Ангел

На следующий день председатель в месте с участковым и двумя членами сельсовета направились к дому бригадира. Что там произошло ни кто не знает, только вскоре из дома раздались выстрелы и крики, после чего дверь буквально сорвало с петель, и на пороге показался бригадир. Его лицо и так не очень красивое из-за шрамов, сейчас показалось собравшимся у дома зевакам просто ужасным, не обращая внимания на испуганных людей, он твердой походкой направился к окраине деревни, мужики, которые попытались его остановить, подбегая к нему падали как снопы.
Бабушка Жени в это время возвращалась с озера, где полоскала белье, когда увидела эту картину, и сразу почувствовала такое, от чего, по ее словам, ее трясло после этого почти год. По словам Жениной, бабушки — это было зло, причем бездушное почти механическое зло, так мог излучать какой нибудь топор палача, погубивший сотни жизней, а здесь живое существо. Эти ощущения вогнали ее в ступор, а «ЭТО» что-то почувствовало и повернулось, прям к ней. И не известно что бы случилось, если бы дорогу тому не перегородил один из особистов, недавно приезжавших в деревню, бывший бригадир неожиданно резко затормозил. Что произошло в дальнейшем, бабушка помнила плохо, когда она пришла в себя, все было кончено, и особисты рыскали вокруг, что-то подбирая на земле.
— Так вот, — закончила Женя, — то, что я почувствовала в Андрее, почти идентично тому, что почувствовала тогда бабушка в том существе.
— Если это так, то видать не один он такой был, — пробормотал полковник, — ладно, — он резко поднялся. — Евгения с «хакером» попытаются узнать подробнее об этом деле, пошерстят архивы, остальные продолжат работу со свидетелями.
Так все началось. И вот уже около года они занимались этим делом, но практически не продвинулись ни на шаг. Материалов по делу скопилось уже несколько увесистых папок, но по поводу подозреваемых дело было «швах». Весь год группа колесила по стране, пытаясь выследить неуловимого убийцу, но все тщетно. Поиски в архивах ФСБ тоже ни чего не дали, упоминаний о том, что рассказала Женя, нигде не встречалось. Зимин даже попросил генерала выяснить по его связям этот вопрос. Было видно, что того заинтересовал данный инцидент, но и он ничего не смог выяснить. И оставалось предположить, что документы либо пропали или были настолько засекречены, что даже генеральские погоны не давали к ним доступ, правда оставалась еще одна возможность, что тогда действовала не группа особого отдела, но тогда вставал вопрос, что это были за люди.
Все это промелькнуло у Зимина в голове, пока он оглядывал место преступления. Небольшой парк на окраине городка Н-ска, когда-то построенный как "Парк Культуры и Отдыха", но потом запущенный, с ржавыми каруселями и поломанными лавочками, превратившийся постепенно в место выгула собак и вечернего сборища молодежи с выпивкой и потасовкой, в результате ставший вечной головной болью местной милиции.
Труп обнаружили утром собачники, которые как всегда высыпали утром на выгул своих питомцев, в это время обычным людям вход в парк заказан, если конечно они не рисковали остаться с рваными штанинами или получить укусы в различные части организма. Именно питомцы и обнаружили труп молодого человека, и подняли дикий вой, а потом повели себя довольно таки странно, они окружили труп и отгоняли своих хозяев от лежащего ничком человека. Милиционеры, прибывшие на место преступления, тоже около часа не могли подступиться к телу и лишь после нескольких выстрелов в воздух которые произвели потерявшие терпение оперативники, заставили собачью стаю рассыпаться. Об этом инциденте их и проинформировал начальник местной милиции, группа в это время находилась в Н-ске, так как по статистике за год тут произошло семь инцидентов по их делу, тогда как в других местах одно, два и все сводилось к тому, что убийца был от сюда родом или этот город ему чем то приглянулся.
Так, что когда они прибыли к месту преступления собак уже разогнали, а заодно и всех любопытных собачников.
  
Зимин вздохнул. Сержантик закончив писать собрал все бумаги в папочку и кинув их в машину направился к полковнику.
— Товарищ следователь, мы закончили вы с нами в отдел или побродите.
Павел Егорович отмахнулся.
— Быстрые вы какие уже закончили, ладно езжайте, — и добавил вслед, — на посту там дежурному передай, чтобы через часок машину прислали.
Сержант козырнул и направился к милицейским Жигулям, на ходу думая, о том что эти приезжие со своими «муравьями», что тут расследовать, очередной нарк наглотался или обкололся какой-то дряни да и двинул коньки, хотя с другой стороны поведение собак, да и федералы, может какой новый наркотик. Он пожал плечами, в принципе нечего заморачиваться, если столичным охота ковыряться, пусть ковыряются, а тут своих проблем гора и маленькая кучка.
