О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

– Конечно можешь. А у тебя что, очень много лишних денег?
Денег было откровенно мало. Покупка мебели для спальни, самой простецкой, обошлась в триста септимов – заработок Банри аж за три дня. Но доставка из-за границы, неважно какой, увеличила бы стоимость вдвое, если не втрое.
– А если я захочу еще какой-нибудь гарнитур прикупить, мне опять к тебе обращаться? – спросила Банри, когда Авениччи заставил ее расписаться на каких-то бумажках.
– Разумеется. Да, вот. – Он пошарил на своем столе и выудил маленькую книжечку. – Каталог. Посмотришь и выберешь, что тебе нужно.
Банри поблагодарила, договорившись о приходе рабочих, которые должны будут доставить и расставить купленную мебель.
Рабочие прибыли к полудню, втащили в широко распахнутую дверь какие-то ящики и первым делом поинтересовались у хозяйки, где обустраивать спальню. Банри, особо не раздумывая, указала на фронтальную часть второго этажа, где раньше стояла древняя кровать. Сначала доставщики затащили мебель наверх, потом приволокли какие-то доски и принялись споро собирать перегородку, долженствующую отделять спальню от других помещений. На все ушло около пары часов, после чего они распрощались и ушли.
После их ухода Банри оглядела новую кровать и решила сходить к Белетору – еще неделю назад она приглядела там красивое шерстяное одеяло. Стоило оно, конечно, жутко дорого, но иногда нужно себя баловать. И бутыль вина тоже была бы не лишней – покупку следовало обмыть. Заперев дом, она отправилась на рынок, прикидывая, как бы половчее управиться с жадным торговцем. Впрочем, жадность была не самой дурной его чертой. Куда хуже были шуточки вроде «Все продается, милая. Была бы у меня сестра – вмиг бы ее продал», или «Готов у тебя даже родственничка купить, хе-хе-хе», и смеяться при этом. Словом, Банри старалась заходить в лавку Белетора пореже, только в случае крайней необходимости. Вот как теперь.
Пробыв в темном магазине довольно долго, она вышла на улицу, прижимая к груди покупки. Одеяло Банри все же купила, как и постельное белье. Изделия были качественными и явно стоили своих денег. А вот от вина пришлось отказаться, вместо этого женщина отправилась через площадь в «Гарцующую кобылу», чтобы выпить там пару стопочек в обществе разговорчивой Хульды.
На рынке ей попалась на глаза Алем – жена одного из местных землевладельцев и редгардка по национальности. При виде нее Бнри сразу вспомнились наемники со своей просьбой. Она осторожно приблизилась к темнокожей женщине, которая громко жаловалась на своего мужа торговке овощами и фруктами и, поздоровавшись, спросила, не слышала ли та об аликр’цах в Скайриме.
– Нет, – немного удивленно проговорила Алем. – А что такое?
Банри кашлянула:
– Вообще-то, я понятия не имею. Те двое, что пытались войти в город, просто сказали, что ищут свою соотечественницу.
– У меня нет, и не было ни родных, ни знакомых из пустыни, – пожала плечами редгардка, – так что…
Извинившись, Банри подалась в трактир. Уже внутри выяснилось, что Хульда приболела, и сегодня к посетителям вряд ли выйдет, так что она заказала у одной из служанок, которую, как она знала, звали Садией, обед из трех блюд и уселась за угловой стол в ожидании заказа.
Садия, судя по ее смуглой коже, тоже была из йокудан. Банри дождалась возвращения девицы, и, глядя, как служанка расставляет миски и кружки, осведомилась:
– Тебе известно, что аликр’ские воины ищут женщину-редгардку?
Эффект был потрясающий. Девица, стремительно побледнев, вернее, посерев, выронила посуду, которую держала в руках, и утварь с грохотом разлетелась по полу.
– Что?.. – прохрипела она.
Банри растерялась. Поведение Садии было, мягко говоря, странным, особенно если учесть, что Алем отреагировала на вопрос об аликр’цах в лучшем случае легким удивлением.
Служанка попятилась, прижимая руки к груди:
– О нет, нет! Они нашли меня?
Банри поднялась со стула, теперь ей стало совсем неуютно.
– Я… э… пожалуй, пойду…
Не тут-то было. Садия неожиданно пришла в себя и вцепилась в ее руку словно клещами.
