По своим следам (СИ)

По Маршала Тухачевского доехал и вышел на Живописной. Прошел немного, и открыл дверь кафе «Встреча».
Все еще только произойдет. А меня умилило воспоминаниями. Почти год я бывал здесь регулярно. Приятельствовал с владельцем, был знаком почти со всеми постоянными посетителями. А сейчас мне это все предстоит. Стряхнул ностальгию, и прошел в угол. К высокому, меланхоличному брюнету, моему ровеснику по виду, уныло сидящему в одиночестве с чашкой кофе. Шурик Неверов. Немного бандит, сутенер, бизнесмен, в недалеком будущем — начальник кредитного отдела местного отделения СберБанка.
— Привет Саня! Выпьешь со мной?
— Ну… в принципе.
Я сходил к стойке, взял бутылку коньяка и два бокала. Попросил принести сок, и чего-нибудь закусить.
— Слушай, а где мы познакомились? — осторожно спросил Шурик
— Нас на прошлой неделе Митяй знакомил, на коробке — фыркнул я. — Ты вроде не очень датый был.
Хоккейная коробка в глубине квартала — место тусовки окрестных гопников и бывших учеников стоящей рядом школы. Митяй — Санин одноклассник, промышлявший до недавнего времени ночной торговлей алкоголем. Вроде бы сейчас собирается открыть палатку на остановке трамвая. Я не боюсь спалиться, потому что парни сейчас крепко бухают, и мало что помнят.
Саня сейчас работает сутенером. Где то рядом есть какая то гостиница. В прошлой жизни я не интересовался. Может, в этой узнаю. Неверов снял в своем доме две квартиры, кроме своей. Заселил их проститутками. Они прибывают по вызову сотрудников гостиницы к гостям. Шурик владелец этого бизнеса. Я не очень в курсе тонкостей. Просто знаю, что одну квартиру у него занимала дорогая проститутская звезда, которая недавно выскочила замуж за какого-то командировочного. И у Неверова теперь простаивает оплаченная жилплощадь. А он сейчас копит на автомобиль БМВ.
В прошлый раз я снял эту квартиру у хозяев, в конце девяносто первого. Мне предложил её бухгалтер на заводе. Родственница хозяев. Я тогда с Саней и познакомился, на следующий день. Квартиры на одном этаже.
В этот раз я не стал тянуть, а просто к нему приехал. Под коньяк договорились, что я теперь арендатор. Я и деньги сразу отдал. Да и заночевал на новой жилплощади. А под утро меня разбудил телефонный звонок:
— А фея не могла бы к нам подъехать? — спросил меня пьяный голос.
Я засмеялся. Эта квартира всем прекрасна. Недалеко от работы и Сребрянного Бора. Приятные соседи. Магазины неподалеку. Бассейн Октябрь, где я буду плавать вечерами и по выходным. Но есть недостаток. Бывшая квартирантка дважды дала объявление в газете «Московский Комсомолец». — «Ночная Фея. Выезд круглосуточно» и телефон. По нему мне будут звонить еще полтора года. И пьяными голосами спрашивать:
— Почем фея на всю ночь?
  
Глава 12
 
Второго октября, во вторник, вечером, нам предложили крышу. Мы, как обычно, сидели после работы, трепались и пили виски. Отдел опустел. Наташка ушла еще днем. Открылась дверь и в комнату вошел иностранец. Для девяностого года — почти инопланетянин. Ухоженный мужчина в твидовом пиджаке, ослепительно белой рубашке, сверкающих ботинках. Лицо имел — бреющегося англичанина с тщательно постриженными рыжими усами. В руках держал трость черного дерева с инкрустациями, и набалдашником в виде собачьей головы.
Сентябрь у нас ознаменовался успехами, заработками и наймом новых сотрудников. Ирку Малкову пришлось уговаривать. Она демонстративно гибла и прощалась с жизнью, презирала однокурсников и Постникова заодно. Толик краснел, и бурчал что Ир, тебе нужно работать, иначе депрессия тебя сожрет. В общем, атмосфера была как у постели умирающего. Иркина мать хлюпала носом, Серега злился, а Наташка понимала, что зря пришла. Красивая, очевидно влюбленная и на двух ногах, она зримо демонстрировала нашей однокурснице все, чего та лишилась.
Но я грубо и по хамски захерачил папкой с вырезками об стол, И произнес прочувствованную речь, про то, что симулянты и дуры заебали. Вот вырезки из европейских и американских журналов. Там пишут что эта твоя фигня, Малкова, лечится. Так что все, что требуется — это заработать денег, и получить загранпаспорт. Да, вырезки в основном на немецком. Потому что лечат в ФРГ и Швейцарии. Что значит не можешь прочитать? Ты, бля, еще немецкого не знаешь, а уже собралась вешаться?
 
