Ты меня отпустил

А если еще и вычесть меня…
Изобразить сожаление, когда внутри ликует злорадство, оказывается куда труднее, чем выдавить из себя улыбку при встрече. Стараюсь как могу – тяну паузу, тяжело вздыхаю, опускаю взгляд, хотя мне до чертиков хочется насладиться эмоциями на его лице, когда я ему откажу. Еще раз вздыхаю, и…
– Мне понравились твои работы, – опережает меня с речью Руслан. – В них что-то есть. То, с чем можно работать. От чего можно отталкиваться, чтобы получить тот результат, который меня бы устроил.
  
Понятно, с актерским талантом мне тоже не повезло – передержала паузу. И очень трудно сдержать эмоции, когда он говорит так спокойно. Он не просто не расстраивается, а даже как будто рад тому, что я собираюсь ему отказать.
Нет, я бы совершенно точно промолчала и поддержала его в том, что нам с ним не по пути. Но я слишком отчетливо уловила пренебрежение к моей работе. А этого я стерпеть не могу!
«В них что-то есть… То, с чем можно работать…» Серьезно, это он сейчас обо мне?! Да к нам с Эдом в очереди стоят! Руслан просто каким-то чутьем понял, что его туда не возьмут!
Я настолько возмущена его словами, что пока пытаюсь успокоиться и не вспылить, он снова опережает меня.
– К тому же я не был в курсе твоих планов. Мне нужен не просто дизайн – проект, а авторский надзор. У меня нет времени самому заниматься ремонтом и покупками. Не уверен, что у тебя в этом много опыта. Я допускал эту мысль, как и то, что ты захочешь попробовать. Но тебе сейчас куда интересней будут свадебные каталоги, чем работа. Мне нужны качество, самоотдача и профессионализм, а не поспешная поделка перед тем, как через недельку сбегать в загс. Поэтому ты мне не подойдешь.
Он слегка сжимает кулак и коротко трет костяшки пальцев правой руки, будто стряхивая что-то невидимое.
Успокоиться… успокоиться… главное, ничего не сболтнуть лишнего… Ну и не убить его взглядом до того, как я вообще начну говорить. Пусть сначала послушает, а уж потом!
– Я профессионал, – отчеканиваю уверенно. – И раз ты видел мои работы и выбрал их, ты и сам это знаешь. Хотя я допускаю мысль, что ты, так как сталкиваешься с этим впервые, просто не разбираешься, где тренировочный процесс, а где уже уровень. Но да, за ту сумму, которую ты хотел предложить, ты легко найдешь себе дилетанта. Моя работа стоит гораздо дороже.
Руслан откидывается на спинку стула и смотрит на меня изучающе.
– То есть ты хочешь сказать, что, если бы я повысил сумму в два раза, ты предпочла бы работу, а не свадебные каталоги?
– Нет, конечно! – фыркаю я возмущенно. – Платье, которое не будет сжимать и тащиться тряпкой по полу, туфельки, в которых я смогу отплясывать несколько часов, фата, которая не будет висеть бабушкиной занавеской – это все слишком важно, чтобы променять их всего лишь на двойной оклад. Сумма должна быть больше минимум раза в четыре.
– В четыре? – изумляется мама. – Нет, конечно, я не знаю, о какой вообще сумме речь, но вряд ли Руслан предложил бы мало. И ты ведь изначально заинтересовалась проектом…
Я не отвлекаюсь. Смотрю на Руслана. Но, когда мой выдох не подсказывает маме, что она пытается сыграть не за тех, делаю это сама.
– Мам, вообще-то твоя родня сидит по эту сторону стола.
– Да, но… Я была уверена, что когда ты узнаешь, что это дом Руслана, вообще сделаешь скидку. Вы ведь друзья.
Он молчит.
И мне приходится самой сказать то, что мы с ним уже давно выяснили.
– Нет, мам. Руслан – друг Вадима. Не мой.
Видимо, я все-таки смогла его удивить своей ставкой. Он так и продолжает молчать. А вот взгляд меняется, становится цепким, а зелень глаз становится заметно темнее, как будто их заволокло тучами.
– Хорошо, – говорит Руслан. – Я заключу с тобой контракт и повышу сумму гонорара в четыре раза, если мне понравится твой проект.
Я только собираюсь напомнить, что вообще-то он его уже видел, как он добавляет:
– Прошлый был неплох. Но ты делала его, не посетив объект. По-моему, будет правильным, если для начала ты придешь ко мне в дом.
Нет уж, хватит. Был у меня похожий опыт, и он мне не понравился.
