На исходе алого заката (СИ)

— Следи за своим языком, Смит, — предупреждаю я.
— И не подумаю, Брукс!
— Тебе же хуже!
— Что ты сделаешь, придурок? — заливисто смеётся, и этот нереальный, мелодичный звук отдаётся теплом в моей грудной клетке.
— Догадайся, — звонко щёлкаю застёжкой ремня, и она, наконец, благоразумно закрывает рот.
Молодец. Всегда бы так.
— Брукс, — пытается заступиться за неё доблестный рыцарь.
— Ричи? — поворачиваюсь и демонстративно вздёргиваю бровь.
— Откуда ты знаешь, что Роуз целовала Лероя? — переводит он тему, всё ещё недовольно глядя на меня.
Я, между прочим, тоже не в курсе о чём идёт речь. Но заметил, что Картер и впрямь весь день мрачнее тучи.
— Сама видела!
Бросаю в её сторону насмешливый взгляд.
— Случайно! — тут же добавляет она, красочно смущаясь.
— Ужас, какой стыд, Смит! Ты любишь смотреть? — глумлюсь я.
Стебу её в открытую. То ещё удовольствие!
— О, ради всего святого, заткнись, Брукс! — стремительно краснеет и становится похожей на синьора помидора из дебильной рекламы дерьмовой томатной пасты.
— Ричи, закрой рот своей сучке, иначе это придётся сделать мне.
— Ну хватит вам пререкаться. Слышите? — он поднимает вверх указательный палец, и мы оба как по команде закрываем рты.
Кажется, это голос Онил. Подходим ближе, и замечаем этих двоих.
— Твоё какое дело? — возмущается девчонка.
Картер стоит напротив. Руки в карманах брюк. Наверное, чтобы не было соблазна ими воспользоваться.
— Если мне понравился кто-то из твоих друзей, это преступление что ли? — дерзко спрашивает девчонка.
Вашу мать, зачем она говорит ему это?
— О, замечательно! В армии твоих фанаток прибыло! — недовольно шелестит совсем рядом Смит. Отпихивает меня и встаёт вперёд.
— Чего ты молчишь? — Роуз подходит ближе к нему и задирает голову. — Чем ты не доволен?
Картер молчит. Сверлит её тяжёлым, убийственным взглядом, и я заранее знаю, что эта ответная тишина добром не кончится.
А Роуз всё несёт…
— А может, — растягивает она слова, — ты обеспокоен тем, что я тебя вчера поцеловала? Так ты не обольщайся: сделала я это на спор, а не потому что очень хотела! Можешь у Смит спросить, она подтвердит.
Дженнифер тяжело вздыхает. Мои брови ползут вверх.
— Ты ведёшь себя просто омерзительно! — презрительно говорит Картер.
— Что хочу, то и делаю! Разве не о такой Роуз ты когда-то мечтал? — обозлённо спрашивает она, чуть склонив голову набок.
— Нет. Не о такой…
Их разделяет всего пара сантиметров. Мне кажется я даже отсюда чувствую тот гнев, который раздирает его изнутри.
— В кого ты превратилась? — спрашивает сквозь зубы.
Онил вызывающе смеётся и качает головой.
— Да пошёл ты, Лерой! — отталкивается от поручней и проходит мимо него, нарочно задевая плечом.
На секунду воцаряется гробовая тишина. Такая бывает за секунду до раската грома, разрезающего небо.
А потом мы видим это.
Картер хватает девчонку за плечи, резко разворачивая к себе. Она даже пискнуть не успевает, настолько быстро всё происходит.
Клянусь, конкретно в этот момент мне показалось, что он её ударит. Хотя я уверен, подобного по отношению к ней он себе никогда не позволял.
— Ты сука, совсем попутала? — толкает к палубному корпусу и нависает над ней.
— Отпусти, придурок! — цепляется пальцами за его руку, которая держит предплечье мёртвой хваткой.
— Дрянь, какая ты дрянь! — орёт он и в следующую секунду достаётся теплоходу. Потому что гнев Лероя обрушивается на железный корпус.
Всё… тормоза отказали.
Роуз в ужасе закрывается ладонями и дёргается от каждого мощного удара, раздающегося совсем рядом.
Я направляюсь к ним, смотреть на это больше невыносимо. Вмешиваюсь как раз вовремя. Потому что его окровавленные пальцы довольно грубо сжимают её щеки, мокрые от слёз.
Костяшки разбиты в мясо. Дышит тяжело, надсадно. Готов разорвать девчонку на части.
Вот полюбуйтесь, чем заканчивается больная первая любовь.
— Лерой, убери от неё руки, — прошу я, глядя на то, как его потряхивает от клокочущего бешенства.
 