Папку мне подготовили в Ленинской Библиотеке. За сто рублей, сотрудники, записав симптомы, в течение суток подобрали вполне себе материал, из которого следовало, что вероятность успеха — восемьдесят процентов. Оказывается — известная спортивная травма. У нас просто методика еще не освоена. Мы подбираем материалы для диссертаций, Андрей, не волнуйтесь. Выборка будет показательной и впечатляющей. В общем, разрядил обстановку. И она теперь работает на нас. Неплохое, кстати приобретение.
Мы купили тягач с фурой. И наняли Валеру, нашего приятеля. Внезапно он оказался чуть ли не такой же прибыльный как мы с Серегой оба. Так что начало октября порадовало укреплением нашей финансовой мощи.
А сейчас пришел элегантный господин, уселся за Наташкин стол, и сообщил, что давно за нами наблюдает. И считает, что нам пора делиться. Я закрыл лицо руками, чтобы не выдать себя. А Серега поинтересовался, с чего бы это нам с кем-то делиться?
— Вам, господин Постников, нужно помнить, что карьера вашего отца рухнет мгновенно, как только выясниться, что его сын под следствием. А это нетрудно организовать. А уж то, что автомобили иногда сгорают, вы знаете лучше меня. — мило улыбнувшись произнес джентльмен.
Дальше я не выдержал. Встал, и, не особо скрывая намерения, заехал крышевателю в табло с правой. А когда он, слетев кувырком со стула, разлегся на полу, добавил еще и ногой. Взял за шиворот и усадил на полу у стены.
Дело в том, что я подзабыл свое прошлое, и оно неожиданно вспоминается вот так, при личной встрече. Оказалось, я отлично помню этого деятеля. И знаю, что представляясь сотрудником КГБ, он гарантировал кооператорам и предпринимателям защиту и поддержку. За процент от дохода. Но суть в том, что он был не из КГБ, и при неприятностях просто исчезал. Бывший мелкий чиновник в невеликом звании из санаторно-курортной системы КГБ, тихо уволенный за растрату. Он и несколько таких же деятелей шантажировали бизнесменов Ворошиловского района, обещая крышу. Я позже узнал, что надеясь на него, несколько человек серьезно пострадали. Хамили братве, рассчитывая на защиту.
Проблема была в том, чтоб не спалиться перед Серегой. Поэтому я приступил строго по методичке. Более того, я просто начал этому господину её цитировать. Набрал в рот вискаря, и подул им в лицо шантажиста. А потом нудно дидактическим тоном зачитал пункт один:
— Даже при проведении экспресс допроса в полевых условиях приступать к пыткам нужно после короткого разговора, в котором обозначается предмет интереса. Если допрашиваемый запирается, выбор способов воздействия диктуется оперативной обстановкой. Начнем, пожалуй. Ты кто? Имя, звание, отдел?
— Тебе пиздец щенок! Сгниешь на зоне!
Я еще раз перемкнул ему по роже.
— Пункт второй гласит, что прежде чем приступать, нужно заткнуть рот, чтобы криками не демаскировать местонахождение.
Достал носовой платок шантажиста, и засунул ему в рот. Заодно достал все из его карманов. Сигареты, спички. Паспорт. Удостоверение оперативного сотрудника ОП «Вектор Северо-Запад». Владимир Ильич Колодкин.
— Теперь решим, что мы с ним сделаем. Сейчас у нас под рукой несколько вариантов. Самый надежный и быстрый — это начать точить ему зубы крупным напильником. Чистоплюи — морпехи всюду таскают с собой подрывную машинку. Чуть что — давай крутить, прикладывая провода к разным частям тела. У нас, Сергей, был принят метод выдавливания глаз. Садишься на грудь врагу и большими пальцами давишь глаза. Все колются. Проблема даже не в том, что этого ушлепка нужно фиксировать, и сам справлюсь. Дело в том, что пробовал я только раз, и повредил Мавлюту роговицу. Он потом два месяца ходил с кровавым глазом. Инструктор сказал, ну ничего, Петров, потом освоишь. Могу выдавить глаз без навыка. По отзывам спецов, начинают говорить на десятой секунде.