По своим следам (СИ)

— Будь снисходителен, Серег, моя девушка второй день ходит в одних и тех же ботинках. Это любую выведет из себя.
— Да уж, после такого… Ольга! Салаты, красная рыба, гусь, запечённый в яблоках, алкоголь по вкусу, приятная компания. Поехали?
— Учись, Петров…
Тут с крыльца раздалось:
— Эй, прыгун, имущество забери. — Мент что на входе, держал в руках парашют.
— Так почем нынче свобода, Андрей? — вспомнил Серега входя в лифт.
— Тебя отдали задаром, ты противный. Кажется, за таких как ты положено ещё и доплачивать, тем кто их забирает. Но воспользовались моей наивностью.
Войдя в квартиру, Серега сунул ранец парашюта мне в руки. Из кухни вышла Наталья. Я сунул парашют в руки Мединской. Оля недоуменно посмотрелана меня, потом перевела взгляд на Серегу, а потом на Наташу. И тихонько фыркнула.
— С Новым Годом, Наташ! Знакомься, это Ольга.
— Пост, ты куда пропал? Спасибо, Андрей. Очень приятно. Ольга, рада наконец-то увидеться.
— А мы с подарком, — не дал я вставить никому ни слова. — вот тебе, Наташа, отличный французский парашют. Будете с Серегой рассекать просторы тушинского аэродрома изысканным зигзагом.
— Я за Андрюхой ездил, — сказал Серега. — он же телефон выключил. Ты спала, ну и решил сгонять по-быстрому.
— Привет, Наташа — открыла рот, Ольга. — Сергей нас заманил на праздничный ужин. У Петрова из еды в доме-только несвежие табуретки, не грызть же…
На кухне, с трагическим лицом, чистил красную рыбу Леня.
— Пит! Ты куда пропал? — обрадовался он, но тут он увидел Ольгу. — вопрос снимается, разрешите представиться, Леонид Ухтомский. Единичный философ, предприниматель, путешественник. Исследователь Камчатки.
— Ольга, студентка. — эта язва застенчиво опустила глаза и сделал книксен.
Серега хлопнул шампанским. Я налил ему, Лене и себе водки. Девчонкам налили шампанского. И мы наконец то выпили за новый, девяносто первый год.
По русской традиции, следующие несколько минут, стаяла тишина. Все сосредоточенно уминали салаты. Но роль тамады взял на себя Леня. И он не стал задерживаться. Быстро проследил, чтобы у всех было налито.
— Оказавшись в дебрях Камчатки, я был озадачен. Кроме фауны, мечтающей мной полакомиться, там оказалось много красивых женщин. И что мои друзья? Мои друзья были совершенно индифферентны! И если Постников, человек пропащий, то Петров меня потряс. В то время, когда я ходил по три-четыре свидания в день, он сидел задумчиво глядя на горизонт, И знаете что, девушки? Я их понимаю! Таких как вы подруг, на планете не существует больше. Поэтому — за вас!
— Скажи честно, Лёнь — отпив шампанского, спросила Наташка — среди этих трех-четырех, женщины были?
— Значит вот как ты, Гаврилова, восприняла мой тост? Хочешь войны? С другой стороны я тебя понимаю, дело не в тебе, дело во мне. Я идеал, а ты обычная девушка.
В общем то это была обычная пьянка. Разве что еда и алкоголь получше. Но, то ли Новый Год, то ли Мединская со своими глазищами, то ли искрящее притяжение между Серегой и Наташкой. Было удивительно уютно и спокойно. Лёню откровенно несло. Он уже рассказывал как вышел один на один с медведем, но медведю повезло, Адмирал утащил Леонида.
— Медведь, зимой? — задумчиво уточнила Оля. Наташка хихикнула. Леня замер с открытым ртом.
— Шатун! — мгновенно нашелся. — Золотодобытчики спугнули из берлоги. И мне пришлось отбиваться от него золотыми самородками. Потому что Пит унес автомат и я уже снял куртку, чтоб порвать ему пасть, но Адмирал, гад.
— Нет, парни, ну вот вы слетали. А дальше что? Разовая ведь сделка. — Наташка, похоже, зондирует возможность слетать все же в Петропавловск.
— Да ладно тебе, Нат. Слетаем летом. — закурил сигарету Серега. — и вообще, дальше будем работать. Мы с Андрюхой послезавтра поедем, и купим две скорые помощи.
— Что прямо настоящие? 03, мигалка, красно — белые?
— Само-собой. Иначе никакого смысла. А так — по встречной, на красный, под кирпич. Ток, Андрей, проследи, что б сирены на месте остались.
— Слушайте! Это же золотое дно! — медленно произнес Леня. — это же ваще! Пацаны, намеки излишни. Открываем коммерческое кладбище. Заодно избавляем преступность от криминальных трупов. Потому что у нас своя служба доставки. С мигалкой.
 