— Свалите все, мы с ней не закончили! — не поворачивая головы, отвечает он.
— Мм, — Онил беспомощно дёргается и начинает кашлять.
— Отпусти её и успокойся, — повторяю более настойчиво. — Давай поговорим.
— Отвали, Брукс! Не вмешивайся!
— Не могу.
— Я сказал, — повышает он голос, — ВСЕ СВАЛИТЕ ОТСЮДА!
Вот не хотел же, но придётся развязать драку. Толкаю его в плечо. Ощутимо. Сильно. Он, ожидаемо, заводится, потому что нервы итак на пределе.
Убирает руки от её лица. Бычится, сжав челюсти.
— Давай на мне вымещай свою злость, не на девчонке.
Задираю его боксёрской пощёчиной. Разумеется, это работает и понеслось…
Хуже разъярённого Лероя разве что разъярённый носорог. Удары сыпятся на меня с такой скоростью, что только и успеваю отбиваться. Хватаю его за рубашку. Падаем. Начинается привычный обмен тумаками. Причём жёсткий.
Я прекрасно понимаю, что этому придурку надо выпустить пар. Пусть лучше достанется мне, чем какому-нибудь несчастному, рискующему стать инвалидом. Но. Попадает по скуле. Своей слепой яростью начинает не по-детски заводить и меня тоже. Хочется вломить ему как следует. Что я собственно и делаю. Бью его в ответ, не жалея сил.
— Хватит, вы с ума сошли? — слышу взволнованный голос Смит как раз в тот момент, когда получаю неприятный удар по печени.
Совсем рехнулся, говнюк.
— Убери её, — только и успеваю сказать я Ричи.
Лерой снова сыпет ударами. Я тоже не остаюсь в долгу. Живот. Солнечное сплетение. Фэйс. Плечо. Отрабатываю на нём парочку не раз проверенных в деле приёмов. Звезда UFC кряхтит и нецензурно выражается. Так-то!
Достойно ему ответить каким-то образом мне удавалось всегда. Ещё в юности наш тренер говорил, что мечтает увидеть нас обоих на профессиональном ринге. Стоящих друг напротив друга. Потому что я был единственным, кто мог при желании отделать этого обезумевшего ушлёпка.
На погляди, Джонатан, какая мясорубка… Ты пришёл бы в полнейший восторг!
— Псих конченый, — тяжело дыша, говорю ему я, пока мы перекатываемся в борьбе.
Слышу, как трещит ткань его рубашки.
Делаю захват. Спасибо, вам, годы военной службы.
Хрипит. Оскаливается.
Не свернуть бы дорогому другу шею. Вот это поворот! Свадьба и похороны. Ладно, к чёрту чёрный юмор.
— Перестаньте, пожалуйста!
А это уже Роуз. Ревёт, судя по всему. Надеюсь, уже успела пожалеть о том, что устроила.
Лерой пытается освободиться. Остервенело бьёт меня локтем по рёбрам.
— Да приди ты в себя, идиот! — говорю я зло ему в ухо.
Иногда он так неимоверно бесит!
Сжимаю его глотку сильнее. Не угомонится — придётся вырубить. Полежит, отдохнёт минут пять. Не всё ж ему по ящику выдолбываться с нокаутами.
— Эээ, пацаны, всё хватит! — Кэмерон настойчиво хлопает меня по руке, а я наслаждаюсь тем, как Лерой задыхается и кашляет.
— Брукс! — отчаянно кричит Смит. — Перестаньте, ради бога!
Отпускаю Лероя, и тот медленно отползает в сторону. Я и сам не могу подняться сразу. Высосал все силы, **дило…
— Совсем озверели оба? — ошарашено интересуется Кэм.
— Какого дьявола ты… вечно… лезешь? — сплёвывая, хрипит Картер.
— Просто заткнись, Лерой, — бросаю я ему в ответ. Бок болит просто адски. — Долбоящер.
— Что ты сказал? — встаёт, пошатываясь. Вытирает лицо рукавом порваной рубашки.
Зашибись, ещё один раунд, скотина? Да ты издеваешься?
— Вы двое спятили? — становится между нами Смит.
— Малыш, отойди, — очень правильно советует Ричи, пока Лерой затравленно выглядывает из-за её спины.
 
— Так давайте, расходимся по разным углам, — трясётся Меган, и её шокированный взгляд бегает от меня к нему и обратно.
Мне реально неудобно перед друзьями. Полагаю, они уже не раз пожалели о том, что не сократили перед свадьбой список чиканутых гостей. Неадекватных точно нужно было повычёркивать.