Только наоборот

– Все сложно, – перевела я. – Как статус в соцсетях.
Очевидно, в благодарность за это предположение чайка зажмурилась и… указала на меня.
– Что? – возмутился Сигизмунд. – Это Алла превратила меня в человека, что ли? Ты что, с моста в Невку рухнул?
Карл помотал головой.
– То есть все-таки тролли превратили?
Карл кивнул.
– Но при этом все сложно?
В ответ чайка икнула и снова показала на меня.
  
– Так, – прищурилась я. – Ты, это… Крыльями в кого попало не тыкай, а то, знаешь ли, можно и без перьев остаться.
Тут Карл с размаху уселся на пол и очень достоверно изобразил, что он несчастен, без сил и готовится отойти в мирную страну под названием «обморок».
– Налейте актеру, – пропищала фея. – Он без сил.
Тогда Сигизмунд молча взял его и переложил на кровать. А потом посмотрел на меня.
– Что последнее ты помнишь? Самое-пресамое распоследнее?
– Вот тот же вопрос у меня к тебе был, – пожала я плечами. – Кажется, сейчас мы будем собирать слово «проблема» из осколков отсутствующей памяти.
Итак… Я задумалась. Последнее, о чем я помнила, – разговор эльфийских принцев с делегацией троллей. Я подобралась к ним уже совсем близко, но все равно толком не могла расслышать, о чем они говорят. И рассмотреть в подробностях. А мне было интересно. Очень-очень интересно. Чрезвычайно. С самого начала праздника домовые и городские эльфы шептались о том, что сегодня к нам пожалует один из верховных троллей Севера, благодаря которому вот уже четыреста лет держалось хрупкое перемирие между всеми волшебными народами.
Слухи и сказания о нем были настолько противоречивы, что мне не терпелось хотя бы одним глазком взглянуть на эдакого героя.
Который выступил против собственных родственников и поверг в океанские глубины трех ледяных троллей, когда те пробудились ото сна и решили на завтрак сожрать Аландские острова.
Который спас сотни белых медведей, которые не могли перебраться с материка на лед, построив для них мост из волшебных кристаллов.
Который заключил мир и подписал договор – да, некоторые тролли знают грамоту и умеют писать! – с эльфийскими королями фьордов, остановив многовековую вражду.
Кажется, со всех сторон положительный персонаж, будто и не тролль вовсе? Как бы не так!
В начале двадцатого века он подговорил человеческих правителей расторгнуть шведско-норвежскую унию и под шумок отхватил себе большую часть казны и укрыл магическим туманом изрядно земель, разрушив людские поселения.
Лишь только начав царствовать над Севером, дотянулся до всех библиотек и магических схронов, уничтожив повсеместно записи с заклинанием северного сияния. Уж очень ему хотелось заполучить его в единоличное владение.
Бесчисленное количество раз вступал в споры с любыми волшебными существами: духами и эльфами, домовыми и гномами, феями и ши, выходил из них победителем и жестоко требовал с проигравших. И хорошо, если дело ограничивалось деньгами, землями или тайными знаниями. Многие лишились жизни, осмелившись попасться на удочку хитрого верховного тролля.
И если он решил официально прибыть к нашим эльфам с визитом… кто знает, чем это могло кончиться? Очередным спором? Подвигом? Никто не знал. А знать хотелось. Так что мне было просто необходимо этого самого владыку хотя бы одним глазком рассмотреть, учитывая, что под холмами все были в своем истинном облике – а троллей в нем, в принципе, мало кто видит из живущих. Эксклюзивное зрелище! Тролли не под уродливыми масками! Когда еще такое увидишь?
Правда, в тот момент я хорошо видела лица эльфов, а вот стоящих ко мне спиной троллей надо было как-то обойти, не привлекая внимания. Я пробежала взглядом по залу, пытаясь придумать достойный повод, и вдруг обнаружила с другой стороны от троллей процессии фею абсента. Она медленно летела куда-то, покачиваясь в воздухе, и…