— Не суетись, Лень. Нужен системный подход. — сказал я — я предлагаю на прибыль прикупить земли на Рублевке. И открыть не просто коммерческое, а ВИП кладбище. Для высших чиновников, и супербогачей.
— Там не развернуться. Много земли не дадут — буркнул Серега.
— Не влияет! — Леню уже несло — одно могило место — метр на метр. Закапывать будем вертикально!
— Без гробов. Экономия. — это я выступил.
— Точно! — Серега докурил. — тело закапываем по пояс. То, что торчит над землей, обливаем бетоном. Так сразу и памятник. А на груди — табличку. Годы жизни.
— Ольга, Наташа, у вас есть черные платья? Вы, по началу, в качестве рекламной акции, будете изображать безутешных вдов и плакать над какой-нибудь могилкой.
Не понятно, как девчонки не легли лицом в салат, у меня уже к этому моменты текли слезы.
— Ты понмаешь, Ольга, каково мне? Я с этим придурками работаю. — вытирая глаза прорыдала Наталья.
Я отвез её домой второго утром. Ты напрасно стесняешься, Андрюш, мама про тебя знает. И вообще я ей сказала что у тебя ночевала. Но я решил, что чем позже познакомлюсь с родителями, тем лучше.
  
Глава 32
 
— Итак, Андрей, что мы имеем?
— Все хорошо, и будет еще лучше.
Мы с Серегой, по традиции, в конце дня обсуждаем, что нас ждет. А сегодня еще и с учетом начала года.
Первый рабочий день года — событие печальное. Именно в Советском Союзе, а потом и в России. Потому что в праздник кажется, что вполне можно прожить без сводящей с ума безнадеги, что и называется жизнь. Кажется, что карнавал кончился случайно, и стоит чуть подождать… Зря что ли у нас так популярны Куба и Бразилия, где устраивают праздники, стоит только намекнуть? Вот осознанию что мы не Куба и посвящен обычно первый рабочий день года.
Человек Тихона приехал утром. В Быково нас встречал солидно одетый бизнесмен. На завод приехал он же, но типичный мелкий экспедитор заштатного предприятия. И машины с ним были такие же зачуханые.
Заводские грузчики в темпе перегрузили все дары Камчатки из фуры в два потрепанных Зила. Владимир Сергеевич, как назвался человек Тихона, не выходя из образа, сунул бригадиру грузчиков бутылку. Пояснил нам, что икру и прочее доставит заказчику сам. Протянул Сереге копию платежного поручения, в знак полного расчета. Вручил мне визитку с телефонами. И, заверив, что на связи в любое время, отбыл в кабине Зила.
Стоя на проходной, я понаблюдал, как при выезде на улицу Зилы разъехались в разные стороны. И тот, в котором сидел помощник камчатского авторитета, сопровождало как минимум три легковушки. Тоже с виду неприметных. Но в каждой сидело по четыре человека. Это получается, что до завода ответственность была на нас. Занятно.
Радовало только то, что история, в которую не хотелось ввязываться, но от которой не было возможности отказаться, закончилась.
Передернул плечами, вспомнив Тихона. Я, в прошлой жизни, видел авторитетов. С некоторыми даже общался. К примеру, был однажды короткий разговор со знаменитым Дедом Хасаном. Все они были людьми крутыми. Но до Камчатского бандита им как до Луны.
С другой стороны — сорокалитровая фляга золота. Интересно, это сколько по весу? И сколько в деньгах? Мы сразу решили не прикасаться к контейнерам с флягами. Во избежание.
 
Для себя мы отдельно привезли четыре фляги с икрой, и баул красной рыбы. Жадность. Потому что одну флягу мы отдали зам. директору завода, и заводской стол заказов собрал длинную очередь. Одну уволок Адмирал. Что делать с оставшимся, было решительно не понятно. Мы отсыпали бригадиру грузчиков. Я предлагал поставить Наташку возле метро, торговать икрой по весу.