Точка Экстремума (СИ)

— Без идентификатора жить на Экстремуме нельзя, это преступление. А преступников надлежит уничтожать на месте, — продолжил Деймон.
— Экстремум?..
— О, ты скоро его увидишь! — вмешалась Нелла, улыбнувшись и подмигнув Ретту. — Нужно только добраться до площадки шаттла. А пока что тебе достаточно знать, что мы сейчас едем по одной из улиц Экстремума.
— Вергилий — капитан космического корабля «Афелия». Мы помогаем ему спасать и доставлять на борт киборгов и андроидов, чтобы они могли начать новую жизнь. Конкретно мы вчетвером выслеживаем андроидов. Ты, скорее всего, из них. У тебя нет видимых имплантатов, но есть метка. Настоящий человек, тот, кому для жизни имплантаты не нужны, никогда не получит метку. Хотя всякое бывает.
Ретт пожал плечами.
Космический корабль, андроиды, «чистка», экватóр Скинлан и Экстремум… Информации было много, но пустое сознание Ретта впитывало ее на удивление хорошо. То, что рассказывал Деймон, было удивительным.
— Спасательные группы, посланные на Экстремум Вергилием, вытаскивают приговоренных к смерти нелегалов из уличных боев. Они получают шанс начать новую жизнь и приносить пользу подальше от Экстремума и его порядков.
Ретт кивнул. Его не покидало ощущение того, что когда-то он все это знал. Прошлой жизни, до того, как он очнулся посреди заваленной трупами комнаты утилизатора.
— Так что ты теперь с нами, — подытожил Деймон. — Уверен, Вергилий захочет взять тебя в команду. Я не знаю, какую задачу ты будешь выполнять, с такими рекрутами капитан всегда говорит лично.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Нелла. — Все нормально?
Выживший снова кивнул. После пережитого его начало клонить в сон. Боль и усталость потихоньку заполняли каждую клетку тела. Но жажда узнать больше о происходящем была сильнее.
— А часто случаются эти… «чистки»?
— Раз в несколько лет. Когда правящей верхушке начинает казаться, что нелегалов стало слишком много и пора немного отрегулировать их численность. Ну и заодно пар выпустить.
— И откуда нелегалы берутся?
— Кто как, — пожал плечами Деймон. — Андроиды принадлежат людям, делают всю грязную и тяжелую работу — на фабриках, заводах, биофермах. Они чистят улицы и следят за тем, чтобы все механизмы Экстремума работали слаженно. А еще при некоторых настоящих людях они что-то вроде живых игрушек. Если андроид сбегает от хозяев, он становится нелегалом и преступником.
Ретт фыркнул. Если он андроид, то какое прошлое было у него?
— Не все могут позволить себе продлить срок действия идентификатора, и тогда человек переходит в касту нелегалов, и подвергается преследованию. У андроидов-клонов есть корпоративные идентификаторы, хотя иногда это тоже не защищает их от смерти…
— Значит, у настоящих людей есть привилегии? Тогда почему они используют киберимплантаты?
Деймон грустно улыбнулся.
— Потому что без них мы просто не можем жить. Вот Трей потерял ноги в несчастном случае, его затянуло под пресс на одном из заводов, где он работал техником. А Гонно пострадал в драке, его пытались ограбить.
— У тебя нет имплантатов, — сказал Ретт.
Ухмыляясь, Деймон задрал край майки цвета хаки. Торс от пояса до груди был заменен на искусственный. Под темно-серой матовой киберкожей перекатывались синтетические мышцы пресса.
— У меня половина внутренностей — не свои. Хорошо, что ноги удалось спасти. Но не суть. Таков парадокс нашей жизни — мы лишаемся всех привилегий, потому что иначе не выживем. А потом нас за это же и убивают.
Ретт не стал спрашивать, при каких обстоятельствах Деймон стал киборгом.
— Беглые андроиды на самом деле большая редкость, и поэтому для Вергилия они особенно ценны, — сказал боец задумчиво.
Гравимобиль вдруг дернулся и замер. Боковые двери поехали в стороны, впуская в салон прохладный сырой воздух городской улицы.
Деймон вышел первым, за ним выскочила Нелла. Следом, кривясь от боли, из салона вылез Ретт. Он выпрямился, и боль немного отступила.
Гонно о чем-то говорил с Деймоном, а Нелла повела новичка к небольшой круглой площадке, освещенной лучами прожекторов. Высотных зданий, вроде тех, что Ретт видел рядом со зданием утилизатора, здесь не было, только ряды тянущихся вдоль глухой стены пустых посадочных площадок.
 
