О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Ульфрик Буревестник! Здесь, в Хелгене, тебя кто-то зовет героем. Но герой не станет использовать дар Голоса, чтобы убить короля и узурпировать трон!
Банри шевельнулась. Что еще за дар такой?
Ульфрик промычал что-то сквозь кляп, злобно сверкая глазами, но остался непонятым.
– Вы начали эту войну и погрузили Скайрим в хаос, – продолжал Туллий, обращаясь уже ко всем мятежникам, – а теперь Империя воздаст вам по заслугам и восстановит мир!
Он все еще стоял лицом к Ульфрику, когда раздался этот звук. Ничего подобного Банри не слышала. Больше всего он напоминал вой, но ни одно живое существо, известное ей, не могло издать таких звуков. К тому же, шел откуда-то сверху… Хоть и с трудом, но женщина подняла голову – народ на площади дружно пялился в небеса.
– Что это было? – обеспокоенно спросил солдат, который опрашивал Банри.
– Ничего, – буркнул генерал и повернулся к капитанше: – Продолжайте.
Женщина вытянулась по стойке «смирно».
– Да, генерал Туллий.
Генерал отошел в сторонку, чтобы не мешать процессу, а капитан тем временем приказывала служительнице Аркея подготовить бунтовщиков к переходу в мир иной. Жрица с готовностью вышла вперед и простерла руки перед толпой осужденных.
– Ныне же вверяем мы души ваши Этериусу, и да пребудет с вами благословение Восьмерых… – завела она, но была грубо прервана каким-то рыжим Братом Бури, который решительно двинулся к плахе:
– Во имя Талоса могучего, заткнись и давай к делу!
– Как скажете, – пожала плечами жрица и вернулась на свое место.
Выглядела она слегка раздраженной, отчего Банри подумалось, что такие ситуации с повстанцами, наверное, то и дело происходят.
Мятежник встал перед плахой и осведомился:
– Я что, все утро ждать буду? – Когда солдаты прижали жертву к плахе, тот ухмыльнулся: – Мои предки улыбаются, глядя на меня, имперцы, а ваши – улыбаются вам?
Банри следила взглядом, как палач заносил топор, но закрыла глаза, когда он его опускал. Видеть этого было не нужно. Хватало и того, что она это слышала.
– Имперские ублюдки! – выкрикнула какая-то женщина из толпы приговоренных, когда голова казненного скатилась в специальный ящик.
Ее крик потонул среди других, одобрительных:
– Поделом!
– Смерть Братьям Бури!
Банри услышала, как Ралоф пробормотал где-то справа от нее:
– Жил без страха и умер без страха.
Тело и отделенную голову унесли по приказу капитана, которая затем скомандовала:
– Дальше – предательница из Сиродила!
Вой с небес раздался вновь. Все опять уставились на небо, а норд-легионер заметил:
– Опять то же самое. Слышите?
– Может, птица какая? – дрогнувшим голосом предположила одна из мятежниц. – Какая-нибудь перелетная?..
– Заткнись! – гаркнула командирша. – Следующий, говорю!
– Иди к плахе, – негромко произнес легионер, обращаясь к имперке. – Твоя очередь.
Банри на ватных ногах двинулась вперед, к колоде. Подойдя вплотную, она сама опустилась на колени, не дожидаясь стражников – внезапно ей захотелось, чтобы все это поскорее закончилось. Но наклониться и улечься на плаху она не могла из-за перелома.
– Ну, чего ждешь, – буркнул палач. – Очередь задерживаешь.
– Я не могу, – прошептала Банри. – У меня кости… сломаны…
– Если не можешь, тебе помогут, – разозлился кат и крикнул капитанше: – Эй, не хочет она укладываться!
– Подождите,– умоляюще попросила Банри, когда по знаку командира к ней подошли двое солдат. – Нет! Постойте! – Это она уже выкрикнула, когда ее прижали к колоде. Боль была такая, что женщина пронзительно взвыла, а из глаз хлынули слезы.
– Капитан! – позвал один из солдат. – Она, похоже, от боли орет. Может и впрямь у нее чего сломано?
– И что же, нам ждать, пока зарастет? – раздраженно сказала эта бабища. – Эй, палач, давай быстрее! От ее воплей в ушах звенит.
– Чтоб ты сдохла, гадина! – заорала Банри. – Чтоб тебя пополам разорвало!
