Воспитание мисс Грейнджер (СИ)

Прилично сконфуженная Гермиона утвердительно кивнула.
— Вроде того. На нём было холодно, но всё равно неплохо. Лучше, чем я ожидала. Жаль только, угол был неудобным. В конце концов я сдалась и использовала край ванны.
— А плюшевый мишка? Как это было?
Она ещё ярче вспыхнула, закусив нижнюю губу.
— Я села на него сверху.
Северус нашёл это очень забавным и даже не пытался скрыть своего веселья.
— Счастливый медведь. Расскажи мне, каким образом ты это сделала?
Гермиона немного приподнялась, устраиваясь поудобнее и продолжая двигаться на нём.
— Я сняла джинсы и трусики, положила их на стул возле письменного стола, а затем просто села на него сверху, скользя по меху. Потом я начала тереться клитором о мордочку. Мишка был очень мягким, — пояснила она, как будто это логически объясняло её действия.
Северус запрокинул голову и рассмеялся.
— О, Мерлин! Какой изысканный способ запятнать детскую невинность!
Гермиона застенчиво улыбнулась.
— Вообще-то мишка не был моей детской игрушкой. Его подарил Виктор.
Ему потребовалась секунда, чтобы вспомнить, кто такой Виктор.
— Крам?
— Да.
— Ты трахнула медведя, которого тебе подарил другой волшебник?!
— Я мыслила практично! — парировала она. — Мне не хотелось портить мягкие игрушки, оставшиеся с детства.
Судя по всему, такое объяснение немного успокоило его. Он снова принялся массировать клитор.
— Надеюсь, ты сожгла его, как только осуществила задуманное?
— Не смеши меня. Я просто произнесла Очищающее заклинание и убрала мишку обратно в шкаф. Ты же не ревнуешь меня к призракам прошлого?
— Я не хочу, чтобы ты думала о других мужчинах во время мастурбации.
— Я и не думала ни о ком другом. Я мечтала только о тебе.
— И о чём именно ты мечтала?
Её нежные щёки покрылись пунцовым румянцем.
— Я мечтала… Вернее, гадала… что бы почувствовала, если бы ты накрыл тот столик, который был на иллюстрации, мехом.
Северус снова начал смеяться.
— Фантазёрка.
— Просто мишка был очень мягким! — обиженно повторила она.
— Это я уже слышал. Наверное, мне придётся одолжить шубу у Малфоя-старшего. Я надену её, и ты сможешь повторить осквернение бедного мишки в большем масштабе.
Она шлёпнула его по груди.
— Прекрати!
Северус молниеносно схватил её за запястье.
— Заметь, ты уже в третий раз позволила себе меня ударить.
Гермиона испуганно замерла.
— Но я не имела в виду ничего плохого.
Он спокойно кивнул.
— Завтра мы отправимся ко мне домой и там снова займёмся твоим воспитанием. Я напомню тебе, насколько важны хорошие манеры.
Карие глаза широко распахнулись от страха.
— Мне на самом деле стыдно! Пожалуйста, не делай мне больно! А ещё я боюсь… что Гарри и Рон могут что-нибудь заподозрить.
— «Что-нибудь заподозрить?»
— Я хотела сказать… что это будет выглядеть странно, ведь Гарри позволил нам встречаться здесь.
— Тебе следовало подумать об этом раньше.
На её лице отразилось нешуточное беспокойство.
— Боже! Неужели обязательно нужно так быстро переходить к наказаниям?! Я надеялась, что мы будем заниматься сексом и дарить друг другу удовольствие! Мне хочется наслаждаться нашими встречами, а не чтобы моя задница постоянно болела!
Снейп бросил на неё предупреждающий взгляд.
— Думаю, ты забыла, в чём действительно больше всего нуждаешься, девочка. С этой минуты советую тебе проявлять осторожность.
— Чёрт возьми, я знаю, что мне нужно! Мне нужен ты!
Чёрные глаза угрожающе сверкнули.
— И ты меня получишь. Встань!
— Северус, пожалуйста! Нет! Прости меня!
— Встань с моих колен и отвернись! Сейчас же!
Гермиона украдкой глянула на него из-под насупленных бровей, но послушно поднялась, сразу же почувствовав себя опустошённой. От нервов её желудок сжался в комочек. Встав, она повернулась лицом к кровати. Снейп шлёпнул её по заднице с удивительной силой и скоростью. Она взвизгнула, потрясённо отшатнувшись в сторону.
