответ. Аксель был тем супом, к которому я обращалась в первую очередь, но когда он оказывался в тупике, у него оставалась только пара других вариантов. — Я не могу просто так разгуливать по городу и все такое. Я взорву школу.
— Не говоря уже о том, что… — Кэлен указал на последние разряды молний на моей коже, сила, к счастью, исчезла, но все еще была там. — Ты, наверное, хочешь это проверить.
Тоооочноооо. Ну…
Неа. Не пойду туда. Мой хрупкий мозг не мог справиться с таким количеством горя, и я была совершенно без сил. Мне нужно было увлажнить слезные протоки, прежде чем я начну думать о чертовой дыре, зияющей в груди.
Громкий стук во входную дверь заставил меня вздрогнуть. Джесси резко повернул голову в ту сторону, слегка дернул носом, когда учуял посетителя. У нас дома бывало не так уж много супов, это было запрещено девяноста девяти процентам учеников и учителей в школе.
— Илия, — произнес Джесси секундой позже, расслабляясь.
— Я пойду впущу ее, — небрежно сказал Кэлен. Однако, к тому времени, как он подошел к ограждению бассейна, моя лучшая подруга уже была на веранде позади их дома. Я заморгала, когда она сбежала по лестнице, понятия не имея, как ей удалось проникнуть в запертый дом.
Магия, без сомнения.
— Мэдди! — воскликнула она, практически бросаясь ко мне и крепко обвивая мою шею своими длинными, тонкими руками.
Горячее давление в груди снова начало нарастать, и я крепко зажмурила глаза, надеясь, что это остановит слезы. Я могла поклясться, что во мне больше не осталось слез, но они почему-то продолжали литься.
— Я так чертовски волновалась за тебя, — сказала Илия, отстраняясь.
Кэлен фыркнул.
— Я бы еще не переставал волноваться. Она только что потеряла свою вторую половинку.
Было слышно, как я ахнула. Было бы не так больно, если бы он просто ударил меня в грудь. Рычание Джесси наполнило утренний воздух. Рон даже обнажил клыки, глядя на Кэлена. Маг покачал головой, опустив глаза.
— Черт. Прости, Мэдс. Я просто… дебил.
Я покачала головой, желая утешить его даже в своем собственном горе.
— Нет, нет. Все в порядке. Очевидно, правда причиняет боль. Кто бы мог подумать?
Аксель открыл рот, прочищая горло, чтобы, без сомнения, сказать нам, сколько людей уже использовали эту фразу раньше, но Джесси едва заметным движением головы остановил нашего местного гения.
Илия снова обратила на себя мое внимание, когда тоже откашлялась. Это было не похоже на нее — делать такие нервные жесты, и я сразу же забеспокоилась о том, что она собирается сказать.
— Глава Джонс направляется сюда, — сказала она тихим и ровным голосом. — У него есть для тебя новости. Он послал меня вперед, чтобы убедиться, что ты в сознании и сможешь все услышать.
Я кивнула, надеясь, что она продолжит.
— Что за чертовы новости? — прорычал Рон, потеряв терпение.
Она глубоко вздохнула.
— Атлантида снова поднимается. Вершина только что всплыла на поверхность. Мы все должны отправиться на место и дождаться окончательного подъема.
  
Я моргнула.
— Атлантида снова поднимается? Когда это началось?
Она прикусила губу, прикусив пухлую красную нижнюю губу зубами.
— Это началось в тот момент, когда Ашер взорвался, — наконец выдавила она. — Я не уверена, как это связано, но смерть Ашера явно стала катализатором, необходимым для преодоления этого последнего препятствия.