 
– Мне нужна твоя помощь! – взмолилась она, лихорадочно озираясь. – Пожалуйста, пойдем со мной! Мне нужно поговорить с тобой наедине!
Девушка быстрым шагом двинулась к кухне, волоча за собой проклинающую все на свете Банри и приговаривая:
– Скорее, скорее…
Миновав кухню и поднявшись по шаткой лестнице, обе оказались в крохотной темной каморке, где из обстановки имелись только узкая кровать, да маленькая тумбочка. Далее случилась совсем уж неприятная вещь – Садия вынула откуда-то огромный нож и, надвигаясь на Банри, прорычала:
– Так ты на них работаешь?! Думаешь, сможешь одолеть меня?! Только тронь – и без пальцев останешься! Я серьезно! – Она остановилась, облизав пересохшие губы. – Я… я пополам тебя разрежу!
– Послушай… – промямлила Банри, прикидывая, как бы половчее увернуться в такой тесноте и не свернуть шею на лестнице, благо выход из каморки был прямо за спиной. – Я вообще не понимаю в чем дело. Так что, если ты не возражаешь…
Но Садия, словно повредившись умом, бубнила, тряся кинжалом перед ее носом и задавая вопросы один за другим:
– Так аликр’цы знают, где я?! Что они тебе предложили?! Золото?! Сколько их еще осталось?! Скажи мне!
– Они просто попросили тебя найти, – пробормотала Банри.
– Не говори им обо мне! – взмолилась служанка с той же страстью, с которой только что угрожала. – Прошу тебя, мне нужна твоя помощь! В этом городе нет никого, кому я могла бы довериться!
– Потрясающе. Сначала заманиваешь сюда, тычешь в нос оружием и угрожаешь. И после всего этого просишь помощи.
Садия теперь выглядела более собранной, нежели минуту назад. Видимо, страх уже отпустил. Она спрятала кинжал в ножны, бросила его на постель и заискивающе улыбнулась.
– Я… Прости. Я просто очень испугалась. Прошу тебя, выслушай. Мне очень нужна помощь.
В очередной раз обругав себя за любопытство, вынудившее пуститься в расспросы, Банри нехотя произнесла:
– Ну… Возможно я и… Что ты хочешь?
Садия принялась заламывать руки:
– Я не та, за кого себя выдаю. Мое настоящее имя – Иман. Я из знатного дома Суда в Хаммерфелле. Те, кто меня ищет – аликр’цы – асассины, нанятые Альдмерским Доминионом. За мою голову им пообещали целую гору золота. – Она заметалась по комнатушке. – Мне нужно, чтобы кто-то прогнал их отсюда, пока они не нашли меня и не увезли в Хаммерфелл на казнь.
Банри наморщила лоб. Что-то в истории было сильно не так, только пока она не могла понять что. Потом до нее дошел смысл последних слов Садии.
– Ты что, хочешь сказать, я должна избавиться от них? – изумилась имперка. – Как ты это себе представляешь?
– Они наемники, они здесь только из-за денег, – принялась объяснять служанка, сверкая белками глаз в полумраке. – Ими руководит человек по имени Кемату. Избавься от него и остальные просто разбегутся.
– Избавиться? – ошарашено спросила Банри. – Каким образом?
– Убей, дискредитируй, еще как-нибудь! – Садия шумно выдохнула. – Я не могу показываться им на глаза, иначе они узнают меня, поэтому тебе придется выяснить, где они прячутся.
– Садия, – медленно проговорила Банри, – я что, по-твоему, Устранитель Неудобных Препятствий? Я всего лишь целительница и алхимик средней руки, и… избавляться от кого-то – это точно не по мне.
– Но я заплачу тебе! – почти выкрикнула редгардка. – Ты получишь деньги, обещаю!
Отступив за дверь, Банри покачала головой и сказала:
– Если у тебя есть средства, обратись к наемникам. Они есть в городе, насколько мне известно. А мне не нужны проблемы, ясно? Я вообще жалею, что сказала тебе об этих… аликр’цах.
Она быстро спустилась по лестнице и выбежала на улицу сквозь кухонную дверь, опасаясь, что ненормальная девица последует за ней. Но Садия, похоже, не собиралась пускаться в погоню. Банри перевела дух и, сбавив шаг, направилась домой.