Я призывно замахала и направилась к ней, делая вид, что мне искренне наплевать на все эти встречи в верхах и делегации гостей, в самом деле – я что, к старой подруге подойти не могу? Конечно, она гораздо интереснее, чем этот, этот… Ухх. Один из троллей прервал разговор и оглянулся на меня. Я сразу поняла, что это он. Тот самый. Легендарный. Лицо у него было словно вытесано из снега со льдом, бледное и угловатое, под кожей плавали синие искры, а в глазах таилась бездна. Но не черная, цвета непроглядной ночи, а морская, холодная до дрожи, с редкими огоньками и танцующими тенями. Тролль окинул меня внимательным взглядом и приподнял уголки губ. Я в ответ усмехнулась и подмигнула – почему бы нет? И чуть не врезалась в фею абсента.
– Ой, приве-е-ет, – пропела она.
– Привет, милая, – проговорила я, отворачиваясь от троллей. Та-а-ак, посмотрели, теперь попробуем послушать. Всего-то и надо, не поворачиваясь к ним, делать вид, что болтаешь с феей, постепенно продвигаясь все ближе, и ближе, и бли…
– Распоследнее, что я помню, – задумчиво сказала я Сигизмунду. – Самое распоследнее. Это то, что мы говорим с феей, она рассказывает анекдот, мы смеемся хором… И всё. Дальше как отрезало.
– После того как вы рассмеялись, наша зеленая красавица уронила бокал, – задумчиво протянул Сигизмунд. – Ты вскрикнула и всплеснула руками, и один из троллей обернулся. Тем временем я заметил, что эльфы прекратили беседу и собираются уходить, поэтому пошел на перехват. Хотел быстро решить не… некие дела, хм. Ты заговорила с троллем, и…
– Я что-о-о сделала?
– Насколько я успел оценить, потеря памяти у тебя не сопровождается потерей слуха, – проворчал Сигизмунд. – Однако повторю, исключительно из уважения. Ты заговорила с троллем.
Ага.
То есть я.
Заговорила с Владыкой Севера.
Ой, как интересно.
– И о чем же мы, хм, говорили? – спросила я показательно безразличным тоном, хотя внутри у меня уже начинался шторм. Родовое любопытство заволновалось и закипело, я даже не смогла спокойно усидеть на месте, встала со стула и принялась расхаживать по комнате туда-обратно.
Сигизмунд, подняв бровь, с интересом проследил за моими перемещениями, выдерживая театральную паузу, и только через минуту соизволил ответить.
– Вы спорили.
– О чем?
– Не «о чем», а «на что». Я прошел не слишком быстро и был занят своими мыслями, поэтому, уж извини, в разговор не вникал и к отдельным фразам не прислушивался. Но абсолютно точно слышал: ты сказала «Хотите, поспорим? Или ши вам не по зубам?»
– Так, – я приложила ладонь ко лбу. – У меня была горячка? Или фея успела споить меня зельем наведенной смелости?
– Вот и я удивился, – кивнул Сигизмунд. – И решил приглядеть за тобой. Буквально краем глаза.
– Спасибо, великолепное котейшество, – очень искренне поблагодарила я. – И как? Приглядел?
– Я начал беседу с эльфами. Делегация троллей тем временем ушла в почти полном составе… Остались только двое из местных, я их знаю, живут под старым мостом в Выборге. Ты говорила с Владыкой, фея мешала коктейль, а чуть позади… – Сигизмунд прищурился. – За спиной у Владыки очень целеустремленно шел Карл. Я успел еще подумать, где чайка, там проблемы. Быстро распрощался с эльфами, а потом – ничего.
Он потер лоб.
Я вздохнула.
– Негусто, – заметила фея.
– Кхе, – сообщил Карл с кровати.
– Стоит ли спрашивать, что ты помнишь, наша хризолитовая прелесть? – обернулась я к фее. Та поперхнулась минералкой и закашлялась. Потом икнула и виновато развела руками.
– С самого начала праздника – как в тумане.
– Значит, расклад следующий, – подвел итог Сигизмунд. – Ты поспорила с одним из самых опасных троллей на Земле. В процессе этого спора нас всех приложило потерей памяти. А очнулись мы уже на квартире у Инны, куда я принес всех… пострадавших. Так?
  
– Кек, – эхом отозвалась чайка. И, перевернувшись на спину, воинственно задрыгала ногами.
– При разговоре присутствовали эльфийские принцы и трое троллей, – кивнула я. – Кажется, для начала стоит их расспросить. И некоторых я предпочту расспрашивать, приставив нож к горлу.