— Старые площадки, — махнула рукой Нелла, — флота у города давно нет, а посадочные места остались, они никому не нужны и никого не интересуют. Мы пользуемся ими для своих нужд.
Женщина подошла к шаттлу и приложила к считывающему устройству руку. Входной люк открылся с тихим шипением. Салон шаттла напомнил внутреннее убранство гравимобиля, на котором они приехали Отличительными чератми были иллюминатор в стене рядом с двумя креслами и метталический корпус.
Ретт занял место у прозрачного стекла, а Нелла с улыбкой кивнула. Деймон сел за штурвал, а Трей плюхнулся рядом с андроидом.
— Гонно не полетит? — спросил он.
— Нет, он — наш человек на Экстремуме, живет там постоянно. К тому же вместо нас прилетит другая команда, и Гонно поедет с ними искать других андроидов, — объяснила Нелла.
Ретт кивнул. Пока они разговаривали, Деймон поднял шаттл в воздух. С каждой секундой площадка удалялась, пока, наконец, не превратилась в точку на серо-коричневом фоне. Андроид, не отрываясь, смотрел в иллюминатор. То, что он увидел, когда судно окаалось достаточно далеко, его поразило.
Экстремум огромным темным кольцом сворачивался вокруг ослепительно-белой звезды. Миллиарды тонн металла, пластика, бетона и стекла парили в космическом пространстве. Свет солнца согревал внешние стороны этого гигантского змея, в то время как нижние ярусы лежали в вечном полумраке.
Видимая поверхность Экстремума щетинилась крошечными иголочками-высотками, тянувшимися из темных глубин городских уровней к звезде.
Над кольцом города блестели точки: крошечные по сравнению с космическим экуменополисом, космические станции. Над полюсом звезды парила самая крупная из станций. Она была кубической формы, ее обшивка отливала серебром.
— Иерихон, — тихо сказала Нелла, — космическая крепость, дворец экватóра Скинлана. Самое неприступное место во всей нашей звездной системе.
В какой-то момент Деймон развернул шаттл, и Экстремум с его станциями и дворцом экватóра исчез из виду. Зато в лобовой иллюминатор андроид смог увидеть часть вытянутого, словно сигара, космического корабля, мерцавшего сигнальными огнями. Над хвостовой частью судна бледно-голубым нимбом светилась полукольцевая конструкция.
— «Афелий», — снова сказала Нелла, — единственный в звездной системе космический корабль. И он принадлежит Вергилию.
— Почему единственный? — спросил Ретт. — Разве жители Экстремума не покорили космос?
— Экстремум требует слишком много ресурсов и внимания, — пожала плечами женщина, — к тому же лет сто назад экватóр уже пытался захватить эту звездную систему. Закончилось это плохо для всех. Но эту историю тебе лучше узнать из уст самого Вергилия. Если останешься в команде «Афелия», он тебе обязательно расскажет.
Ретт кивнул. Он не стал настаивать на том, чтобы новые друзья пересказывали сейчас историю мира. Он устал. Его разум был полон до краев впечатлениями необычного дня и, казалось, они вот-вот перельются через край. Андроид откинулся на жесткую спинку кресла и закрыл глаза, ощущая затылком холод обшивки.
Прежде, чем веки сомкнулись, он успел увидеть мерцающее силовое поле в обшивке «Афелия».
[1] Имя Ретт созвучно с английским словом Red, красный.
  
— 002. "Афелий"
 
Ангар «Афелия» оказался огромен: в него вмещалось несколько десятков шаттлов на двадцать человек. Судно, на котором прилетели Ретт, Деймон, Трей и Нелла, было просто крошечным по сравнению с ними. Из шаттлов в ангар лились потоки людей, спасенных от «чистки». Мелькали кибернетические конечности всех форм и размеров, имплантаты на открытых частях тела тускло светились разными цветами.