Следователь проводил взглядом отъезжающую милицейскую машину и выруливающий вслед за ней «Volkswagen» федералов и, достав сигареты, нервно закурил.
Треск, раздавшийся позади, заставил его обернуться, из густо растущих и давно не ухоженных кустов вылез Михайлов и, отряхиваясь на ходу, направился к полковнику.
— Ну, ты Семен полностью оправдываешь свою фамилию, — усмехнулся Зимин.
— Да ладно полковник — тот махнул рукой — я тут полазил по округе, посмотрел, особенно за нашими "людьми в черном"…
— Ага, полазил, посмотрел теперь этот садик чистить не надо и так кругом просеки будут — не смог удержаться от подколки Зимин, хотя знал, что когда надо Михайлов мог двигаться бесшумно, сказывалось то, что до этого он служил в войсковой разведке и весь этот шум был рассчитан на стороннего наблюдателя.
Семен добродушно усмехнулся в бороду.
— А чё они тут развели этот сыр-бор, — он выразительным жестом обвел парк, под теми, кто развел этот «бор» скорей всего подразумевались местные власти. — Чаща как в тайге. Да еще отходы животноводства кругом того и гляди вляпаешься, — он посмотрел на свои ноги одетые в кроссовки.
Полковник тоже автоматически посмотрел на обувь Михайлова и, подняв глаза, показал ему кулак. Тот был в его кроссовках, в тех которые Зимин всегда брал с собой в поездки в качестве сменной обуви, и которые Михайлов выклянчил у него, ссылаясь на то, что у его ботинок отлетела подошва, а размер у них был один и тот же ибо, несмотря на свой невысокий рост, полковник носил обувь 45-ого размера. На вопрос о том, почему он не купит новые, тот сразу попросил занять денег под зарплату, и все вопрошающие сразу куда-то испарились, и Павлу Егоровичу пришлось пожертвовать свои кроссовки под слово, что они будут возвращены в целости и сохранности.
Гигант опять добродушно усмехнулся и продолжил.
— Так вот Егорович я тут полазил, посмотрел в принципе ни чего интересного, однако федералы похоже, с энтим не согласны. У них тут какая-то новая аппаратура в чемоданчике, и они что-то ей, похоже, засекли, покрайней мере суета у них поднялась не шуточная, а когда чуток угомонились, стали похожи на котов дорвавшихся до сметаны. Такие блин рожи довольные.
— Интересно, что они там нарыли?
Михайлов пожал плечами.
— Не знаю, я не экстрасенс, может наш «локатор» что ни будь там почует, а то торчит под сиренью, как гриб или еще вариант, вы идете к генералу и спрашиваете его напрямую…
Зимин отмахнулся.
— Последнее точно отпадает. Где эти топтались?
Семен ткнул пальцем в дальний угол парка.
— Вон там около тех двух березок, что за лавочкой.
— Хорошо я туда, а ты выведи нашего «чародея» из его нирваны и оба ко мне.
— Да, — Семен хлопнул себя по лбу, — я там «соглядая» нашего оставил, может что надыбает.
Следователь кивнул головой в знак того, что понял и направился к лавочке. Подойдя чуть ближе он заметил сгорбившуюся фигуру, что — то рассматривающего около нее.
— Ни как нашли нечто, Алексей Николаевич, — фигура разогнулась и посмотрела на полковника.
Надо сказать, что колоритности у практиканта хватало. Высокая поджарая фигура, прямые черные волосы, нос с небольшой горбинкой, в принципе ни чего не обычного, но следовало учитывать, что этот парень постоянно носил черные очки, ссылаясь на какую-то редкую болезнь из-за чего его глаза очень чувствительны к свету, а так же черную водолазку и длинный плащ из черной кожи и без этих аксессуаров ни кто его не видал ни разу. Когда группа увидела его впервые, все аж рты поразевали, на улице жара под сорок, а он так одет. Генерал представил его как Федорова Алексея Николаевича и добавил, что тот прикрепляется к группе на период следствия, больше он объяснять не стал. Однако все и так поняли, что за группой решили приглядеть и, судя по несколько раздраженному виду Генерала, инициатором был вовсе не он. Косвенным подтверждением этому служило то, что личного дела Федорова Зимин так и не увидел, а на его вопрос Генерал только молча ткнул пальцем, куда то вверх и постучал ребром ладони по шее…