Ангел

"Еще бы, — подумал гном с нарастающим волнением, оглядывая вновь опустевший зал, — Человек умер, попал в неизвестность, а тут ему бац, вечная жизнь, работенка, сверхсилы, мало кто откажется".
Но это так же означало, что старые оперативники должны быть отстранены от дел, так-как сильно ненадежны, а высокоуровневые ангелы если и не все, то очень многие наверняка поддерживают новоявленного хозяина, иначе он бы не попер на такие нарушения, но все это догадки, однако если они верны, то они сейчас ломятся прямо в пасть льва.
Глорин затравленно оглянул полупустой зал и направился к Владу, однако вагон, прибывший по ветке ведущей со стороны академии, привлек его внимание, подозревая нехорошее, он замер за колонной. Из вагона высыпало около десятка «крестоносцев», так он мысленно окрестил новоявленных сотрудников, под предводительством невысокого ангела. Хоть в нынешнем обличии Глорин и не чувствовал его ауры, а из-за расстояния не видно было нашивок на одежде, каким то внутренним чутьем он был уверен, что у того не меньше чем пятый уровень.
Прибывшие остановились, оглядываясь, затем старший направился прямиком к Владу. Глорин видел, как у них завязался разговор, и ангел показал в сторону вагона, но Влад покачал головой, оглядывая зал, как понял гном, ища его, но приехавший настаивал и Влад, в конце концов, кивнул головой и направился к платформе. Глорин ажно застонал, нащупывая в бездонных недрах плаща рукоятку секиры, хотя прекрасно понимал, что устрой он тут бойню, то уж твердо и навсегда поставит их вне закона. Влад между тем вошел с приезжим ангелом в вагон, напоследок оглянувшись он вновь поискал глазами Глорина, но так и не найдя его, шагнул внутрь. Вагон сорвался с места и скрылся в сиянии тоннеля, однако прибывшие крестоносцы не отправились со своим начальником, а развернувшись цепью, начали осматривать вокзал. Глорин понял, что его ищут и начал озираться в поисках путей отступления, но в пределах досягаемости ничего не было, а для открытия портала нужно было время. Однако ему повезло, в ближайшей нише засверкало и возник портал из которого в зал шагнул маг одетый в расписанный звездами халат, Глорин понял, что это его шанс и рванул к начавшему стягиваться в точку порталу, краем глаза замечая, что его перемещение не осталось незамеченным и краснокрестовцы рванули в его сторону, но он все же успел нырнуть в закрывающийся портал.
Глорин замолчал глядя на Алексея с Лиской.
— Ну и что было дальше?
— А ничего интересного, — гном с шумом отхлебнул из кружки. — Нашатался я по разным мирам, что уже не надеялся найти сюда дорогу, и если бы ни мысль о том, что я, по сути, бросил командира, то плюнул бы на все и осел где-нибудь. А потом меня вот он нашел.
Он лежал на кровати и гладил огненные волосы Лисы. Они молчали, все было сказано до этого. После того как они остались в дачном домике одни, так как гном со Странником куда-то исчезли, Лиска закатила Алексею страшенную истерику, крича о том, что он ее не любит, что он эгоист и думает только о себе. Алексей, скрестив руки на груди, смотрел на метающуюся по комнате девушку и молчал, он знал, что не сможет поступить по-другому, не знал почему, но знал, что не сможет. Чувствовала это и Лиска и потому вскоре стихла и, бросившись к нему в объятия, разрыдалась. А потом они любили друг друга, любили неистово как в последний раз, уставая и воспламеняясь снова. Лиска кидалась в его объятия, раз за разом, точно хотела насытиться им на всю оставшуюся жизнь, и лишь когда за окнами забрезжил тусклый рассвет, они успокоились.
— Я знаю, что ты не вернешься, я чувствую, — прошептала Лиска, и Алексей почувствовал, как на его грудь закапали слезы.
— Успокойся милая, не хорони ты меня раньше времени.
— Я не хороню, я просто знаю, что ты не вернешься.
Алексей сел на кровати и посмотрел на заплаканную девушку, а потом в порыве нежности прижал ее к себе, покрывая поцелуями.
— Отбрось ты свои предчувствия, ерунда все это, я вернусь, я изо всех сил буду стараться вернуться, но пойми, я не могу по-другому.