Слезы текли и мешались с еще не остывшей кровью мятежника – плаху даже не обмыли перед повторным использованием. Банри широко открыла глаза, глядя, как палач замахивается топором. Но в следующий момент она увидела нечто такое, что заставило ее забыть и о неотвратимо приближающейся смерти, и о жуткой боли.
 
…Он вынырнул из-за горного кряжа – кажущийся огромным даже с такого расстояния, и абсолютно черный. Да, вынырнул – другое слово трудно подобрать – с удивительным изяществом для столь внушительного создания – и вновь скрылся, уже в облаках.
– Смотрите! – заорал один из солдат. – Вон там – за тучами!
Люди ударились в крик, солдаты метались туда-сюда, пытаясь удержать перепуганных повстанцев, палач замер с занесенным топором. Банри почувствовала, как хватка легионеров на ее плечах ослабла, но она так и продолжала лежать, опираясь грудью на плаху.
– Это что еще такое, Обливион его побери? – закричал генерал.
Капитанша, пытающаяся навести порядок среди перепуганных пленников и не менее перепуганного личного состава, взревела:
– Часовые, что вы видите?
«Ты что, слепая? – подумала Банри. – Неужели не видишь, что это…»
– Дракон! – дико завизжала какая-то женщина.
Деревенские заверещали. Легионеры, те, что еще держали себя в руках, пытались не дать пленникам разбежаться. Дракон, покружив над деревней, вдруг пошел на снижение, и перепуганные вопли слились в один истошный ор.
Когда монстр всем весом приземлился на центральную башню Хелгена, произошло маленькое землетрясение. Каменная кладка, казалось, просела под такой массой, а раствор кое-где начал крошиться. Палач, так и не успевший опустить топор, не удержался на ногах и упал на колени рядом с несостоявшейся жертвой.
– Не стойте столбом! Убейте эту тварь! – завопил Туллий. – Стража, уводите горожан!
Дракон раскрыл пасть и взревел так, что Банри показалось, будто небо треснуло. Она была недалека от истины – в ту же секунду местность стала напоминать самый кошмарный из планов Обливиона: клубящиеся черные тучи скрыли солнце, и из них посыпались раскаленные камни величиной с бычью голову. Несколько человек, включая палача, были убиты на месте в первые же секунды.
Банри соскользнула с плахи и, оглушенная драконьим воплем, лежала на окровавленной мостовой. Потом попыталась приподняться, сделав упор на правую руку, и кто-то схватил ее за шиворот.
– Эй ты! Подъем!
Женщина с трудом повернула голову. Ралоф. Он выпустил ее рубаху и отбежал в сторону, маня ее за собой.
Площадь перед плахой почти опустела – уцелевшие разбегались кто куда. Дракон, взлетевший с башни, снова описал круг над селением и теперь собирался, видимо, делать второй заход.
– Пошли, второго шанса боги нам не дадут! – снова позвал повстанец. – Сюда!
Он развернулся и со всех ног кинулся к дальней башне. Имперка, поднявшись-таки на ноги, поковыляла следом.
====== Акт I. Глава 1. На свободу! ======
Когда Банри вбежала за Братом Бури в башню, какой-то мятежник захлопнул за ними дверь и задвинул засов. Кругом были одни только бунтовщики, да их предводитель, правда, уже без кляпа. У лестницы, ведущей на верхние уровни башни, в луже крови лежала женщина, одетая в цвета повстанцев.
Банри заметила, что руки были связаны у нее одной, все остальные уже успели избавиться от помех. И когда только?..
– Ярл Ульфрик! – отдышавшись, выговорил Ралоф. – Что это?! Неужели легенды не врут?!
– Легенды не сжигают деревень, – проговорил тот, прислушиваясь к драконьему реву. – Надо уходить. Быстро!
– Конечно, – с готовностью отозвался ривервудец и схватил Банри за здоровую руку. – Наверх, через башню, бежим!
Женщина высвободила запястье и устало посмотрела на него.
– Какое тебе до меня дело?..
– Не стой столбом! – прикрикнул на нее Ульфрик. – Давай! Дракон сейчас всю башню развалит!
Пришлось подчиниться. Поднимаясь по лестнице, Банри услышала, как какой-то мятежник заметил:
– Еще секунда и дракон убил бы их обоих.