Белоснежка (СИ)

— Что за?.. — только и смог выдавить он из себя, все еще шумно дыша, чувствуя вкус крови во рту.
— Ты прикусил язык, когда метался. И бедро тоже начало кровить, но швы вроде не разошлись. Мы прибежали, а ты тут, весь в поту и крови, горячий, как кипяток. Ты что-то вспомнил во сне, да? — Барнс еще раз провел по его лбу полотенцем и стал обтирать ключицы — Брок, ложась спать, решил забить на приличия и не надел пижаму, все, на что его хватило, это на нижнее белье, выданное вместе со сменой одежды предусмотрительным Стивом.
— Нет, — язык отвратительно распух, и это мешало нормально разговаривать.
— Ты, кстати, опять призывал чаек. Это уже становится традицией, да? — Стив… Мать твою, Роджерс, что ты, блять, делаешь? Стив с изрядной долей нежности провел тыльной стороной руки по шрамам на груди Брока. Тот, не сориентировавшись до конца, спросонок выгнулся вслед за этим прикосновением и чуть слышно выдохнул.
Черт. Это было уже совсем нехорошо.
Особенно, если учесть взгляды этих двоих.
— Я… Сколько времени? — медленно и не очень разборчиво проговорил Брок, рывком садясь на кровати, отталкивая руки суперов и даже не морщась от стрельнувшей болью раны на левой ноге.
— Половина шестого утра, — ответил ему Баки, накручивая полотенце на руку… Руку?
— Что с твоей рукой?! — Такую ебанину Брок и представить себе не мог. Вчера, до того момента, как они все же расползлись по комнатам спать, Барнс ходил не раздеваясь — в кожанке. А теперь, видимо, выбежал как был — без майки, в одних хлопковых пижамных штанах.
— Эм… Это долгая история. Если совсем коротко — это многофункциональный бионический протез. И да, она правда металлическая, — Баки перекинул полотенце через плечо и пару раз согнул-разогнул руку, пошевелил пальцами и сжал их в кулак, явно красуясь, — Нравится? Я не знал, как ты отреагируешь на нее, поэтому не хотел показывать вчера.
Брок сглотнул, тревожа ранку на языке.
…Жесткая, удушающая хватка на шее. Металл приятно холодит кожу, и это лучшая для него смерть…
— Она… Другая? — ни скрежета перестраивающихся пластин, ни тихого гудения… Чистые движения без заминок или топорности. Действительно как живая.
— Ты помнишь? Да, тот протез у меня отобрал Старк, но взамен через какое-то время сконструировал этот. Гораздо лучше и удобнее, кстати, — Баки смущенно взъерошил правой волосы, которые и без того были спутанными со сна, смотря на свою левую руку.
Броку опять нестерпимо захотелось его расчесать.
— Ясно… Жрать будете? — спросил Брок, предпочитая смотреть куда угодно, кроме как на двух мужчин, из-за которых даже довольно просторная комната стала казаться крошечным чуланом.
— Да, есть, — Стив сделал голосом акцент именно на слове «есть», мол, не выражайся, — будем.
— Тогда на кухню идите, я сейчас, — прохрипел Брок и, схватив шмотки, выданные вчера Кэпом, похромал в ванную комнату, забив на костыли, сиротливо стоящие с другой стороны кровати.
Теплый душ нисколько его в порядок не привел, но хотя бы смыл липкий пот после кошмара. Рану на бедре от тёплой воды щипало, но кровь абсолютно точно прекратила идти, перевязка сбилась ещё ночью, а где здесь аптечка, Брок не знал.
Зато язык вроде прекратил болеть и напоминать по качествам моторики кусок вареной колбасы.
Надев на себя вполне подходящие по размеру джинсы, он пренебрег носками и рубашкой, посчитав, что шрамы его уже все видели, в обморок никто не упал, а натягивать сейчас майку ему не хотелось.
И бодро похромал на кухню, раздумывая над возможными вариантами жратвы, в зависимости от того, что он найдёт в холодильнике.
Баки сидел за обеденным столом и курил, стряхивая пепел на маленькое белое блюдце, Стив же стоял, прислонившись задницей к разделочному столу, и с неодобрением смотрел на обнаглевшего Барнса.
Брок молча прошёл мимо них обоих, к холодильнику. Открыл дверцу, вздохнул грустно и закрыл дверцу.