– По-моему, – поправляю я, – будет правильным посетить дом вместе с его хозяином.
– Договорились, – соглашается Руслан. – Можем туда отправиться прямо сейчас.
– Сейчас?! – удивляюсь я.
Во-первых, я еще ничего не решила. А торговалась, чтобы он понял, что упускает. Во-вторых, у меня волосы еще влажные, я устала после дороги, мне лень, откровенно лень еще раз переодеваться. В-третьих…
– Можем чуть позже, – милостиво дает отсрочку Руслан. – Можем после того, как ты насладишься горелыми кексами.
Что там было «в-третьих», я забываю, когда мне мерещится, что он пытается пошутить.
Я вообще как-то о многом забываю и нахожусь в некой прострации, потому что в себя прихожу уже сидя в машине. Руслан за рулем, я активно пристегиваюсь.
– Обещаю сильно не разгоняться, – говорит он, заметив, как я дергаю за ремень.
Бросив в его сторону уничижительный взгляд (ну, я очень надеюсь, что моя растерянность в связи с происходящим уже как-то примялась), я все же одерживаю маленькую победу над ремнем.
Еду.
Я еду к Руслану.
Опять.
Этот идиотизм я оправдываю лишь тем, что у меня появился шанс не просто доказать ему, что я профессионал, но и заодно его облапошить.
Хотя, надо признать, он мало похож на жертву частых разводов. Вместо прежней Тойоты Лэнд Крузер новая модель, тоже его любимого черного цвета. Такое ощущение, что машину он выбирает под одежду. На правом запястье часы в половину стоимости авто. А в замкнутом пространстве легко улавливаются ноты дорогого одеколона.
Навязчивые ноты.
Я опускаю окно со своей стороны, но это не особенно помогает. Я слишком остро ощущаю и запах его парфюма, и то, что мы один на один. Желание все переиграть и отказаться становится настолько сильным, что я переплетаю пальцы в замок. От внимательного взгляда Руслана по спине ползет холодная змейка и я отворачиваюсь к окну.
Неудобно, шея еще после перелета не отошла, но зато не жарко. Да и на поселок интересно посмотреть: за время моего отсутствия он изменился. По-прежнему много зелени, хорошая дорога, но кое-где ограды стали понадежней и повыше и вдали добавились новые дома. Машина едет настолько неторопливо, что по пути мы со встречными знакомыми умудряемся не только друг друга узнать и поздороваться, но и обменяться парочкой комплиментов.
– Если сбросишь скорость еще немного, – говорю я, – то пока ты объедешь этот забор, я успею зайти к соседям на чай.
– Вижу, я не ошибался, – отвечает Руслан, – ты все-таки больше настроена на отдых, чем на работу.
Это определенно талант. Мне едва удалось унять эмоции, но он снова их мастерски задевает, и промолчать не выходит.
– Спасибо за экскурсию. Но выезд из поселка с другой стороны.
– Знаю. В отличие от тебя, у меня не так много свободного времени, чтобы разбрасываться им впустую.
Странно, мне почему-то слышится в этом намек не только на эту поездку, но и на мой отъезд в Штаты. Но уточнить я не успеваю: машина останавливается у кованого забора с кирпичными столбами. Ограда невысокая, за ней прекрасно виден двухэтажный белый дом. Но взгляд задерживается на ковке – интересная, ажурный узор в виде стебля, который тянется к солнцу, а вверху распустившийся цветок из металла.
Раз-два-три-четыре… считаю я машинально. Семь. Цветик-семицветик, что ли? Недоверчиво кошусь на Руслана.
– У тебя есть шанс передумать, – роняет холодно он.
Понятно, забор был построен до него. Да и дом, скорее всего – слишком он для него… светлый и какой-то воздушный.
  
Но на этот раз я благодарна ему за то, что снова возвращает меня в реальность. Это помогает настроиться.
– Вот еще. – Я отстегиваю ремень. – Ты выполнил свое обещание. Теперь дело за мной.
– Тебя за язык никто не тянул.
Я забываю о его угрозе, как только выхожу из машины и дом открывается передо мной уже полностью. Удобное крыльцо, куда так и просятся плетеные кресла, чтобы сидеть за круглым столиком, смотреть на дождь и пить чай. Коричнево-красная крыша, на которой отдыхают заходящие лучи солнца. А с левой стороны полукруглый эркер, напоминающий башню.