— Постой в углу, пока я подумаю.
Её губы обиженно дрожали, пока она разочарованно вздыхала и оглядывалась по сторонам в поисках подходящего угла. Наконец выбрав тот, что оказался справа от двери, она обошла кресло и стала ждать.
— Носом в угол, — велел Снейп.
«Чёрт! Он даже не смотрит на меня! Откуда он узнал?!» Гермиона прижалась носом к стене и вдруг подумала, насколько всё происходящее неправильно и глупо. На её ягодице горел отпечаток мужской ладони, а внутри постепенно поднималась волна гнева. «Разве я не имею право голоса? Почему мы постоянно делаем только то, что он хочет?!» Всё внутри неё кипело несколько минут, прежде чем другой тоненький голосок в её голове не начал высказывать свои аргументы:
«Разве тебе не нравится, когда он тебя наказывает?»
«Проклятье! Мы не виделись целых две недели! Я хотела, чтобы он просто затрахал меня до потери сознания!»
«Тогда тебе, наверное, не стоило испытывать его терпение, переходить границы дозволенного?»
«Я всего лишь слегка шлёпнула его!»
«Тогда почему у тебя покалывало ладонь?»
«Твою мать! Я ведь попросила прощения!»
«Он оценил это, но после извинений нужно без лишних слов принять наказание».
«Тьфу! Да заткнись ты! Моя задница только зажила, а ты хочешь, чтобы он снова её разукрасил?»
«Ты тоже хочешь, чтобы он её разукрасил!»
«Неправда! Мне хочется целоваться, обниматься и заниматься любовью!»
«В таком случае тебе самой следовало целовать, а не бить его по груди. Как ты думаешь, Северусу мало доставалось шлепков и пощёчин за всю его жизнь? По-моему, ему как раз не хватало поцелуев».
«Ну отлично! Теперь я чувствую себя виноватой!»
Она простояла и проговорила со своей совестью минут пятнадцать. За это время Гермиона ни разу не слышала, чтобы Снейп перемещался по комнате. «Как он может быть таким тихим? Интересно, о чём он думает?»
«Наверное, гадает, стоишь ли ты потраченного времени».
«Чёрт возьми, не говори так! Ему не всё равно! Его последнее письмо чуть не довело меня до слёз!»
— Северус?.. — неуверенно позвала Гермиона.
— Да?
Он не выглядел сердитым. Во всяком случае, интонация его голоса была скорее … печальной. Слёзы защипали глаза, она поспешно заморгала, с трудом сдерживая их. Однако это не сработало. Её глаза горели, а по щеке предательски скатилась слеза.
— Прости меня, — прошептала она и съёжилась, стараясь не издавать ни звука. Гермиона услышала его приближающиеся шаги. Когда Снейп заговорил, его негромкий подавленный голос звучал прямо у неё за ухом:
— Мне тоже жаль. Сначала я должен был подумать о тебе и о том, что тебе нужно. Раньше я не мог мыслить ясно. Прошу прощения.
Гермиона виновато шмыгнула носом.
— Хорошо… но я не понимаю… о чём ты говоришь?
Северус улыбнулся, наблюдая за её смущением. Больше всего ему хотелось успокоить её, но для этого нужно было дождаться подходящего момента. Он даже сжал руку в кулак, чтобы сдержаться и не погладить её по спине.
— Ты была права насчёт того, что я тебе нужен, но для счастья тебе нужна особенная часть меня. Догадываешься, какая?
— Твой член?
Ему пришлось стереть с лица улыбку, чтобы она не услышала весёлых ноток в его голосе, прежде чем он заговорил вновь:
— Нет. Скажи, почему ты пришла ко мне несколько месяцев назад? О чём просила в первую очередь?
— Отшлёпать меня.
— Да. И знаешь, почему тебе это так понравилось?
— Эм-м… — она снова хлюпнула носом. — По многим причинам…
— Хм-м… На самом деле есть только одна причина, оказывающая на тебя такое влияние. Одна и та же тематика, пронизывающая все твои фантазии, одна простая вещь, которая удовлетворяет тебя и возбуждает каждый раз, даже когда ты этого не хочешь. Ты знаешь, что я имею в виду?
— Да, — сказала она, внезапно обо всём догадавшись.
— И что же это?