Тайные кланы: Навигатор (СИ)

Усевшись, он молча поглядел на старика, придав лицу выражение сокрушённое, почти отчаявшееся — Шоджи репетировал не один день.
— Что вас привело ко мне? — поинтересовался старик, нетерпеливо постукивая сухими пальцами по коленям.
Сейчас, сидя на полу, он казался совсем крошечным.
— То же, что и в прошлый раз, сэнсей, — Шоджи горестно покивал. — Опять, проклятая стерва, меня бросила!
— Мизуки? — вопросил старик и зашёлся кашлем.
Дождавшись, пока приступ пройдёт, Шоджи ответил:
— Она, тварь! Ненавижу грязную шлюху! Но люблю, понимаете?!
— А как обстояли дела в течение той недели, что прошла после вашего последнего визита? — поинтересовался старик.
Шоджи пожал плечами.
— Да, в общем-то, никак. То мирились, то опять она принималась меня доставать, — врал он самозабвенно, глядя в чёрные маслянистые глаза. — Сука она, Симада-сан, вот и всё! Шалава! Ей место в плавучем доме, честное слово!
— Ну-ну! — попытался успокоить гостя старик, но ликвидатор вошёл в образ и не обратил на его возглас внимания:
— Ей хочется, чтобы я за ней бегал, а сама изображает королеву! — Шоджи чувствовал, что его понесло, но считал, что так даже лучше: эмоциональность добавит рассказу достоверности. Впрочем, особенно притворяться и не требовалось — за основу он взял историю собственных, правда, очень старых отношений. — Извести меня хочет, тряпкой сделать, размазнёй! А я мужик! Не подкаблучник какой-нибудь и становиться им не собираюсь!
— Вы воспользовались тем, что я вам дал? — быстро вставил Симада, воспользовавшись краткой паузой.
  
Глава 9
 
Шоджи тщательно изучил биографию объекта — то, что было доступно. Такаши Андо снабдил его довольно подробными сведениями о жизни «колдуна». Когда-то Хотэко Симада учился в техническом университете, а затем перешёл на философский факультет, где изучал историю религий. Писал работу о мистической составляющей в культуре малоазиатских народов. Предположительно в тот же период обнаружил у себя способности Провидца. После окончания учёбы преподавал, но недолго. Параллельно активно развивался как адепт воздуха. Получив доступ к Кава-Мидзу, Хотэко Симада был приглашён кланом Кавагути, и много работал на благо своего дзюйбацу, но затем каким-то образом ушёл (исключительный случай, оставшийся загадкой; поговаривали, что всё дело в том, что Симада по какой-то причине утратил способности Провидца и перестал быть нужен дзюйбацу) и открыл своё дело — стал «магом» и принимал по большей части одиноких женщин, у которых не складывалась личная жизнь. Любой сказал бы, что он зарыл свой талант в землю, но, судя по всему, Хотэко Симада считал иначе. Во всяком случае, ничего изменить в своей жизни он не пытался.
Единственным ярким и даже судьбоносным эпизодом в его биографии в последние годы стала поездка с археологической экспедицией к крепости Фусими, где он участвовал в раскопках. Его интересовала знаменитая тринадцатидневная битва, и по возвращении он даже издал небольшую монографию, посвящённую ей и личности генерала Исиды Мицунари, казнённого после инцидента. Именно тогда старик, очевидно, заполучил то, что стало причиной столь пристального интереса к его персоне Такаши Андо.
— Ну, так как? — проскрипел «колдун», поглядывая на гостя из-под кустистых бровей.
— Да, ясное дело, — кивнул Шоджи. — На следующий же день сделал всё, как вы сказали, сэнсей.
На самом деле он вылил приворотное зелье в раковину, едва вернулся домой — снадобья, изготовляемые врагами Императора, вызывали у Шоджиа омерзение. Если бы не дело, порученное Такаши Андо, ликвидатор, скорее всего, включил бы колдуна в список своих жертв — даже без санкции отдела. 
— И что, не помогло? — равнодушно спросил старик.
Как будто должно было! Проклятый аферист! Шоджи передёрнуло от отвращения. А ведь сколько людей следовали предписаниям колдуна и тратили деньги на бессмысленные ритуалы и снадобья. Шоджи терпеть не мог мошенников и считал, что такие вещи нельзя оставлять безнаказанными.
 