— А чё все так радостно жратвы ждут, если холодильник пустой? Кофе-то хоть есть у вас? — из полупустой бутылки молока, засохшего уже куска сыра и двух яиц много не наготовишь. Ах да, довершала натюрморт жопка лимона, явно грозившая из просто фрукта стать сухофруктом и была когда-то заботливо положена срезом вниз на такое же блюдечко, в котором сейчас Баки тушил сигарету.
  
— Есть, конечно. Слева от холодильника в шкафчике посмотри, — кивнул на упомянутый шкафчик Кэп и потупился, — Думал с утра сходить в магазин, но…
Брок на это закатил глаза и, найдя в шкафчике молотый кофе, чай двух сортов, явно не пользующийся здесь спросом, корицу и тростниковый сахар, выставил это все поближе к плитке. Рядом нашлась и джезва, довольно большая, на его взгляд, но сейчас это было даже хорошо.
Роджерс наблюдал за его действиями с какой-то своей затаенной грустью, явно даже не отдавая себе отчёт в том, как он сейчас выглядит. А Баки и вовсе отвернулся, закуривая ещё одну.
Брок не стал загоняться, наблюдая за этим кружком неанонимных любителей поебать себе мозги.
Он варил кофе.
Когда Стив получил чашку горячего крепкого кофе без сахара, а Баки — наоборот, с аж пятью ложками и молоком, присыпанный сверху немного корицей, Брок сел рядом с ним за стол, поставил свою кружку с чаем и, угнав у того из пачки «лаки страйк» сигарету, порылся по карманам, забыв, что зажигалки в них точно быть не может.
Баки дал ему прикурить, привычно щелкнув «зиппо».
— Ты никогда не любил кофе, — отмер, наконец, Стив, беря свою чашку, оплетая ее пальцами, словно грел руки на морозе и вдыхая аромат её содержимого, — Но готовишь его всегда божественно. И ты… Вспомнил кто какой пьёт, — усмешка, такая же горькая, как и кофе, приготовленный для него, на губах Стива была чем-то настолько ранящим, что Брок за одну затяжку скурил половину сигареты разом.
— Я не знаю, что могу сказать на это. Возможно, прошлый «я» мог бы найти какие-то слова… Но сейчас — не нахожу. Разве что извиниться. Потому что у меня четкое ощущение того, что морочу вам головы. Вы же вполне хорошо жили без меня эти восемь сраных лет. Так зачем сейчас пытаться что-то построить на пепелище? — он еще раз затянулся и выпустил струйку сизого дыма в потолок.
— Возможно, потому что все это время нам не хватало тебя? Все эти годы мы жили с оглядкой на то, как бы ты отреагировал на что-то, что бы сказал на очередную выходку Стива, который решил десантироваться из джета без парашюта, или какой, черт побери, тебе бы понравился чай в открывшейся рядом чайной лавке, — Барнс смотрел на него своими невозможными серыми глазами, и Брок выдохнул.
Сам закрыл глаза, понимая, что поверить в сказку будет слишком дорогой для него ошибкой.
Но… Неужели он не заслужил на старости лет хотя бы самообман, дающий иллюзию нужности кому-то? Да и кому, двум офигенным мужикам, которые, вроде как, скорбели по нему почти десять лет.
Выходит, что он ведет себя как минимум по-свински. Не в его положении выделываться и ломаться как школьница.
— А если я не вспомню? — задал он довольно гадкий вопрос.
— Вспомнишь. Уже вспоминаешь. А если нет, то мы попробуем начать все сначала, — Стив подошел к Броку и положил свои широченные и горячие ладони тому на плечи, легко разминая.
— Мы не сможем без тебя, Командир. Не сейчас, когда нашли, — Баки взял его за руку. Правой рукой. С почти такой же как у Стива широкой ладонью. Горячей и живой.
— Только не надо сопли разводить, а? — непонятно кому из них троих сказал Брок, сжимая руку Барнса в своей и туша сигарету в несчастном блюдце, — Для начала, я бы на вашем месте выяснил что со мной не так, в плане угрозы обществу и прочее… А потом уже яйца бы подкатывал. Но у вас же все не как у нормальных людей, да?
— Так точно, Командир! Есть, подкатить яйца, Командир! — Баки шутливо взял под козырек и качнулся на стуле, ставя тот на переднюю и заднюю ножку, моментально оказавшись лицом к лицу с Броком.
И тот отпустил себя, отвечая на поцелуй. Стив в этот момент запустил руки в его отросшие почти до шеи волосы и массировал кожу на голове, прижавшись грудью и животом к его спине. Даже через пару тонких перекладин спинки стула это было приятно ощущать.