  
— Тссс, — Лиска прижала свой палец к его губам, — не говори ничего, я знаю, что ты должен, но сердце мое кричит, чтобы я тебя никуда не отпускала.
— Лиска я…
— Молчи милый, я все знаю, я ведь все равно еще немного ангел, но больше я сейчас женщина и еще больше мать, — она грустно улыбнулась и ласково посмотрела на Алексея. — Слушай меня, милый, слушай, что я скажу тебе. Я буду ждать тебя в этом мире, буду ждать тебя в другом мире, буду ждать за гранью миров, в раю или аду, где бы я ни оказалась, ты найди меня, обязательно найди.
Она выпрямилась и, Алексей увидел, что глаза ее в темноте замерцали мягким сиянием, голос ее отвердел и стал монотонным, и он понял, что она в этот момент глядит в будущее.
— Но знай, милый, в этом мире мы с тобой уже не встретимся и твой сын родиться без тебя, а вырастит без нас и примет тебя дорога, а меня каменная равнина, но мы встретимся…
Она обмякла и уже обычным взглядом посмотрела на него и вдруг снова разрыдалась, а он, прижав ее к себе, гладил по волосам, спине. Вдыхал аромат ее тела и волос, чувствуя, как слезы самовольно текут у него из глаз. А потом они замерли и сидели, прижавшись друг к другу, стараясь не упустить последние мгновения близости.
И вдруг в тишине Алексей ясно услышал голос:
— Отче мой, если можно, пусть минует меня чаша сия.
Они стояли около небольшой рощицы на окраине дачного поселка и молчали. Промозглое небо вяло сыпало на них снежной крупой, а холодный северный ветер, который раз уже пытался проморозить их сквозь защиту «биоконов». Гном сосредоточенно чертил пентаграмму металлическим штырем, продирая линии в увядшей, подзамершей траве и изредка поругивал погоду и плохо поддающуюся его потугам землю. Алексей с Лиской стояли рядом, обнявшись, и наблюдали за усилиями гнома. Странник бесцельно бродил среди деревьев, сбивая с ветвей прутиком небольшие сосульки. Все было уже сказано и решено, поэтому все молчали и занимались каждый своим делом.
Еще с утра они собрались втроем на веранде для обсуждения дальнейших действий, точнее собрались Алексей с Глорин, Лиска сославшись на плохое самочувствие, не вышла даже из спальни, а Странник присутствовал, как всегда в качестве наблюдателя изредка давая советы.
Вот и сейчас после того, как они с гномом решили отправиться на перекресток для начала поисков, Странник покачал головой и пробормотал.
— Нелогично.
— Что нелогично? — Алексей непонимающе посмотрел на него.
— Нелогично вы рассуждаете, — он подошел к стоящему на небольшом столике чайнику, куда с утра Глорин заварил свежий чай с мятой и, нацедив того в кружку, пояснил. — Нелогично его искать в междумирье. Обычный человек в физической оболочке может там существовать лишь на перекрестках миров, да ограниченное время на тропах междумирья, так что Влада, скорее всего, держат в обычном, физическом мире.
— Если с ним уже ничего не сотворили, — пробормотал Глорин. — Да и в междумирье можно создать такое место, где и обычный человек выживет, опыт есть.
— Можно, — согласился с гномом хозяин дачи, отхлебывая чай. — Но я сомневаюсь, что ради одного пленника это кто ни будь возьмется реализовывать.
— А ты почем знаешь?
Странник пожал плечами и, не ответив, отвернулся, уставившись в окно.
— Ну и что нам тогда делать? — Алексей вопросительно посмотрел на нахмурившегося гнома. — Это ведь все равно, что искать иголку в стоге сена, даже хуже.
— А вот это спорно. — Глорин поставил пустую чашку на стол и, потрясся чайник, укоризненно посмотрел на Странника пьющего вторую кружку чая. — Видишь ли, Алексей, мы с Владом договорились, что если что-то подобное произойдет, один из нас оставит весточку в астрале, и вот вчера ночью, я тут сидел в баньке и пытался ее отыскать, и нашел, но возникла небольшая проблема.
Глорин замолчал и, в задумчивости подергав себя за бороду, продолжил.