— Не помогло! — ответил он излишне резко, о чём тут же пожалел: всегда нужно держать себя в руках. 
Он — лишь орудие, а не судья. Решения принимают другие — руководство отдела.
Колдун поёрзал в кресле, поправил рукой шарф, пожевал большими мокрыми губами. 
— Значит, она отказалась дать вам… м-м… второй шанс?
— Точно, — кивнул Шоджи. — И вообще давать отказалась. Послала к ёкаям. Сказала, что завтра свалит к своей мамочке — между нами говоря, той ещё стерве — а потом пришлёт кого-нибудь забрать свои вещички, — Шоджи презрительно фыркнул. — Будто я не понимаю, кого! Этого своего Ясухиро ненаглядного. Не удивлюсь, если она с ним и трахается. То-то, во всяком случае, точно спит и видит, как бы ей засадить поглубже. Едва представится возможность, он этой шалаве мигом палок накидает. А она и рада будет! 
— Мы ведь с вами в прошлый раз уже выяснили, что это не так, — сказал Симада. — Никакого Ясухиро в вашей жизни нет. Я не видел его линии, пересекающей вашу.
Видимо, старик всё-таки не все способности Провидца растерял, раз не удалось провести его с выдуманным соперником. Что ж он тогда про остальное не узнал? «А может, узнал?!» — пришло вдруг в голову Шоджи, и он мгновенно похолодел. Вдруг старик притворяется? Водит гостя за нос. А сам давно его раскусил и приготовил ответочку?
Ликвидатору стоило немалого усилия воля взять себя в руки.
— Ну, вы и женщины никакой не увидели! — усмехнулся Шоджи. — Что ж мне, Мизуки привиделась во сне что ли?
— Да, это странно, — проскрипел, закашлявшись, старик. — Очень странно. Я в подобных вещах не ошибаюсь, знаете ли. 
— И на старуху бывает проруха.
Колдун обиженно засопел.
— Ну, так как? — поспешил перевести разговор со скользкой темы Шоджи. — Что мне теперь делать-то?
— Надо подумать, — проговорил старик.
— Давайте, Симада-сан, давайте, — кивнул Шоджи с мольбой в голосе. — Нет мне житья без этой дряни! А если она с другим кем снюхается... На одного вас надеюсь!
— Не волнуйтесь так, господин, — проговорил колдун, пожевав губами. — Я вам обязательно помогу. Вот только… никак не могу понять, почему ваша Мизуки мне не видна.
Конечно, Шоджи рисковал, придя к старику с вымышленной историей, но он рассчитывал, что Симада спишет всё на то, что потерял сноровку. 
— Вот, что вам нужно сделать, — сказал старик, поднимаясь. — Сейчас я дам вам ещё одну вещь, очень мощную. Положите её Мизуки под подушку, а я уж ночью поворожу. К утру она даже не подумает вас покинуть.
Шоджи скептически хмыкнул — мол, обещали уже, Симада-сан!
Старик сделал вид, что ничего не заметил, и отправился в соседнюю комнату, отделённую занавеской. Шоджи ведь обратился в слух. Вот колдун остановился, зазвенели ключи, а затем раздались шаркающие шаги и скрежет железа о железо — Симада вставлял ключ в скважину. Потом на несколько секунд воцарилась тишина. Должно быть, старик выбирал нужный артефакт. 
Когда Симада вошёл в гостиную, держа в руке медальон из тёмного металла, Шоджи поднялся на ноги.
— Вот, берите, господин, — проскрипел старик, вручая артефакт гостю.
Шоджи с поклоном принял бесполезную безделушку. 
— Не забудьте: под подушку и так, чтобы не нашла, — наставлял Симада. — Можно под матрас — главное, на уровне головы.
Шоджи кивнул, изображая внимательность.
— Ну, а ночью я уж поворожу, — повторил колдун, глядя на гостя снизу вверх.
— Спасибо, Симада-сан! — поклонился Шоджи с нарочитым энтузиазмом. — Непременно сделаю, — он полез в карман и достал мятую банкноту. — Вот, — он положил деньги на стол.
— Благодарю, господин, — проговорил старик, даже не взглянув на бумажку. — А то лучше бы вы бросили свою Мизуки да нашли женщину получше, — добавил он вдруг.
Шоджи от неожиданности даже растерялся. 
— Не могу, — сказал он, собравшись. — Люблю я её.
— Что ж, тогда желаю удачи. 
— До свидания, сэнсей, — Шоджи направился к выходу.